ДИНАСТИЯ ФЛАВИЕВ

ВЕСПАСИАН (69 - 79 гг.)

image Разрушение Иерусалимского храма стало кульминацией одного из наиболее драматичных поворотных моментов во всей истории Рима. Восстание, бушевавшее в Иудее в 66-70 гг. н. э., потребовало от Рима мобилизации самой крупной армии за всю историю подавления мятежей в провинциях. В 66 г. н. э. Рим контролировал земли, простиравшиеся от Атлантического океана до Каспийского моря и от Британии до Сахары. Иудея оказалась под властью Рима в 63 г. до н. э. Однако восстание продемонстрировало Риму, что наибольшая сложность заключается не в захвате новых земель и создании на их территории провинций, а в управлении ими. Для Рима, как и для многих империй позднее, победа в войне представлялась гораздо более простой задачей, чем сохранение и поддержание мира.

"Восстание в Иудее продемонстрировало нерешенность ряда самых сложных проблем империализма: место национальных устремлений в рамках империи и сосуществование двух религий — иудаизма и поклонения императору (ключевой элемент почитания богов в Римской империи). Наиболее важным представлялся финансовый вопрос: кто кому платит налоги, кто получает выгоду от существования империи, а кто — нет. Восстание в Иудее поставило все эти вопросы столь остро по одной простой причине: их нерешенность привела к войне, бушевавшей с 66 по 70 гг. н. э. и ставшей делом жизни или смерти для сотен тысяч людей. Самая неприятная черта римского империализма заключалась в том, что в случае необходимости, когда империи бросали вызов, она была готова пойти на все и «выпустить зверя из клетки». Чтобы подавить восстание, Рим обрушил на мятежную провинцию ярость почти четверти всей своей армии." (Бейкер. "Взлет и падение империи")

Как обычно и бывает, в истории восстания многое определили поступки и побуждения участников и в не меньшей степени — капризы фортуны. Неудивительно, что человек, назначенный командующим римской армией в Иудее, воспользовался войной, чтобы заявить свои права на абсолютную власть. Наградой за подавление восстания стал императорский престол, на который этот человек сел, вознесшись из тьмы безвестности и забвения. Именно он стал основателем новой династии и положил начало прославленному Золотому веку Римской империи. Имя этого человека было Веспасиан.
Первого июля 69 года префект Египта Тиберий Юлий Александр велел построиться двум своим легионам в их лагере под Александрией и перед строем солдат объявил, что с этой минуты у них будет новый цезарь, Флавий Веспасиан, тот, что командовал войсками, подавившими восстание евреев в Иудее. Jleгионеры громкими криками одобрили это сообщение и тут же присягнули на верность новому императору. Через два часа столь же охотно приветствовали цезаря Веспасиана и жители Александрии, собравшиеся на огромном городском стадионе.

"На заре 3 июля в главной квартире войск Веспасиана в Приморской Цезарее, у побережья Палестины, как каждое утро, пробуждения Веспасиана ожидали офицеры его штаба, личная охрана и легионеры в обычном боевом построении. Появившегося Веспасиана приветствовал дружный клич: Salve Imperator! И вскоре уже во всем лагере гремели приветственные возгласы: Imperator Caezar Vespasianus Augustus! Все легионы на землях Палестины — один в Цезарее, второй в Эмаусе, третий в Иерихоне — поклялись в верности своему вождю, уже назначенному ими властителем империи.
Наместник Сирии Луциний Муциан, получив известие о событиях в Александрии и Палестине, привел к присяге Веспасиану легион, расквартированный под Антиохией, а собравшимся в театре гражданам пояснил, что новый властитель избран ради блага империи и всего человечества. Охотно и без колебаний перешли на сторону Веспасиана также два легиона, стоящие на Евфрате. Вот так еще до 15 июля все восемь восточных легионов признали нового цезаря. Их примеру последовали вожди и царьки дружественных римлянам соседних племен, власти остальных провинций в Малой Азии и, наконец, вся придунайская армия. Учитывая трудности сообщения той эпохи, все происходило с невероятной быстротой. Вителлий же только к 15 июля подготовил торжественное вступление в Рим в полной уверенности, что вся Римская империя, от Британии до Сирии, покорно лежит у его ног."
(Кравчук. "Галерея римских императоров")

Предки Веспасиана жили далеко от Рима, за рекой Пад. Прадед занимался посредничеством в найме сезонных сельхозрабочих, разбогател и поселился поближе к Риму, в Реате, в краю Сабинов. Дед Веспасиана во время гражданской войны между Цезарем и Помпеем сражался в войсках Помпея в чине центуриона или даже старшего центуриона, затем уволился из рядов армии по нездоровью и занялся банковским делом. Отец Веспасиана умножил семейное богатство, став сборщиком налогов на острове Родос, в провинции Азия. И только старший брат Веспасиана, Флавий по прозвищу Сабин, занялся политической карьерой, благодаря чему, занимая высшие должности, получил возможность стать сенатором.
Честолюбивая мать настояла, чтобы Веспасиан пошел по стопам старшего брата. Пришлось начинать делать карьеру. Энергичный и трудолюбивый, он быстро поднимался по служебной лестнице. Сначала офицер в армии, затем квестор, эдил, претор. Разумеется, вошел в состав сената. Все это было в правление Калигулы, затем Клавдия.
В конце июля — начале августа 69 года в городе Верит (современный Бейрут) собрался военный совет. Руководил им только что объявленный цезарем Веспасиан, а участниками совета были все высшие военачальники и верхушка администрации восточных провинций. Нового правителя поздравили представители всех крупных городов и сложили к его ногам дары в виде золотых венцов. На совете разработали и план действий. Веспасиан решил отправиться в Египет, большую и богатую провинцию, к тому же, в случае необходимости, ее легко защищать. Его сыну Титу поручили руководить войной против иудеев, Муциан же должен был вести войска в Италию через Малую Азию и Балканы.

Когда в августе с Востока и с Дуная донеслись опасные слухи, сначала им не поверили, а убедившись, что дело плохо, принялись готовиться к отражению возможного нападения, но все делалось непродуманно и спустя рукава. Лишь в конце сентября отправили первые легионы на север Италии, им первыми предстояло столкнуться с путчистами. Вряд ли можно было назвать отважными воинами солдат этих легионов — деморализованных долгим пребыванием в большом городе, позабывших о воинской дисциплине, истощенных жарой и болезнями. Совсем другими вступали они в Рим в июле. Сам цезарь остался в столице.
События развивались быстро, все закончилось за три месяца. Антоний Прим, командовавший XV легионом из Паннонии, не дожидаясь прибытия армии Муциана, вторгся в северную Италию через Аквилею. В войсках Вителлия распространялась измена. Цезарь лишился военного флота в Равенне, вождь Цецина был готов сдаться, лишь только солдаты сохраняли верность императору. В конце октября разыгралась неслыханно кровавая битва под Бедриаком, недалеко от Кремоны, там, где в апреле сражались с Отоном. На этот раз вителлианцы потерпели поражение. Западные провинции тут же перешли на сторону Веспасиана, то же сделал флот в Мизене.

"Пребывая в растерянности, Вителлий 18 декабря публично заявил, что готов отказаться от власти, но солдаты заставили его изменить решение. На следующий день брат Веспасиана штурмом взял Капитолий, в котором засел со своими сторонниками Флавий Сабин. Все погибли от меча или в пожаре вспыхнувшего храма Юпитера Капитолийского. А цезарь Вителлий, пируя на Палатине, спокойно наблюдал за происходящим, хотя позже попытался свалить вину на других. Двадцатого декабря отряды Ритония Прима с боями вступили в столицу. Сторонники Вителлия отчаянно сопротивлялись, бились на улицах, в храмах, просто в домах, римская же чернь по очереди рукоплескала то одним, то другим, как она привыкла делать это в театре. Сам Вителлий спрятался в покинутом всеми дворце, забрался под кровать в каморке швейцара. Его вытащили оттуда на следующий день, связали руки на спине и, ухватив голову за волосы, приставили к горлу острие меча. Так шел он полураздетый по улицам Рима, по Форуму, под улюлюканье толпы, швырявшей в него грязь и обливавшей нечистотами, пока не забили насмерть. Тело бросили в Тибр. «Чернь измывалась над мертвым столь же постыдно, как и льстила ему живому». Так писал Тацит." (Кравчук. "Галерея римских императоров")

Веспасиан оказался четвертым владыкой Рима за срок чуть более года (68–69 гг. часто называют «год четырех императоров»), и после его вступления в должность дела Империи постепенно пришли в порядок. Новый император происходил из рода Флавиев; дав начало новой династии, он стал родоначальником линии Флавиев.
Как и Гальба, Веспасиан был уже немолод. К моменту принятия титула императора ему было уже шестьдесят один год, но, в отличие от своего предшественника, он был крепок телом и умом. Благодаря активной поддержке армии Веспасиан вполне мог бы установить режим военного деспотизма, но он считал себя последователем Августа и предпочел сохранить принципат как единую систему управления. Первым делом он приступил к реформам. В результате безумной расточительности Калигулы и Нерона имперские финансы пришли в полный упадок, поэтому Веспасиану снова пришлось изменить систему налогообложения и ввести режим строжайшей экономии. Сам он был по натуре аскетом и ничего не имел против скромной жизни, а к тому же не страдал тщеславием и совершенно не стыдился того, что происходил из средних классов, в то время как прежние императоры все были аристократами по рождению.
Кроме всего прочего, бывший военачальник занялся реорганизацией армии и расформировал несколько легионов, принимавших наиболее активное участие в гражданской войне, предшествовавшей его возведению на трон. Таким образом он предполагал смирить армию, угрожавшую спокойствию государства, и выбить из головы солдат мысль, что реальная власть находится в их руках. Слишком легко до сих пор им удавалось диктовать свою волю сенату, и это необходимо было прекратить до того, как то же самое произойдет и с волей самого императора. Безусловно, военная реформа была совершенно необходима.

"Еще во времена Августа римские легионы, находившиеся вдали от метрополии, все менее соответствовали своему названию, и это вполне понятно. Задачей солдат было поддержание порядка на границах Империи, и таким образом вполне естественно армия пополняла свои ряды за счёт жителей охраняемых провинций. Уроженцы Галлии, Паннонии и Фракии вступали в римские войска и становились отличными солдатами; очень часто они со временем получали римское гражданство. В этом были свои хорошие стороны. Таким образом жители вновь присоединенных провинций быстрее приобщались к римской культуре и начинали чувствовать себя истинными гражданами Империи. Шла постепенная романизация всего государства, и греко-римская культура широко распространялась до самых отдаленных границ Империи. С другой стороны, проникновение в армию иностранцев несло на себе отпечаток угрозы. Галл может носить тунику и читать латинских авторов, но ему никогда не проникнуться духом древнеримских традиций и не ощутить себя наследником Цезаря. Более того, ему будет очень трудно забыть о том, что эти самые носители традиций в конце концов перебили его предков и завоевали его родную страну. Если такой человек становился солдатом, то его преданность, безусловно, принадлежала легату, который умел управлять своим легионом, а не Риму и не сенаторам, о которых он имел самое смутное представление. Если такой легат прикажет своим солдатам идти войной на Рим, то они будут повиноваться ему просто потому, что привыкли к этому и не видят другого выхода." (Азимов. "Римская империя")

image Веспасиан не мог изменить существующего положения вещей; он был не в состоянии создать армию, целиком состоящую из римлян, потому что во всей стране не было достаточного количества людей, желающих сражаться. Жители провинций оказались слишком хорошими солдатами, чтобы позволить себе обходиться без них. Однако на преторианскую гвардию, которая постоянно находилась вблизи от Рима и потому была наиболее опасна, следовало обратить особое внимание: по крайней мере, она-то должна была состоять исключительно из уроженцев Италии, и Веспасиан лично проследил за тем, чтобы так оно и было. Более того, чтобы ещё вернее обеспечить себе поддержку преторианцев, он сделал их командиром своего сына, Тита.
Кроме всего прочего, император расформировал сенат, изгнав из него нелояльных членов и поставив на их место людей, ему преданных. Он принял меры для того, чтобы сенаторы не имели права голоса в решении государственных вопросов. Несмотря на общее стремление к экономии, он развернул общественные работы по благоустройству Рима, зная, что это даст работу многим гражданам и улучшит настроение в столице. К тому времени граждане не слишком интересовались положением дел на политической арене. То, что вызвало бы бурю возмущения во времена становления Империи, теперь прошло совершенно незамеченным. Вполне достаточно было того, что у многих появилась возможность заработать себе на жизнь — перестановки в сенате людей больше не интересовали.
Твёрдое руководство позволило Веспасиану восстановить престиж римского оружия, сильно упавший благодаря вялому, потворствующему своим слабостям Нерону. Восстание некоторых частей, базировавшихся в Галлии и представлявших серьезную угрозу, было подавлено, а Тит довершил разгром иудеев взятием Иерусалима. Веспасиан присоединил к Империи последние крохотные независимые государства, сохранившиеся на Востоке, и реорганизовал провинции, расположенные в Малой Азии. Провинция Сирия была расширена в восточном направлении и теперь включала в себя такой важный торговый город, как Пальмира. Таким образом, если бы парфяне решили воспользоваться революцией в Иудее и анархией 68 г. для своих целей, римлянам было бы нетрудно привести их к порядку. Парфия поняла намёк и не стала предпринимать активных действий, несмотря на кажущиеся благоприятными обстоятельства. В ситуации, когда Империей правил сильный монарх, они не давали большого выигрыша, учитывая, что Рим всегда славился своей армией. Единственное, что могло бы ослабить ее, — это неудачное руководство, а в то время ничего подобного не происходило.
Тит вернулся в Рим в 71 г. н. э. с почетными ранами, полученными в войне с иудеями. В честь отца и сына был устроен триумф, а популярность новой династии в глазах народа сильно возросла.
В 77 г. затихший было процесс завоевания Британии снова оживился. Под руководством такого энергичного военачальника, как Гней Юлий Агрикола, римляне полностью покорили Уэльс и двинулись на север, к 83 г. дойдя до того места, где теперь расположен Эбердин. В то же время римские корабли обогнули Шотландию с севера и вторглись в Ирландию. После завершения этой кампании в покоренных частях Британии полным ходом пошел процесс романизации населения.
Однако вскоре после начала британских завоеваний жизни Веспасиана пришёл конец. Он знал, что умирает, и, согласно традиции, предписывавшей оказывать усопшим императорам божественные почести, признал незадолго до конца: «Я чувствую, что становлюсь божеством». Перед самой смертью он приказал тем, кто находился поблизости, помочь ему подняться на ноги, сказав при этом: «Император должен умирать стоя».
Веспасиан умер в 79 году , оставив Империю в цветущем состоянии. Десять лет его правления залечили раны, нанесённые Нероном.

ТИТ (79 - 81 гг.)

image Старший сын основателя династии при жизни отца был его соправителем. Еще в 70 г. солдаты наградили его титулом императора, а по возвращении из Иудеи он был назначен единственным начальником преторианцев. Тогда же Тит получил трибунскую власть; в 73—74 гг., вместе с Веспасианом исполнял должность цензора и несколько раз был консулом. Таким образом, юридически и фактически его право наследования не вызывало никаких сомнений, тем более в обстановке укрепления императорской власти, которое было достигнуто Веспасианом.
Тит без малейших усилий унаследовал престол Империи, так как его отец, Веспасиан, заранее планировал передать ему власть и старался поручать ему государственные заботы, приучая народ к мысли о том, что Тит является его законным преемником. Впервые за все время существования принципата наследником императора становился его родной сын.
В юности Тит вёл довольно-таки рассеянный образ жизни, но народ любил его за щедрость и снисходительность к чужим слабостям, а кроме того, вступив на трон, он быстро остепенился и серьезно занялся государственными делами. Свою роль сыграли и его достижения на военном поприще. Светоний пишет о Тите так:

"Телесными и душевными достоинствами блистал он еще в отрочестве, а потом, с летами, все больше: прекрасная внешность, в которой было столько же достоинства, сколько приятности; отменная сила, которой не мешали ни высокий рост, ни слегка выдающийся живот; исключительная память и, наконец, способности едва ли не ко всем видам военной и мирной деятельности. Конем и оружием он владел отлично; произносил речи и сочинял стихи по-латыни и по-гречески охотно и легко, даже без подготовки; был знаком с музыкой настолько, что пел и играл на кифаре искусно и красиво." ("Жизнь двенадцати цезарей").

В целом (за исключением британской кампании) во время недолгого правления Тита в Империи царило спокойствие. Молодой человек полностью отказался от произвола, который царил во времена прежних императоров, и мог бы служить образцом превосходного правителя. К сожалению, он умер спустя всего лишь два года после своего отца в возрасте около сорока лет.
Во время недолгого правления Тита произошла катастрофа, которую история сохранила во всех подробностях. Поблизости от Неаполя находилась гора под названием Везувий, некогда бывшая действующим вулканом. В последнее время она никак себя не проявляла и поблизости от нее расположились города Геркуланум и Помпеи (последние — популярный римский курорт), а на склонах были разбросаны мелкие земельные хозяйства. Многие римляне имели виллы в Помпеях, в частности, известный оратор Цицерон.
В 63 г., ещё при Нероне, в том районе произошло землетрясение, частично разрушившее оба города, а в ноябре 79 г. вулкан проснулся окончательно, и в течение нескольких часов Геркуланум и Помпеи оказались погребены под слоем раскаленной лавы и пепла.
Тит поторопился прибыть на место происшествия, чтобы лично проследить за ходом спасательных работ и помочь выжившим, однако во время его отсутствия в Риме начался пожар, продолжавшийся три дня подряд, и императору пришлось вернуться, чтобы и там заняться восстановлением.
Если говорить о более приятных событиях, произошедших за время царствования этого правителя, то следует заметить, что императору удалось открыть новые бани (известные как термы Тита) и закончить постройку громадного амфитеатра, которую начал ещё его отец. Строительство началось на месте дворца Нерона; Веспасиан решил снести его и приспособить этот участок земли для общественных нужд. Амфитеатр, в котором можно было увидеть излюбленные зрелища римлян: гонки на колесницах, состязания гладиаторов и битвы диких зверей, был построен из камня и мог вместить пятьдесят тысяч человек, количество, которое и в наше время вызывает уважение.
Амфитеатр лучше всего было бы назвать флавианским, но поблизости от его стояла огромная, выше человеческого роста, статуя Нерона из тех, которые римляне называли colossae (от него произошло современное слово «колоссальный»), и амфитеатр назвали Colosseum (Колизей). Хотя от него остались только руины, но они настолько величественны, что и до сих пор возвышаются над многими строениями Рима.

ДОМИЦИАН (81 - 96 гг.)

image Когда Домициан, младший брат Тита, пришел к власти, ему было 30 лет. Это был видный, интересный мужчина, исполненный достоинства. Гордясь своей внешностью, он не раз говаривал сенаторам: «Ни в моей внешности, ни в моем интеллекте вам не найти ничего, что можно было бы раскритиковать». Он много занимался спортом и достигал отличных результатов в стрельбе из лука, плаванье и верховой езде; занимался и фехтованием, но уже без особого успеха. Изобрел и собственный вид спорта, который назвал klinopale, от греческих слов kline — кровать и pale- состязание, единоборство, то есть борьба в кровати; тут партнершами «спортсменов» обычно бывали женщины легкого поведения. Домициан очень переживал, когда с возрастом стал лысеть. Образование получил хорошее, но ограниченное; как тогда было принято, изучал литературу и риторику. В молодости увлекался и поэзией. Став правителем, уже не мог заниматься такими пустяками, не хватало времени, даже речи ему сочиняли секретари, но книгами и писателями интересовался по-прежнему.
С приходом к власти Домициана история словно повернулась вспять. Если при Веспасиане и Тите нетрудно было представить, что вернулись времена Августа, то правление Домициана напоминало о Тиберии, в свое время унаследовавшем трон после первого императора Рима. Первые, оказывавшие должное уважение сенату, впоследствии получили «хорошую прессу» у историков соответствующей партии, а вторые были заклеймены всеми пороками, которые только могли увидеть или приписать им сочинители исторических трудов.
Как и Тиберий, Домициан по натуре был человеком холодным и скрытным и мало заботился о том, чтобы приобрести популярность. Он даже не пытался воздавать сенаторам традиционные почести и таким образом позволить им сохранить лицо. Благодаря этому позднейшие историки описывали его как жестокого тирана, которым он, возможно, и был по отношению к сенаторам, хотя в остальном его правление оставалось справедливым и твердым. Домициан поощрял семейные ценности и традиционные религиозные обряды, запретил обращение рабов в евнухов, восстановил храмы, уничтоженные пожаром 80 г., воздвиг в честь старшего брата сооружение, названное аркой Тита, создал публичные библиотеки и устраивал представления для народа. Кроме того, он усовершенствовал систему управления провинциями и старался по возможности защищать границы Империи.
При Домициане римские войска впервые в истории достигли берега Каспийского моря в районе Баку; памятником их пребывания там является латинская надпись – самая восточная из известных науке, которая высечена на скале у подножия горы Беюк-Даш в Кобыстане: «В правление императора Домициана Цезаря Августа Германского Луций Юлий Максим, центурион Двенадцатого Молниеносного легиона».

Линия, образованная реками Рейн и Дунай, по которой проходила северная граница, была наиболее слабо защищена в том месте, где находились истоки обеих рек. Там, где теперь располагаются южногерманские города Баден и Вюртемберг, они образовывали дугу, далеко выступающую в направлении на юго-запад. Если бы германцы начали наступление в этом месте, то легко перерезали бы пути сообщения между Италией и Галлией, что повлекло бы за собой огромные проблемы. Во времена Домициана к такой угрозе следовало отнестись со всей серьезностью: местные германские племена хаттов то и дело вступали в стычки с римскими легионерами ещё со времен Августа, и император решил положить этому конец. В 83 г. он во главе своих войск пересек Рейн, разгромил германцев и приготовился надолго занять этот регион.
Как и Тиберий, Домициан не был заинтересован в неразумном (и дорогом) завоевании земель своих соседей; уничтожив угрозу со стороны германцев, он снова занял строго оборонительную позицию, построил вдоль опасного участка границы линию крепостей и таким образом снова сделал весь юго-западный участок германской границы безопасным.
Позднее император отозвал военачальника Агриколу из Британии, и этот шаг дал врагам Домициана повод обвинить его в жадности, хотя затянувшаяся кампания, вполне возможно, давно уже приносила куда больше убытка, чем прибыли. В самом деле, пустынные взгорья Северной Шотландии и дикие, населенные варварами торфяники Ирландии вряд ли стоили трудов, крови и золота, которые приходилось тратить на их завоевание. Домициану не хотелось заниматься этим, тем более что войска требовались в гораздо более близких частях Империи.

image Точно так же, как это случилось с Тиберием полстолетия назад, замкнутый характер императора обрек его на одиночество. Поскольку он никому не доверял, то и не приобрел друзей, и, естественно, его замкнутость привела к тому, что придворные и военачальники все меньше доверяли Домициану и все больше верили слухам, что он замышляет массовые казни. Недостаток популярности привел к тому, что некоторые военачальники начали мечтать о мятеже, и в 88 г. Антоний Сатурнин, который во главе своих войск охранял германскую границу, объявил себя императором и поднял восстание, рассчитывая на помощь местных варварских племен. Это был первый предвестник ужасных времен, когда враждующие римские группировки во главе варваров пойдут по земле умирающей Империи. Обратившись за поддержкой к варварам, военачальник создал первый прецедент из тех, что впоследствии послужили к уничтожению государства.
В этот раз попытка не удалась, и Домициан без особого труда подавил восстание, но в результате подозрительность императора многократно усилилась, вылившись в массовое преследование тех, кто участвовал в восстании или симпатизировал ему, эти события сильно повлияли на его характер. Домициан начал казнить римских философов, идеализировавших времена Республики и таким образом автоматически выступавших против любого сильного императора. Подражая отцу и брату, он устраивал денежные раздачи и роскошные зрелища, развернул широкое строительство и пытался вести завоевательную политику. Разносторонняя деятельность Домициана требовала больших расходов, но, чтобы их покрыть, нужна была изобретательность Веспасиана и здравомыслие Тита.

"Истощив казну издержками на постройки, на зрелища, на повышенное жалованье воинам, Домициан попытался было умерить хотя бы военные расходы, сократив численность войска, но убедился, что этим открывает себя нападениям варваров, а из денежных трудностей не выходит; тогда без раздумья он бросился обогащаться любыми средствами. Имущества живых и мертвых захватывал он повсюду с помощью каких угодно обвинений и обвинителей: довольно было заподозрить малейшее слово или дело против императорского величия" (Светоний. "Жизнь двенадцати цезарей").

Правление Домициана выродилось в самый разнузданный террор. Снова широкой волной, как в скорбные времена Тиберия и прочих деспотов, нахлынули на римлян процессы об оскорблении величиями множество людей погибло в их мутных водах. Домициан отбросил прочь республиканскую внешность принципата, открыто стал именовать себя господином и богом и сделался гонителем и палачом всех добропорядочных людей. Плиний Младший так пишет о Домициане:

"Домициан был устрашающего вида: высокомерие на челе, гнев во взоре, женоподобная слабость в теле, в лице бесстыдство, прикрытое густым румянцем. Никто не осмеливался подойти к нему, заговорить с ним, так как он всегда искал уединения в укромных местах и никогда не выходил из своего одиночества без того, чтобы сейчас же не создать вокруг себя пустоту".

Для того чтобы предотвратить новые попытки военного переворота, Домициан приказал, чтобы каждый легион располагался отдельным лагерем вдоль границы. Это должно было помешать войскам объединить свои силы в борьбе против императора, но попутно привело к потере мобильности, поскольку теперь любую попытку легионеров вместе выступить против внешнего врага могли принять за предательство и начало заговора. Таким образом, защитники Рима намертво засели на своих позициях, потеряв гибкость и возможность успешно сдерживать варваров.
К примеру, во времена Домициана происходили кровавые стычки с даками, племенем, которое жило к северу от нижнего течения Дуная на территории нынешней Румынии. В 80 г. их вождем стал воинственный человек по имени Децебал. После его прихода к власти даки не раз зимой переправлялись через замерзший Дунай и вторгались в Мезию, римскую провинцию, которая находилась немного южнее. В результате императору пришлось принимать ответные меры. Он вытеснил даков из Мезии, вторгся на их собственную территорию и в течение нескольких лет вёл успешную войну, но восстание Сатурнина вынудило его отвести войска, а оставшиеся потерпели сокрушительное поражение. В дальнейшем неудачные попытки сражаться с германскими племенами к западу от Дакии доказали бессмысленность попыток продвинуться в этом направлении. Домициан решил, что будет гораздо проще принять от Децебала номинальную присягу и вручить ему корону, которую тот согласился принять из рук императора Рима. Этот шаг не имел реальных последствий: фактически он как был, так и остался независимым. Более того, начиная с 90 г. император платил повелителю Дакии ежегодную ренту в обмен на заверения о мире и прекращение набегов. Конечно, это было дешевле, чем продолжать войну, но оппозиция воспринимала эти выплаты как позорную дань, которую пришлось выплачивать в первый раз за всё время существования Рима.

В 96 г. наступил конец власти императора. Последние годы Домициан правил исключительно с помощью террора, и наконец в результате дворцового заговора, в котором участвовала сама императрица, он был убит. Таким образом, прекратился род Флавиев, правивший Римом в течение двадцати семи лет и давший ему трёх императоров.


Назад Вперед

Основание Рима

imageАпеннинский полуостров занимает выгодное географическое положение в центре Средиземноморья. Италия омывается Адриатическим, Ионийским, Тирренским и Лигурийским морями, имеет мало изрезанную береговую линию.

Рождение республики
image

По знаменитой легенде, поводом для великой революции, переменившей политическое устройство Рима, стали преступные действия сына царя Тарквиния Гордого — Секста. Домогаясь любви замужней знатной женщины

Завоевание Италии
image

Продвижение Рима на юг Лация привело его в непосредственное соприкосновение с группой самнитов, которая жила на р. Лирисе, и с кампанцами. Под именем последних понимают смешанное население, образовавшееся в результате...

Завоевание Сицилии
image

После завоевания Италии Риму была подвластна территория площадью более пятидесяти тысяч квадратных миль, с населением около четырех миллионов человек. Столетие спустя после разгрома Рима галлами он превратился в мировую

Ганнибал

imageПоражение Карфагена в Первой Пунической войне усугубилось крайне опасным восстанием собственных наемников. Только в 238 г. Гамилькар Барка сумел подавить это восстание. На следующий год Гамилькар отправился в Испанию,

Македонские войны
image

После битвы при Рафии в восточной половине Средиземноморья установилось относительное равновесие между тремя эллинистическими монархиями: Македонией Филиппа V, Сирией Антиоха III и Египтом Птолемея IV.

Время смуты
image

Рим сказочно обогатился, особенно благодаря своим победам над странами Востока, накопившими в течение многих веков цивилизованной жизни несметные сокровища.


Сулла
image

Митридат ненавидел Рим, который в пору его юности беспардонно захватил его родные земли и стал править там, обойдя законных царей Малой Азии. Он видел теперь, как этих несокрушимых

Восстание Спартака
image

Восстание рабов под руководством Спартака, или, как называли его современники, «рабская война» (bellum servile), — одно из самых грандиозных движений угнетенных в древности.

Триумвират
image

После смерти Мария и Суллы в Риме приобрели вес новые люди. Наиболее удачливым из них поначалу был Гней Помпей. Он родился в 106 г. до н. э. и в молодости вместе со своим отцом

Цезарь

imageПосле разгрома Красса и его войска в 53 г. до н. э. из триумвирата остались только двое — Помпей и Цезарь. Цезарь был еще в Галлии, где назревало крупное восстание местного населения, Помпей же находился в Риме

Конец республики
image

Убийство Цезаря произвело в Риме смятение и панику. Сенаторы в страхе разбежались из курии Помпея, где происходило роковое заседание. Заговорщики, наоборот, сделали попытку обратиться к народу.

Октавиан Август

image Гай Октавий родился 29 сентября 63 г. до н. э. в Риме. Он рано потерял отца, и решающую роль в его жизни сыграло родство с Юлием Цезарем , которому он приходился внучатым племянником (он был внуком сестры Цезаря).

Тиберий и Калигула
image

Августу было уже за семьдесят, когда он начал задумываться о смерти. Настало время выбрать себе преемника, человека, который стал бы следующим принцепсом в Риме. Если бы он был царем,


Клавдий и Нерон
image

Если бы не чистая случайность — всего несколько шагов, — совсем по-другому сложились бы судьбы и самого Клавдия, и Рима. В тот роковой январский день он шел из Палатинского театра во дворец в нескольких шагах впереди Калигулы

Гальба, Отон, Вителий
image

Свержение Нерона и провозглашение Гальбы открыло новую страницу в истории Римской империи. Сервий Сульпиций Гальба, человек очень знатный и богатый, правитель Испании, был провозглашен императором в июне 68 г.


Династия Флавиев

image Разрушение Иерусалимского храма стало кульминацией одного из наиболее драматичных поворотных моментов во всей истории Рима. Восстание, бушевавшее в Иудее в 66-70 гг. н. э., потребовало от Рима мобилизации

Нерва, Траян, Адриан
image

Убийство Домициана было совершено без всякого участия преторианской гвардии, среди которой император пользовался большой популярностью. Но так как один из ее командиров



Антонин, Коммод
image

У Адриана, как и у Нервы и Траяна, не было детей, но он ещё задолго до смерти позаботился о том, чтобы выбрать себе преемника. Судя по всему, первый кандидат на императорский престол был выбран не вполне удачно

Династия Северов
image

После смерти Коммода императору должен был унаследовать человек по имени Публий Хельвий Пертинакс. Он родился в 126 г., в правление Адриана, и происходил из бедной семьи.


Кризис III века

image В 235 г. после убийства Александра Севера армия провозгласила новым императором Максимина Фракийца. Максимин стал первым в длинном ряду так называемых солдатских императоров, судьба которых зависела от настроения войска.

Диоклетиан
image

Диокл происходил из бедной семьи, а свое греческое имя получил, видимо, потому, что жил в Диоклее, деревушке на побережье в Иллирике. Он отличился, служа в армии при Аврелиане и Пробе, и, начав с простого солдата, ко времени смерти Кара

Династия Констанция
image

У Диоклетиана было чёткое представление о том, как должен действовать принцип тетрархии. Когда он отрекся от престола, то принудил своего соправителя-августа Максимиана сделать то же

Падение Рима
image

После смерти Юлиана армия тут же на месте провозгласила императором Флавия Клавдия Иовиана, полководца, единственным достоинством которого была принадлежность к христианской религии.

Римский быт

imageВ первые века римской истории все дома, — как городские, так и деревенские, — за исключением крестьянских хижин, были совершенно сходны друг с другом и строились по одному и тому же плану.

Римские зрелища
image

Во времена республики устраивались ежегодно семь народных праздников, которые в эпоху Августа занимали в общей сложности 66 дней: Игры Римские 16 дней (4—19 сентября). Плебейские 14 дней (4—17 ноября).