НАЗАД | ВПЕРЕД


РОЖДЕНИЕ ИМПЕРИИ

РУСЬ И ОРДА



КНЯЗЬ ДАНИИЛ МОСКОВСКИЙ

КНЯЗЬ ЯРОСЛАВ ЯРОСЛАВИЧalek5.jpg"

КНЯЗЬ ВАСИЛИЙ ЯРОСЛАВИЧalek6.jpg

КНЯЗЬ ДМИТРИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ alek7.jpg

КНЯЗЬ АНДРЕЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ alek8.jpg

Основатель московской династии и отец Ивана Калиты князь Даниил Александрович – самый неприметный из правивших тогда в Северо-Восточной Руси потомков Всеволода Большое Гнездо . Он родился в 1261 году и был младшим сыном Александра Невского . В ноябре 1263 года, когда в возрасте 43 лет умер его отец, Даниилу не исполнилось и двух лет. Согласно завещанию отца он получил весьма скромный удел – основанную Юрием Долгоруким Москву с прилегающими к ней землями.

В силу своей незначительности Москва в первые сто лет своего существования ни разу не была стольным городом. Душеприказчиком Александра Невского был его младший брат Ярослав Ярославич . Удел Даниила, Москву, Ярослав поручил своим наместникам. Лишь через семь лет тиуны были отозваны и управление городом перешло к доверенным лицам Даниила. Впрочем, не исключено, что и позднее, в 1270-е годы, Москва находилась под контролем великих князей Владимирских, сначала Ярослава Ярославича, а с 1272 по 1276 год – Василия Ярославича .

С приходом на великое княжение Владимирское следующего поколения Рюриковичей – сыновей Александра Невского Дмитрия и Андрея – Даниил получает полную самостоятельность, но еще не скоро становится заметной для летописца фигурой. Усиление же Москвы началось незаметно. Судя по всему, Даниил Александрович, понимая что великокняжеский стол ему не светит, занимается обустройством своего удела. Однако когда Даниил возмужал, то и ему не удалось избежать участия в междоусобных стычках. Впервые он появляется на страницах летописей в 1282 году, когда вместе с тверским князем Святославом Ярославичем и новгородцами участвует в походе на Переяславль-Залесский.
Участие Даниила в этом походе едва ли было его собственной инициативой. Скорее этого требовали интересы Москвы, оказавшейся втянутой в охватившую всю Северо-Восточную Русь кровавую усобицу старших сыновей Александра Невского.
В том походе Даниил Московский участвует на стороне Андрея Александровича, однако уже в 1288 г. он переходит на сторону старшего брата, Дмитрия Александровича. Особенно ярко это проявилось в 1293 г. В тот год Андрей Александрович Городецкий начал новую войну против Дмитрия. Поддержанный рядом русских князей, он в очередной раз отправился в Сарай с жалобами на великого князя. Хан Тохта выделил ему большое войско во главе со своим братом Дюденем.

Андрей и Дюдень захватили Суздаль, разграбили Владимир, выдрав даже напольные узорчатые медные плиты в Успенском соборе, взяли Юрьев Польской и двинулись на Переяславль, где пребывал Дмитрий. Переяславцы заблаговременно оставили город, сам Дмитрий с дружиной отъехал на Волок Ламский, а оттуда направился в Псков. Простояв много дней у обезлюдившего Переяславля, татары и их русские союзники «поидоша къ Москв‡, и московскаго Данила обольстиша, и тако въ‡хаша въ Москву, и сотвориша тако же, яко же и Суждалю, и Володимерю, и прочимъ городомъ, и взяша Москву всю и волости, и села». Это было второе после Батыя взятие Москвы татарами в XIII в.

Военная поддержка Дюденя привела к тому, что великим князем владимирским стал Андрей Александрович. Противник Андрея Дмитрий умер в 1294 г. За ним оставался только наследственный Переяславль Залесский, который он передал своему сыну Ивану. Казалось, после кончины старшего из сыновей Александра Невского возглавлявшаяся им коалиция распадётся. Однако, события последующих лет показывают, что и в новых условиях московско-переяславско-тверской союз продолжал действовать и представлял собой грозную силу.

В 1296 г. в русские земли был послан большой татарский отряд во главе с Неврюем, по-видимому, призванный решить в пользу Орды накопившиеся противоречия между русскими князьями. Во Владимире состоялся большой съезд русских князей и знати. Его участники разделились на две партии. Во главе одной встал великий князь Андрей Александрович. Его поддержали ярославский князь Фёдор Ростиславич и ростовский князь Борис Константинович. Оппозицию составили Даниил Московский, Михаил Тверской и переяславцы. Противоречия на съезде грозили перерасти в вооружённую распрю, но благоразумие возобладало, стороны договорились о разделе княжений и разъехались по домам.

В 1301 году Даниил осуществил поход в Переяславль-Рязанский. Борисов анализируя в своей книге «Иван Третий» довольно невнятные летописные известия, предположил следующее. Князь Даниил был весьма озабочен безопасностью юго-восточных границ своих владений. Отсюда, с «ордынской» стороны, всегда можно было ожидать внезапного удара. Кроме того, именно через рязанские земли пролегал кратчайший путь из Москвы в Орду. И потому Даниил был кровно заинтересован в том, чтобы иметь на рязанском престоле своего союзника С этой целью он и решил вмешаться в очередную ссору рязанских князей, поводом для которой послужила, вероятно, кончина в 1299 году Ярослава Романовича Пронского. Его дети, Иван и Михаил, терпели притеснения от своего дяди Константина Романовича, правившего в главном городе княжества – Переяславле Рязанском. Захватив в плен Константина Романовича, москвичи тем самым содействовали успехам пронской линии рязанского княжеского дома
В той малоизвестной русской истории битве сражалось немало ордынцев в дружине Константина Романовича, многие из них погибли в кровавой сече. Но повелители Орды спустили с рук столь дерзкое поведение младшему сыну Александра Невского, не придали значения самому факту крупного земельного приобретения московского князя в том походе. Вот что сообщает об этом Никоновская летопись:

«Того же лета князь Данило Александрович Московьский приходил ратью на Рязань, и бишася у града у Переславля и князь великы Данило Алексадрович Московский одоле, и много бояр и людей избил, а князя их Констянтина Романовича Рязанскаго некоею хитростью ял, крамолою их же бояр рязанских, и приведе его с собою на Москву, и дръжа его у себя в нятьи, но в брежении и в чести всяцей, хотяше бо ся с ним укрепити крестным целованием и отпустити его в его отчину на великое княжение Рязанское».

В результате этого похода к Московскому княжеству была присоединена Коломна с прилегающими к ней волостями. Этот город, расположенный у впадения Москвы-реки в Оку, принадлежал рязанским князьям. Завладев Коломной, москвичи, кроме плодородных коломенских земель, получили свободный выход в Оку.

В том же году состоялся Собор русских князей в Дмитрове. Здесь произошла размолвка между тверским князем Михаилом и Иваном Переяславским, внуком Александра Невского, еще резче обозначились противоречия между великим князем Андреем Александровичем и князем Михаилом Тверским. Однако. Даниил одержал на том съезде важную дипломатическую победу, установив теплые, родственные отношения с Иваном Переяславским. А тот уже в следующем году, перед своей кончиной, завещал московскому князю переяславские земли. Академик В. О. Ключевский писал:

«Московский князь – враг всякому великому князю, кто бы он ни был: казалось, самая почва Москвы питала в ее князьях неуважение к прежним понятиям и отношениям старшинства. Даниил долго и упорно боролся с великими князьями, собственными старшими братьями, с Дмитрием Переяславским, потом с Андреем Городецким. Но по смерти Дмитрия он сблизился с добрым и бездетным его сыном Иваном и так подружился, что Иван, умирая в 1302 году, отказал свой удел московскому своему соседу и младшему дяде помимо старших родичей... Но враги старшинства, московские князья были гибкие и сообразительные дельцы».

Младший сын Александра Невского, получив в дар родовое гнездо своего отца, действовал решительно и напористо. Он приехал в Переяславль-Залесский, прогнал оттуда людей великого князя Андрея. В результате военно-политический и экономический потенциал Москвы вырос в одночасье сразу чуть ли не в два раза. Через год сыновья Даниила присоединяют к Московскому уделу Можайск, находившийся до этого в Смоленском уделе.

Летописных сведений о Данииле Московском сохранилось крайне мало, а многочисленные предания и легенды о нем обычно отвергаются историками. Но в одном, несомненно, нельзя отказать первому московскому князю, отцу Ивана Калиты:

«Это был человек большого здравого смысла. Он правильно понял суть происходивших в Северо-Восточной Руси глубоких перемен. И когда ветер удачи наполнил паруса его ладьи, когда люди – главное богатство опустошенной страны! – стали переселяться в его владения, Даниил сделал все, чтобы не «спугнуть» переселенцев. Миролюбивый и непритязательный, сговорчивый и добродушный, он умел ладить и с татарами и с соседями-князьями. При этом Даниил был совсем не так прост, как могло казаться на первый взгляд. Он крепко знал свой личный интерес и при случае мог свалить противника внезапным, тщательно взвешенным ударом. Сородичи побаивались его и старались не задевать понапрасну. В итоге он обеспечил своей земле мир – и она наполнилась жизнью и движением.
Почти незаметный для летописца в толпе других князей, Даниил и не стремился к славе. Он работал на будущее. И Господь воздал ему за его мудрость и терпение. Первый московский князь получил такое множество подданных – крестьян, ремесленников, воинов, – которое позволило его сыновьям разом выступить в первый ряд тогдашних русских князей.»
(Борисов. «Иван Третий»)

В 1303 году князь Даниил Александрович умер и был похоронен в основанном им Свято-Даниловом монастыре, которому предстояла многовековая и славная история.