ТРИУМВИРАТ

image После смерти Мария и Суллы в Риме приобрели вес новые люди. Наиболее удачливым из них поначалу был Гней Помпей. Он родился в 106 г. до н. э. и в молодости вместе со своим отцом воевал против италиков. И хотя их семья была плебейского происхождения, а отец Помпея благоразумно соблюдал нейтралитет в борьбе Мария и Суллы (пока не погиб от удара молнии в 87 г. до н. э.), симпатии молодого Помпея были на стороне сенаторов-аристократов. Пока во главе Рима стояли Марий и Цинна, Помпей благоразумно держался в тени, что и помогло ему выжить.
Услышав, что Сулла возвращается из Малой Азии, он поспешил встать на его сторону и от его имени собрал армию. Он успешно сражался на стороне Суллы и тем заслужил расположение диктатора. Сулла послал его в Сицилию, чтобы разгромить силы Мария, и Помпей настолько преуспел в этом, что Сулла встретил его как триумфатора, хотя Помпей не проходил сразу по двум статьям: он не был правительственным чиновником и не достиг нужного возраста. Сулла также милостиво наградил его прозвищем Магнус (Великий), что было явным преувеличением.
Военная карьера Помпея складывалась удачно и после смерти Суллы. В 77 г. до н. э. он разбил римского генерала Марка Эмилия Лепида, который выступил против политики Суллы. Лепиду пришлось бежать в Испанию, которая в ту пору была штабом приверженцев Мария. Испанией в то время управлял военачальник Квинт Серторий. Когда Сулла стал хозяином в Риме, тот отступил на запад. Серторий сражался в Испании и в Северо-Западной Африке, и впоследствии, по просьбе некоторых мятежных испанских племен, возглавил их борьбу против римского правительства.
Само собой разумеется, Помпей стал преследовать разгромленного Лепида и в 77 г. до н. э. убедил сенат послать его в Испанию для расправы с обоими мятежниками. Однако у него ничего не вышло. Лепид по прибытии в Испанию умер, а Серторий оказался не по зубам молодому военачальнику. Разбитому и уничтоженному Помпею пришлось обратиться к Риму за подкреплением. Это давало повод заподозрить, что Помпей бездарный полководец, но удача не оставила его. В 72 г. до н. э. Серторий погиб от руки убийцы (несомненно нанятого на римские деньги), и организованное им в Испании движение быстро пришло в упадок.
Пока Помпей находился в Испании, перед Италией встала новая угроза. В двух сражениях Красс разгромил восставших рабов под предводительством Спартака. Спартак погиб, а его армия оказалась фактически уничтожена. В это время из Испании вернулся Помпей и подключился к боевым действиям.

После разгрома обоих восстаний хозяевами положения в Риме стали Красс и Помпей. Хотя они терпеть не могли друг друга, политическая необходимость заставила их объединиться и заключить союз с целью добиваться консульства на 70 г. Войск своих победоносные полководцы не распускали, чем оказывали давление на сенат. Популярам было дано торжественное обещание отменить сулланскую конституцию и восстановить полностью демократические порядки. Таким образом, крупнейшие представители партии Суллы превратились в демократов.
В 70 г. Помпей и Красс стали консулами. Особым законом они уничтожили все ограничения трибунской власти (lex Pompeia Licinia). Претор Луций Аврелий Котта провел важную реформу суда (lex Aurelia): отныне судебные комиссии должны были составляться поровну из сенаторов, всадников и так называемых эрарных трибунов. Это были богатые плебеи, которые по своему имущественному положению следовали непосредственно за всадниками. Реформа Аврелия Котты положила конец долгой борьбе за суды, начавшейся еще в эпоху Гракхов. Она, правда, носила компромиссный характер, но зато более или менее удовлетворяла всех.

"В 70 г. снова были избраны цензоры, которые произвели чистку сената от лиц, являвшихся прямыми ставленниками Суллы. 64 человека были вычеркнуты из списка сената. Таким образом, были уничтожены все основные антидемократические реформы Суллы. Чрезвычайно характерно как знамение времени, что все эти мероприятия были проведены не популярами, не вождями демократов, а победоносными полководцами, которые пользовались демократией как орудием для достижения своих личных целей. Политическая история Республики вступала в свою последнюю фазу.
Однако состояние римской державы было таково, что простое восстановление порядков, существовавших до 82 г., не могло помочь делу. Тем более, что эти досулланские порядки, как мы знаем, были таковы, что Сулла имел некоторые основания их реформировать. Положение в Италии и в провинциях требовало чрезвычайных мер."
(Ковалев. "История Рима")

image Особенно отвратительный пример казнокрада являл собой некий римский политик по имени Гай Верр. Верр был бессовестным и беспринципным человеком, единственной целью которого было красть. Вначале он был сторонником Мария, по, почуяв, что победа, скорее всего, достанется Сулле, переметнулся к нему. Сулла простил ему уже совершенные кражи и в 80 г. до н. э. включил его в штат сотрудников губернатора провинции Азия. Оба без зазрения совести обкрадывали беззащитных провинциалов, но, когда их привлекли за это к ответственности в Риме, Верр спокойно обернул все улики против губернатора и вышел сухим из воды.БикЮ Впоследствии, в 74 г. до н. э., он стал губернатором Сицилии, где продолжал обогащаться за счет жителей. Разумеется, все уже привыкли, что губернаторы приобретали богатство незаконными путями. А когда истекал срок их полномочий и жители провинции направляли в сенат иск, тот обычно закрывал на это глаза. Каждый сенатор ждал своего шанса погреть руки, если уже не сделал этого.
Хищения, однако, должны были оставаться в пределах разумного, а Верр не знал меры. Он побил все рекорды плутовства. Масштабы его краж поражали: он обворовал даже Рим, присвоив деньги, выплаченные за поставки зерна из Сицилии.
В это время стала расти известность еще одного римлянина — Марка Туллия Цицерона. Цицерон, родившийся в 106 г. до н. э., не обладал борцовскими качествами — это был болезненный, но очень умный юноша. Во время Союзнической войны он сражался простым солдатом, и это был его единственный опыт военной службы, весьма незначительный, надо сказать. Во время гражданской войны его симпатии принадлежали Сулле, но он ухитрился избежать участия в боях. Вместо этого он занялся образованием, путешествуя по просвещенному Востоку и слушая лекции великих учителей. По возвращении в Рим в. 77 г. до н. э. он женился на Тереиции, богатой женщине, которая тут же прибрала его к рукам (поскольку он и дома не отличался твердым характером). Цицерон был от природы одаренным писателем и оратором. На Востоке он изучил риторику и стал величайшим оратором в истории Рима. Лишь он может сравниться с Демосфеном, греческим оратором, жившим на два века раньше. В словесной баталии Цицерон умел решительно сражаться, энергично атаковать и легко побеждать.
В 75 г. до н. э. Цицерон служил в Сицилии, а поскольку он был честным человеком, то сицилийцы доверяли ему. Поэтому неудивительно, что в 70 г. до и. э., когда Верр покинул свой пост губернатора, сицилийцы обратились к Цицерону за помощью. Они попросили его представлять их и а суде против Верра. Цицерон с радостью взялся за это дело, хотя Верра поддерживала почти вся сенатская знать. (К счастью, случилось так, что судья оказался одним из немногих честных сенаторов.) В течение нескольких месяцев сенаторы использовали любую зацепку в деле, чтобы оправдать Верра на основе той или иной формальности. Они нашли опытного адвоката для защиты Верра, они пытались заменить Цицерона на послушного их воле обвинителя, надеясь затормозить процесс и получить нового судью. Но они добились только одного — все больше и больше людей стали интересоваться этим процессом, в то время как Цицерон умело парировал все их маневры. В конце концов Цицерон предоставил суду улики против Верра, которые оказались такими сокрушительными, что крыть было нечем. Верр бежал в Массалию и был осужден заочно. (Однако он сумел сохранить большую часть украденных им богатств и прожил в роскоши еще четверть века.)
Дело Верра помогло немного уменьшить масштабы воровства в провинциях, но его главным итогом было становление Цицерона как оратора. Оно сильно повредило репутации сената, и Помпей с Крассом через год после этого процесса легко добились принятия своей программы судебной реформы. Помпей стал любимцем народа. Он одержал победы на Сицилии, в Италии и Испании; он разгромил аристократию и показал себя стойким борцом за дело народа и реформы.

Новая опасность возникла совсем недалеко от Рима. Разорив последний богатый торговый город Греции Родос, Рим тем самым уничтожил мощный фактор, сдерживавший пиратство на Средиземноморье. Теперь все Средиземноморье кишело пиратами — их было гораздо больше, чем два столетия назад, во времена господства иллирийских пиратов. Торговым кораблям стало почти невозможно добраться из одной части римских владений в другую, не уплатив при этом дани разбойникам, — и это лучшее, что могло случиться. Нарушались даже поставки зерна в Рим, поэтому в городе постоянно росли цены на продукты. Более того, пираты время от времени совершали нападения на города, похищали мужчин, женщин и детей и продавали их в рабство торговцам, не задававшим лишних вопросов. Не было безопасно и у побережья самой Италии. В 74 г. до н. э. Рим присоединил к своим владениям греческий город Кирену на африканском побережье к западу от Египта. Более двух веков Кирена была частью Египта Птолемеев. В конце концов она стала убежищем пиратов, но захват города Римом положил этому конец. Оставались, однако, другие пиратские центры. Один из них располагался на острове Крит, к северо-востоку от Кирены, а другой — в Киликии, области на юго-восточном побережье Малой Азии.
В 68 г. до н. э. Квинт Цецилий Метелл Пий (сын Метелла Нумидийского, который победоносно воевал против Югурты) отправился в морской поход против пиратов. Он был одним из самых удачливых военачальников Суллы. Удача не изменила ему и теперь. Он захватил Крит, и в 67 г. до н. э. остров стал римской провинцией. Однако пираты по-прежнему удерживали Киликию.
В начале 67 г. народный трибун Авл Габиний внес предложение о том, чтобы одному из консуляров была предоставлена проконсульская власть на 3 года на всем пространстве Средиземного моря и на прибрежной полосе, простирающейся на 50 миль в глубину. Ему предоставлялось право выбрать себе 15 легатов в ранге претора, давался флот в 200 судов и такое количество войск, которое будет необходимо. Имя кандидата не было названо, но все понимали, что речь идет о Помпее.
Ввиду этого законопроект вызвал резкое противодействие сената: его пугали огромные полномочия, которыми наделялся новоявленный демократ. В обществе ходило крылатое слово, что Помпей из навархов метит в монархи. Сопротивление оптиматов было сломлено после жестокой борьбы. Законопроект стал законом (lex Gabinia), причем в процессе своего прохождения он получил дальнейшее расширение, количество легатов увеличено до 24, число судов — до 500, цифра войск определена в 120 тыс. пехоты и 5 тыс. конницы. После того как закон прошел, персонально был избран Помпей. Один этот факт вызвал падение цен на хлеб.
Помпей с необычайной быстротой выполнил возложенную на него задачу. В 40 дней была очищена западная половина Средиземного моря. Потом он послал своих легатов на Восток, а следом за ними отправился и сам. Киликийские пиратские гнезда были ликвидированы в течение 49 дней. Такая быстрота в значительной мере объясняется тем, что Помпей действовал не только силой, но и дипломатией: он сохранял жизнь и свободу всем, кто слагал оружие. Тем не менее около 10 тыс. наиболее отчаянных пиратов погибло или попало в плен, более 800 судов было захвачено, 120 пиратских крепостей разрушено. Средиземное море на некоторое время было очищено, и нормальные торговые отношения восстановились. Помпей стал самым популярным человеком в Риме. Поэтому было совершенно естественно, что год спустя он получил новое ответственное поручение.

image В 67 г. из Рима в Азию на смену Лукуллу послали демократического консула Мания Ацилия Глабриона. Митридат решил воспользоваться обстоятельствами, складывавшимися для него столь благоприятно. Он перешел в наступление, отвоевал Понт, Каппадокию и угрожал провинции Азии.
В начале 66 г. народный трибун Гай Манилий внес законопроект о передаче Помпею командования на Востоке с вручением ему высшего империя (imperium maius) по отношению к другим полководцам и с правом самостоятельно объявлять войну и заключать мир. Предложение Манилия поддержал Цицерон. Несмотря на сопротивление сената, законопроект был принят народным собранием (lex Manilia).
Помпей, который только что окончил войну с пиратами и стоял в Киликии, принял остатки войск Лукулла (Глабрион бездействовал в провинции Азия). Прежде чем начать военные действия, Помпей вступил в переговоры с Митридатом. Они не дали никаких результатов, так как римский полководец требовал безусловной сдачи. Одновременно с этим Помпей вел переговоры с парфянами. Ему было важно связать Тиграна, чтобы тот не мог помочь Митридату. Парфянский царь Фраат за территориальные уступки в Месопотамии обещал Помпею напасть на Армению.
Митридат ждал Помпея в восточной части своего царства. Под сильным натиском римлян он вынужден был начать отступление. В Армении, на верхнем течении Евфрата, Помпей нагнал и разбил понтийского царя в ночном сражении. Митридат с несколькими спутниками бежал к Тиграну. Но тот не принял его: Фраат по договору с Помпеем напал на Армению, и Тигран был принужден оставить Артаксату и бежать в горы. При таких обстоятельствах он вовсе не склонен был ссориться с римлянами.
Митридат добрался до Колхиды, где провел зиму 66/65 г. Оттуда с величайшим трудом вдоль восточного побережья Понта он перебрался в бывшее Боспорское царство (65 г.). Там власть была захвачена сыном Митридата Махаром, восставшим против отца и заключившим союз с римлянами. Митридат свергнул его и заставил кончить жизнь самоубийством. Еще раз он попытался завязать переговоры с Помпеем. И теперь они оказались безрезультатными, так как Помпей продолжал требовать личной явки Митридата. Тогда неутомимый царь принялся за подготовку грандиозного плана. Он собирался объединить варварские племена Северного Причерноморья и Дуная и вторгнуться с ними в Италию. С этой целью Митридат организовал войско в 36 тыс. человек, состоявшее частью из скифских рабов, и военный флот. Но этот план, при осуществлении которого Митридат хотел опереться главным образом на варваров, вызвал резкое недовольство греческого населения Боспора. Недовольство перешло в возмущение, когда Митридат стал вымогать у своих подданных средства для похода, применяя для этого меры самого крайнего насилия.
Первой восстала Фанагория (на Таманском полуострове). За ней последовали Херсонес, Феодосия и другие города Боспорского царства. Царь, потерявший голову от ярости и отчаяния, обрушился на своих приближенных с неслыханной жестокостью. Тогда во главе мятежников встал любимый сын Митридата Фарнак. Армия и флот перешли на его сторону; Пантикапей, столица Митридата, открыла ворота восставшим. Царь был осажден в своем дворце. Видя, что все погибло, Митридат сначала заставил отравиться всех своих жен и дочерей, а затем сам принял яд. Но так как отрава действовала слишком медленно (говорят, что Митридат с молодых лет приучал свой организм к действию ядов), то он приказал одному из наемников убить себя (63 г.). Рим вздохнул свободно, узнав о смерти одного из своих самых страшных врагов.
Фактически Риму принадлежало теперь все малоазийское побережье. В глубине суши еще оставались царства, такие, как Каппадокия и Галатия, номинально считавшиеся подвластными местным правителям, однако Рим крепко держал их в руках, и в течение последующих тридцати — сорока лет они тоже превратились в римские провинции.

С наступлением затишья в Малой Азии Помпей повернул войска на юг и прошел вдоль восточного побережья Средиземного моря. Там он обнаружил последний осколок империи Селевкидов, которая за сто двадцать пять лет до этого, во времена царствования Антиоха III, осмелилась бросить вызов Риму. Теперь от нее осталось лишь небольшое царство, включавшее в себя земли, располагавшиеся вокруг сирийской столицы Антиоха. Целый век вся история Селевкидов сводилась лишь к междоусобной борьбе претендентов на трон все более и более слабеющего государства. Во времена Помпея царем был Антиох XIII, которого три или четыре года назад возвел на трон Лукулл. Помпей решил покончить с этой бесполезной суетой. Он сместил Антиоха и присоединил страну к Риму в качестве провинции Сирия.
К югу от Сирии располагалась Иудея. Веком раньше она восстала против Селевкидов, завоевала независимость и продолжала существовать под властью царей из династии Маккавеев. Поначалу она процветала под их правлением, но затем ее история в целом также свелась к ссорам между членами правящей семьи. Когда в Иудею прибыл Помпей, там шла гражданская война между двумя братьями из семьи Маккавеев. Один из них был Гиркан II, а другой — Аристобул, оба иудеи, несмотря на греческие имена. Помпей потребовал сдачи всех иудейских крепостей. В этом ему было отказано, как и во вступлении в Иерусалим. Помпей три месяца держал город в осаде, после чего, обычно упрямые, иудеи уступили.

Пока Помпей воевал в Азии, Красс стал лидером партии популяров. Среди его приближенных был утонченный, но своенравный аристократ Гай Юлий Цезарь, который однажды не спасовал перед самим Суллой и даже сумел выйти из той ситуации живым. Цезарь, родившийся в 102 г. до н. э., происходил из одной из самых древних и благородных семей Рима, и мы могли бы ожидать найти в нем верного сторонника консерваторов из сената. Однако он родился в год великой победы Мария над варварами; его тетя была замужем за Марием, а сам он женился на дочери сподвижника Мария, Цинны. Поэтому, вероятно, именно Марий стал кумиром Цезаря, что и привело последнего в ряды приверженцев партии популяров. Цезарь после своего столкновения с Суллой, в результате которого он потерял все имущество и положение в обществе, но сумел сохранить жизнь, поступил очень благоразумно. Он не стал искушать судьбу, а уехал из Италии и сражался в рядах римской армии, воевавшей в Малой Азии, и вернулся домой только после смерти Суллы. Здесь он, подобно Цицерону, прославился как искусный судебный оратор. По своим ораторским способностям он уступал только Цицерону.
В 76 г. до н. э. он отправился на остров Родос изучать риторику под руководством лучших учителей. Но по пути он попал в руки пиратов, которые потребовали за него выкуп. Пока друзья и родственники собирали деньги, Цезарь сумел очаровать своих тюремщиков (он умел очаровать любого). Они приятно проводили время в обществе друг друга, и как-то в ходе дружеской беседы пираты спросили Цезаря, что бы он сделал, если бы получил свободу. Цезарь спокойно ответил, что вернулся бы сюда с целым флотом военных кораблей, схватил бы и казнил тех, кто держит его здесь, чтобы получить выкуп. Пираты посмеялись, думая, что это шутка. Но когда выкуп уплатили и Цезарь получил свободу, он тут же собрал флот, вернулся, схватил пиратов и предал их казни — все, как обещал. С этим веселым молодым аристократом шутки были плохи.
После короткого пребывания на Родосе Цезарь снова отправился в Малую Азию воевать с Митридатом. После этого он вернулся в Рим и решил заняться большой политикой. Завоевав популярность в народе, он добился избрания на разные официальные посты. Он раздавал направо и налево деньги, доставшиеся ему в наследство. Ни один проситель не уходил от него, не получив помощи; он спонсировал грандиозные соревнования для народа, вел роскошную жизнь и восхищал всех своей расточительностью. Более того, он продолжил дело погибшего Мария, память которого для многих оставалась священной. Сулла велел убрать статую Мария и его военные трофеи из Капитолия. Однако в 68 г. до н. э., когда умерла тетя Цезаря (вдова Мария), племянник, не побоявшись гнева властей, велел во время погребалыюй процессии нести бюст Мария. В 65 г. до н. э. он добился того, чтобы статуя и трофеи Мария вернулись в Капитолий. Сенат пришел в ужас, но не осмелился возражать, поскольку народ бурно выражал свое ликование.
В результате на свои эксцентричные выходки Цезарь растратил все состояние и залез в миллионные долги. Такая жизнь должна была погубить его, но он не погиб. Красс понял, что ему нужны такие люди, как Цезарь. Где еще он найдет такого великолепного оратора, любимца публики, постоянно нуждающегося в деньгах? Красс понял, что, снабжая его средствами, он сможет использовать его обаяние, ум и популярность в собственных целях, а Цезарь сможет и дальше вести привычную жизнь.
Партия популяров привлекала людей, которые по той или иной причине хотели изменить ситуацию в римском обществе, то есть устроить нечто вроде революции. И не всегда это были приверженцы благородной идеи или защитники бедных и угнетенных. Многие желали поменять существующее положение, чтобы получить власть, богатство или отомстить за что-то.
Пример такого ниспровергателя основ -— патриций Луций Сергий Катилина, не вылезавший из долгов. Подобно Цезарю, он был выходцем из аристократической семьи и так же, как и Цезарь, растратил свое состояние на разные экстравагантные выходки. Впрочем, он не имел того обаяния и умения добиваться успеха, какие были присущи Цезарю.
До нас дошли только те описания характера Катилины, которые составили его враги, и конечно же они сильно преувеличивают его пороки. Но даже если хотя бы часть того, что о нем рассказывали, соответствовала истине, то Каталина был ужасным человеком, жестоким, порочным, не гнушавшимся даже убийством. В свое время он входил в число приспешников Суллы и являлся членом консервативной партии. Однако, окончательно разорившись, он, ни минуты не раздумывая, превратился в яростного противника консерваторов, надеясь таким образом поправить свое финансовое положение.
Ему показалось, что единственный способ вылезти из долгов — это добиться избрания консулом. Для этого он стал заигрывать с партией популяров, обещая, в случае своего избрания, провести в жизнь выдвинутую ею программу - разделить землю между теми, кто ее не имел, и ограбить провинции ради обогащения Рима. "Красс поддерживал его, как и Цезаря, но Каталину не избрали консулом. Разозленный, он не придумал ничего лучше, чем начать готовить покушение на консулов и разорение города (по крайней мере, так пишут о нем его враги). Мы не знаем, были ли Красс и Цезарь посвящены в эти безумные планы, но очень сомнительно, чтобы они поддержали их. Трудно поверить, чтобы Красс, один из богатейших людей в Риме, желал ниспровержения существующего порядка и конфискации имущества богачей — ведь он сам стал бы первой жертвой. Скорее всего, ни Красс, ни Цезарь ничего не знали о тайных замыслах Каталины, возможно также, что он вовсе не строил таких радикальных планов, как говорили его враги.
Так или иначе, когда все раскрылось, консерваторы обвинили Красса и Цезаря в том, что они участвовали в заговоре и разделяли намерения Катилииы, да и большинство историков уверены в этом." (Азимов. "Римская республика")

image Против Катилииы активно выступал глава сенаторов-консерваторов Марк Порций Катон, праправнук и тезка старого Катона-Цензора. Катон Младший был образцом несгибаемой добродетели. Он служил в Азии под командованием Лукулла, восхищаясь той суровой дисциплиной, которую тот установил в своих войсках. Катон сознательно строил свою жизнь, подражая римлянам древности. Он страшно гордился своей добродетелью и всячески выпячивал ее, а это раздражало людей; он никогда не делал скидок на слабости других, а это злило их; он никогда ни с кем не шел на компромисс и поэтому всегда терпел поражения.
Против Катилины выступал и Марк Туллий Цицерон, не принадлежавший ни к оптимотам, ни к популярам. Цицерон, в общем, был добрый человек, благородный и честный, с высокими моральными принципами. Не менее справедливый, чем Катон, он не обладал присущим последнему самодовольством. Правда, Цицерон не отличался сильным характером. Он часто сомневался, как следует поступить в том или ином случае, и эта нерешительность производила впечатление трусости.
Однако теперь Цицерон был решителен как никогда. В 63 г. до н. э. он выставил свою кандидатуру на пост консула против кандидатуры Катилины и был избран. Став консулом, он решительно взялся за дело. Один из заговорщиков проговорился о планах Катилины, и некоторые подробности этих планов дошли до ушей Цицерона, включая намерение убить его самого. Марк Туллий старательно собрал сведения о заговоре. Более того, он предпринял меры против вооруженного мятежа. Он велел расставить на стенах Рима часовых, вооружил жителей, а затем созвал заседание сената.
Катилина не побоялся появиться на этом заседании, ибо он, кроме всего прочего, был сенатором. Цицерон встал и произнес самую яркую и эффектную речь в своей жизни, бросив в лицо Катилины обвинения в заговоре. Великий оратор раскрыл все его планы, действия и намерения. Во время его речи сенаторы, сидевшие рядом с Катилипой, встали и отошли, и заговорщик остался один в окружении пустых кресел. Слухи о страстной, обличительной речи Цицерона разнеслись по всему Риму, и Катилина, не осмеливаясь оставаться в городе, ночью бежал к армии, которую собрали его товарищи. он в открытую восстал против Рима, население которого нришло в ярость, узнав об этом из второй обличительной речи Цицерона, произнесенной на Форуме.
Затем Цицерон предоставил свидетельства того, что друзья Катилины в Риме сговаривались с представителями еще не подчиненных римлянами племен центральной и северной Галлии. Они, по-видимому, предлагали галлам вторгнуться в Италию, когда Катилина ударит в центр. Заговорщиков, оставшихся в городе, сразу же схватили и стали решать, что с ними делать. По римским законам их должны были отдать под суд, по Цицерон хотел, чтобы их казнили немедленно («линчевали», как сказали бы сейчас). Он боялся, что, если передать их дело в суд, они сумеют выкрутиться, пустив в ход свое влияние и подкупив судей.
Красс благоразумно держался в стороне, зная, что в Риме ходят слухи о его причастности к заговору. Цезарь, о котором ходили точно такие же слухи, оказался смелее. Он выступил с речью, решительно потребовав, чтобы заговорщиков не казнили, а передали суду. Его слова были столь убедительны, что на какое-то время всем показалось, что победит закон. Но тут встал Катон Младший и говорил так красноречиво, что мнение толпы опять переменилось, и заговорщики были казнены без суда и следствия.
Римская армия встретила войско Катилины в двухстах милях к северу от Рима и разбила его. В 62 г. до н. э. он покончил жизнь самоубийством, сочтя, что другого выхода у него нет. Разгром заговора Катилины был вершиной политической карьеры Цицерона. На короткое время он стал спасителем Рима или, как льстиво выразился Катон, «отцом страны». Цицерон, очень тщеславный человек, наверное, решил в тот момент, что теперь всю оставшуюся жизнь будет купаться в лучах славы, но он ошибся. Во-первых, домой возвращался Помпей, непобедимый полководец, положивший к ногам Рима весь Восток, уничтоживший пиратов, покончивший с постоянной угрозой, исходившей от Митридата, поставивший на колени Армению и уничтоживший одним движением руки Сирийское и Иудейское царства.

"В сентябре 61 г. состоялся пышный двухдневный триумф Помпея. Он красочно описан древними авторами. В первый день триумфа в процессии были пронесены две огромные таблицы, на которых перечислялись крупнейшие деяния Помпея: его победы над 22 царями, распространение римских владений до Евфрата, увеличение годового дохода Римского государства (благодаря податям с новых провинций) с 50 до 80 млн. драхм, празднование триумфа за победы во всех трех частях света. За этими двумя таблицами двигались нескончаемым потоком колесницы и мулы, нагруженные военными доспехами, золотом, сокровищами, художественными изделиями, драгоценной утварью, произведениями искусства. На следующий день процессия состояла из «живых трофеев»: сначала были проведены толпы пленных из различных стран, затем шли знатные лица и заложники, среди которых было семь сыновей Митридата, иудейский царь Аристобул с сыном и двумя дочерьми, сын армянского царя Тиграна, вожди пиратов, албанские и иберийские князья. Наконец, окруженный блестящей свитой из своих легатов и трибунов, на украшенной жемчугом колеснице следовал сам триумфатор, облаченный в тунику, которую, по преданию, носил еще Александр Македонский." (Утченко. "Древний Рим")

Помпей, пребывая в полной уверенности, что ему ни в чем не откажут, распустил свою армию и попросил сенат ратифицировать все его деяния на Востоке. Он просил сенаторов на одном общем голосовании одобрить все мирные договоры, которые он заключил, все провинции, которые он присоединил к Риму, всех царей, которых он посадил на троны или скинул с них. Он попросил также наделить землей его воинов. Он был совершенно уверен, что сенат одним словом «да» одобрит все, что он сделал.
Но сенаторы не оправдали его надежд. Враждебную кампанию открыл Лукулл, смещенный в свое время с поста главнокомандующего в войне с Митридатом и замененный Помпеем. Теперь он получал возможность свести с ним старые счеты. Поэтому он выступил против суммарного утверждения сделанных Помпеем распоряжений и предложил обсуждать их в отдельности, по пунктам, что открывало простор нескончаемым дискуссиям. Его предложение было немедленно поддержано всеми противниками Помпея (в том числе Катоном).
Убедившись на этом примере, сколь длительной, а скорее всего, и бесплодной будет борьба в сенате, Помпей сделал попытку действовать иным путем, хотя бы в отношении наделения солдат землей. Близкий ему трибун Луций Флавий внес проект аграрного закона. Вопрос ставился так, что земля должна была покупаться в течение пяти лет на доходы от податей и налогов с тех новых провинций, которые были завоеваны самим Помпеем.
В защиту нового законопроекта выступил Цицерон, оговорив в нем, однако, ряд довольно существенных изменений. Но против закона ополчились и вечный оппозиционер из консервативного лагеря Катон, и консул 60 г. Квинт Метелл Целер. Борьба была столь ожесточенной, что Флавий, желая сломить упорное сопротивление Метелла, прибегнул к крайнему средству: заключил консула в тюрьму и запретил ему сноситься с сенатом. В той обстановке это был явный тактический промах. Помпею пришлось не только одернуть своего не в меру ретивого сторонника, но и отказаться, хотя бы временно, от проведения аграрного закона.
Таким образом, увенчанный славой полководец терпел неудачу за неудачей. Положение его становилось критическим. Контакт с сенатскими кругами никак не налаживался, более того — пропасть все расширялась, и, казалось, ничто не может ее заполнить. С другой стороны, он, конечно, никак не мог отказаться от своих требований, реализация которых была тесно связана со всей его репутацией, с его положением в государстве. Помпей, кстати сказать, в этой столь неблагоприятно сложившейся для него ситуации проявил завидную выдержку, политическую осмотрительность, гибкость и целеустремленность. Очевидно, следовало искать каких–то других путей и возможностей. И они были им найдены.
В июне 60 г. вернулся из Испании в Рим — после наместничества в этой провинции — Юлий Цезарь. Он возвратился оттуда богатым человеком, хотя перед отъездом был настолько опутан долгами, что кредиторы не хотели выпускать его из Рима и только поручительство Красса (на сумму в 830 талантов!) дало ему возможность отправиться в провинцию. Однако Цезарь вернулся из Испании не просто разбогатевшим, но и укрепившим свою политическую репутацию, свое общественное положение. Он вернулся с намерением претендовать на консульство.
Вернувшись Цезарь обнаружил. что в Риме сложилась ситуация, о которой он мог только мечтать. Помпей, огорченный и возмущенный поведением сенаторов, был готов почти на все, чтобы отомстить консерваторам, конечно, если найдется человек, который подскажет ему, что надо делать. А Цезарь только этого и ждал. Он предложил объединить силы великого полководца Помпея и блестящего оратора Цезаря. Им не хватало только денег, но их можно было занять у Красса. Пусть и он присоединится к ним. Конечно, у Помпея не сложились отношения с Крассом, но Цезарь не сомневался, что это дело поправимое, и оказался прав. Все трое согласились действовать совместно, защищая интересы друг друга. Так был создан первый триумвират (это слово произошло от латинского словосочетания, означающего «три человека»).
Цезарь не ошибся. С деньгами Красса, военной славой Помпея и политическими талантами Цезаря они втроем замечательно управляли Римом. Цицерон обнаружил, что о нем забыли, хотя слава победителя Катилины прогремела еще совсем недавно; Катон же и консерваторы, поддерживавшие его, обнаружили, что бессильны.
В 59 г. до н. э. Цезарь легко добился своего избрания консулом; и в этой должности он защищал интересы других членов триумвирата. Другим консулом был представитель консервативной партии, который пытался помешать Цезарю, но Гай Юлий оказался более решительным человеком, которого не так легко было сбить с толку, как когда-то Мария. Цезарь просто выгнал второго консула с Форума и сделал его пленником в его же собственном доме, а пробыл свой срок единственным консулом. Цезарь добился, чтобы все действия Помпея на Востоке были одобрены, а его солдаты получили земельные наделы в Италии. Единственным человеком, который осмеливался противостоять Цезарю, несмотря на угрозу тюремного заключения и смерти, был Катон. Поэтому Цезарь назначил его губернатором отдаленного острова Кипр, куда ему и пришлось удалиться. Цицерон, другой противник Цезаря, не отличался храбростью Катона. Его легко было запугать, и Цезарь просто напустил на великого оратора негодяя.

"Этого человека звали Публий Клодий. Лишенный каких-либо моральных устоев, чванливый, избалованный и развратный, этот аристократ вечно приносил всем неприятности и сам часто попадал в переделки. Он служил под командованием Лукулла (своего зятя) в Малой Азии, но никаких военных подвигов не совершил. Впервые он привлек внимание всего Рима в 62 г. до н. э. Решив разыграть женщин в доме Цезаря, он переоделся в женскую одежду и принял участие в религиозных обрядах, на которых позволялось присутствовать только дамам. Однако мать Цезаря узнала его и отдала под суд по обвинению в святотатстве. Но ему удалось взятками добиться оправдания.
Пошли слухи, что Клодию удалось разыграть эту дурную шутку благодаря благосклонности второй жены Цезаря, Помпеи. (Клодий был так красив, что даже получил прозвище Пульхер — красавец.) Цезарь объявил, что его жена ни в чем дурном не повинна, но развелся с ней, ибо не мог стерпеть даже тени подозрения на имени своей жены. Говорят, что он сказал: «Жена Цезаря выше подозрений». Это высказывание стало поговоркой, означающей требование наивысшей добродетели. На суде над Клодием Цицерон выступил с решительным требованием казнить его. Его язвительный сарказм вызывал у Клодия ненависть, которая не уменьшалась с годами. В 59 г. до н. э. Клодий стал, по своему желанию, членом плебейской семьи, отказавшись от звания аристократа ради того, чтобы получить право баллотироваться на пост трибуна."
(Азимов. "Римская республика")

Клодий был избран трибуном, и, чтобы отомстить Цицерону, вытащил на свет божий дело о казни участников заговора Катилины пять лет назад. Он заявил, что, казнив их без суда и следствия, Цицерон нарушил закон и сам подлежит казни. Цицерон в ответ доказывал, что над городом в тот момент нависла смертельная опасность и что его следует не обвинять, а благодарить за быстрые действия. Если бы Цицерон был столь же смел, как и Цезарь, и держался бы за это утверждение, то ему удалось бы победить, но мужество изменило ему. Клодий велел банде наемных хулиганов запугать бедного оратора. Цицерон не мог даже дойти от своего дома до сената, чтобы на его слуг не напали, угрожая смертью. И Цицерон сдался. Он добровольно отправился в ссылку в Эпир, жалея себя и пребывая в унынии. В его отсутствие Клодий конфисковал все имущество прославленного оратора.
Так Цезарь разделался со всеми могущественными людьми Рима. Двое из них, Помпей и Красс, оказались связаны с ним неразрывными узами. Двоих других, Катона и Цицерона, выжил из города. Теперь он собирался сделать следующий шаг — добиться славы великого полководца. Получив ее, он сможет править один. Цезарь обратил свой взор на Галлию. Южная Галлия была римской провинцией, но к северу располагались широкие просторы незавоеванных земель, которые, по его мнению, ему предстояло покорить. Наверное, другие видели в этом излишний оптимизм, ведь Цезарю было уже сорок четыре года — молодость осталась позади. У него почти не было военного опыта — несколько битв в Малой Азии и еще меньше в Испании, вот и все. Однако Цезарь был необычным человеком и сам хорошо это понимал. Он чувствовал, что сможет выполнить все задуманное, и его биография подтвердила его правоту.
В 58 г. до н. э. он объявил себя губернатором Цизальпинской и Трансальпийской Галлии на небывалый срок в пять лет. Но перед тем, как уехать, он, боясь, что Помпей в его отсутствие станет его врагом, решил подстраховаться и выдал за товарища свою прекрасную младшую дочь Юлию. А сам он женился в третий раз на Кальпурнии, дочери одного из друзей Помпея.

image Цезарь приехал в южную Галлию и стал ждать случая прославиться на военном поприще. Ждать пришлось недолго. Река Рейн отделяла галльские племена, жившие на западе, от германоязычных на востоке, и вскоре последние вторглись в Галлию. Один из германских племенных вождей, Ариовист, в 60 г. до н. э. перешел Рейн и захватил обширные земли на территории Галлии. В 58 г. до н. э галльское племя гельветов, спасаясь от германцев, решило покинуть свою родину (в современной Швейцарии) и переселиться на берега Атлантики. Гельветы обратились к Цезарю за разрешением беспрепятственно пройти через римскую территорию. Но Цезарь решил, что нельзя пускать четыреста тысяч диких галлов на запад. Быстрыми маршами и смелыми тактическими ходами он разгромил гельветов в битве недалеко от современного города Отён, в ста милях к западу от границы Швейцарии, и практически уничтожил их. Этот человек, привыкший к роскоши и удовольствиям, доказал всем, что тяготы и опасности походной жизни ему не страшны и что ему не занимать решительности и умения управлять людьми.
Тогда племена галлов обратились к Цезарю с просьбой помочь им справиться с Ариовистом. Цезарь только этого и ждал. Он послал Ариовисту послание, составленное в таком наглом тоне, что германский вождь просто не мог не ответить тем же. Вскоре они уже обменивались угрозами. Цезарь двинулся на север и в сражении около современного города Безансона, в ста милях к северо-востоку от Огёна, разгромил Ариовиста и оттеснил его назад, за Рейн. С тех пор Цезарь стал выступать в роли защитника и покровителя племен центральной Галлии.
Цезарь был доволен результатами летней кампании и на зиму ушел в Цизальпинскую Галлию. В течение всей галльской войны он проводил зимы по ту сторону Альп, чтобы постоянно быть в курсе происходящего в Риме. Однако это сильно осложняло задачу завоевания Галлии. Какие бы победы ни одерживал Цезарь летом (а он показал себя блестящим полководцем), упрямые галлы во время его зимнего отсутствия обязательно освобождали какие-нибудь земли от римлян.
В 57 г. до н. э. Цезарь воевал в северной Галлии и подчинил почти всю ее своей власти. Но в 56 г. до н. э. племена, населявшие территорию современной Бретани, в северо-западной части Галлии, восстали, и Цезарь, разгромив их, продал почти все население этой области в рабство.
В 55 г. до н. э. германцы вновь переправились через Рейн и вторглись в Галлию. Цезарь пошел навстречу им и на территории современной Бельгии начал переговоры. Не доверяя варварам, он велел схватить их вождей, а сам атаковал орды германцев, совершенно не готовых к битве, поскольку они считали, что, пока начальство ведет переговоры с Цезарем, можно отдохнуть от сражений. Уничтожив их армии, Цезарь вновь велел навести мосты через Рейн и вторгся в Германию. Он не собирался завоевывать эту страну, а намеревался только продемонстрировать силу римского оружия и припугнуть германцев. Восставшие галльские племена получили подкрепление с острова Британия, лежащего к северу от Галлии (так этот остров вступил в мировую историю). Цезарь решил, что не мешало бы продемонстрировать свою силу и британцам. В конце лета 55 г. до н. э. он перебрался через пролив и высадился на территории современного графства Кент, в юго-западной оконечности Британии. После нескольких схваток с местным населением римляне вернулись в Галлию. На следующий год (продлив срок своего пребывания в Галлии еще на пять лет) Цезарь предпринял еще одну попытку подчинить Британию. Его армия снова высадилась на берегу этого острова и была встречена кельтами под командованием Кассивелауна. С пятью легионами Цезарь прошел в глубь страны, переправился через Темзу и в двадцати милях к северу от нее разгромил Кассивелауна. Вождь бриттов согласился выплачивать ежегодную дань, и Цезарь вернулся в Галлию. Эта экспедиция не принесла особых результатов, разве что римляне продемонстрировали свою силу пародам, жившим гораздо севернее, чем все те, с кем они прежде имели дело. Кассивелауи так ни разу и не выплатил обещанной дани, и в течение еще целого века нога римского легионера не ступала на землю Британии.
В 53 г. до н. э. Цезарь совершил второй поход в Германию, а в 52 г. до н. э. племена центральной Галлии, недовольные римским владычеством и тяготами, которые накладывало на них римское покровительство, снова восстали, на этот раз под руководством Верцингеторига. Цезарь, отдыхавший в Цизальпинской Галлии и застигнутый известием об этом восстании врасплох, сломя голову бросился в мятежную область и, сумев проскочить мимо войска Верцингеторига, присоединился к своей армии. После тяжелейшего сражения и нескольких опасных вылазок галлов Цезарь сумел подавить и этот бунт, ставший последним, и к 50 г. до н. э. вся Галлия была усмирена. Цезарь объявил ее римской провинцией, и с тех пор в течение почти пяти веков она была одной из самых ценных земель из всех, которыми располагал Рим.
Цезарь снискал желанную славу полководца — его подвиги стали известны во всех римских владениях. А чтобы никто о них не забыл, Цезарь написал книгу «Записки о галльской войне», отличающуюся простым и безупречным языком. Он писал о себе в третьем лице и сумел сохранить объективность и беспристрастность, однако читатели не могли не почувствовать силы Цезарева гения. А этого-то как раз он и добивался.

Восемь лет, которые Цезарь провел в Галлии, для Рима тоже прошли весьма напряженно. Как только Гай Юлий уехал, консерваторы перешли в наступление. Так, с Кипра вернулся Катон, который привез с собой большую сумму денег, собранных вполне законным способом. Он положил их в городскую казну, не взяв себе ни копейки. (Он был единственным римлянином, способным на такое, и народ Рима хорошо это знал.)
Катон сразу же вступил в борьбу с триумвиратом вообще и с Цезарем — в частности. Когда Цезарь в 55 г. до н. э. захватил германских вождей и вероломно уничтожил их армию, Катон немедленно осудил его, едва только вести об этом достигли Рима. Он даже предложил смыть позорное пятно с имени Рима выдачей Цезаря германцам. Однако римский народ не считал преступлением вероломство по отношению к врагам.
Кроме того, Клодий в своем преследовании Цицерона зашел слишком далеко. Жалостные письма оратора из-за границы возбудили всеобщее сочувствие, чему немало способствовал и тот факт, что Клодий сжег виллу Цицерона и преследовал его жену и детей. Друзья Марка Туллия в сенате начали бороться за его возвращение из ссылки. С помощью Помпея (который всегда очень хорошо относился к Цицерону) они добились того, что в 57 г. до н. э. знаменитый оратор вернулся в Рим.
После этого сенат попытался лишить Клодия власти. Бесплатными раздачами зерна Клодий завоевал огромную популярность среди бедняков, но главную его силу составляла банда громил, набранная среди гладиаторов. Сенат решил вышибить клин клином. Трибун Тит Анний Милон Папиниан, женатый на дочери Суллы, приложил максимум усилий, чтобы добиться возвращения Цицерона. Он создал свою банду гладиаторов, и с тех пор в Риме стало страшно находиться из-за постоянных стычек между этими двумя соперничающими шайками. Они, подобно современным гангстерам, хозяйничали в городе, и простые люди жили в постоянном страхе. Наконец, в 52 г. до н. э., когда неожиданно столкнулись обе банды во главе со своими предводителями - Милоном и Клодием, то в последовавшей за этим «разборке» Клодий был убит. В Риме воцарился хаос. Сторонники Клодия рычали от ярости. Милона отдали под суд, и Цицерон, естественно, защищал его, но разъяренная толпа и возмущенные солдаты, заполнившие Форум, напугали его до такой степени, что он чуть было не лишился дара речи и мог только бормотать что-то себе под нос. Милона признали виновным и отправили в ссылку.
Тем не менее после смерти Клодия положение консерваторов упрочилось. Они давно уж поняли, какую грубую ошибку совершили, унизив Помпея после его возвращения из Азии, и решили ее исправить. Они поняли также, что у них не было никаких причин относиться к Помпею настороженно, ибо он совершенно не стремился к захвату власти. Более того, он может стать прекрасным орудием в борьбе против Цезаря, который вполне способен подчинить себе Рим. Может быть, еще не поздно все поправить. Помпей, наблюдая за триумфальным шествием Цезаря по Галлии, просто чах от зависти. Ведь это его, а не Цезаря нужно было называть великим полководцем.
Цезарь очень хорошо понимал, что его успехи вызовут зависть у Помпея и Красса, и решил их умилостивить. В 56 г. до н. э. он встретился с Помпеем и Крассом в Луке — современной Лукке — на южной границе Цизальпинской Галлии. Было решено, что в 55 г. до н. э. Помпей и Красс станут консулами. Более того, они оба могут добиться военной славы, если захотят. Цезарь еще на пять лет останется в Галлии, Помпей может взять себе Испанию, а Красс — Сирию.
Эта идея очень понравилась Крассу. Помпей добыл себе славу в Азии, Цезарь — в Галлии, а Красс мог похвастаться только победой над восставшими рабами. Красс чувствовал, что у него появился шанс показать всем, на что он способен. Более того, богатый и роскошный Восток — это то место, где он сможет легко увеличить свое и без того огромное богатство. В договоре специально не оговаривалось, что Красс должен воевать, но все прекрасно понимали, что он отправляется на Восток, чтобы добыть себе славу полководца. Что касается Помпея, то это соглашение его тоже устраивало. Он не поехал в Испанию, где все было спокойно, а послал своих заместителей. Он остался в Риме, в центре событий. Если что-нибудь случится с Крассом или Цезарем или с ними обоими, он воспользуется этим и приберет власть к рукам.
Одинокий Помпей в отсутствие двух других триумвиров оказался хорошей приманкой для сенаторов-интриганов. Однако новое соглашение и любовь к дочери Цезаря заставляли Помпея сохранять тестю верность. К сожалению, Юлия умерла в 54 г. до н. э., не дожив и до тридцати лет, и самые крепкие узы, соединявшие Помпея и Цезаря, распались.

И тогда с Востока пришли потрясающие известия... Красс смог отплыть на Восток, только преодолев сильное сопротивление сената, который не хотел, чтобы и третий триумвир славился в бою. Кроме того, суеверные римляне считали, что война, начатая без предлога, будет неудачной. На протяжении всей истории римляне всегда дожидались этого предлога, пусть даже самого ничтожного, а Красс нарушил древнюю традицию. Были даже попытки силой помешать Крассу, но они оказались неудачными, и он отбыл.
К этому времени римляне уже контролировали все те области, где население говорило на греческом языке и обладало греческой культурой, — Малую Азию и Сирию. К востоку от этих земель лежали обширные территории, когда-то входившие в состав Персидской империи и завоеванные Александром Великим. В течение полутора веков после его смерти они находились под властью империи Селевкидов, которая с каждым десятилетием становилась все слабее, но греческая культура здесь так и не привилась. Около 250 г. до н. э. коренные племена, жившие к юго-востоку от Каспийского моря, восстали против Селевкидов и создали свое царство, которое после нескольких поражений и побед захватило территорию современного Ирана. К 140 г. до н. э. оно отвоевало у Селевкидов Месопотамию (современный Ирак) и под их властью осталась только Сирия. Это восточное царство под названием Парфия (то же, что и Персия) в 130 г. до н. э. подчинило земли, входящие ныне в состав Афганистана, и распространило свою власть до самой Индии. Нa западе Митридат Понтийский и Тигран Армянский положили предел парфянской экспансии, но после разгрома их армий Римом этот западный заслон сильно ослабел. Парфия сделалась могущественной державой и стала представлять угрозу для Рима. В 64 г. до н. э. парфянский царь Фраат II разгромил Тиграна, только что подписавшего союзный договор с Римом. Однако Помпей, находившийся в то время в Сирии, направил к нему посольство, которое уладило дело, и спас тем самым армянского царя.
После смерти Фраата два его сына какое-то время боролись за трон, и, когда в Парфию прибыл Красс, один из них, Ород, только что утвердился на престоле. Красс намеревался воспользоваться хаосом в стране, только что перенесшей гражданскую войну, и захватить это царство. Есть сведения, что он собирался завоевать и сказочно богатую Индию, лежавшую за Парфией. В 54 г. до н. э. Красс вторгся в Месопотамию и почти не встретил сопротивления. Он оставил гарнизоны в важнейших городах государства и вернулся в Сирию, чтобы составить план завоевания Парфии в будущем году. Весной 53 г. до н. э. он с семью легионами форсировал Евфрат, пройдя более сотни миль от берегов Средиземного моря. Он собирался идти вдоль реки до города Тесифона, парфянской столицы. Однако его проводник, арабский вождь, был, очевидно, подкуплен парфянцами. Красс позволил этому арабу убедить себя отойти от реки и углубиться в пустыню. Парфянская армия ждала его у города Карры. Парфянская армия славилась своими всадниками — искусными лучниками. Они с оглушительным топотом налетали на врага, сминали его своей массой и уносились прочь. Противник бросался за ними в погоню, и тогда парфяне привставали со своих седел и, обернувшись, посылали туши стрел. Противник, не ожидавший ничего подобного, приходил в смятение. Отсюда произошла поговорка — «парфянская стрела», означающая сокрушительный удар, нанесенный в последнюю минуту, словом или кулаком.
Красс не обладал способностью менять стратегию в зависимости от ситуации. Помпей, вероятно, смог бы это сделать, Цезарь — несомненно, но Красс не сумел. Он сражался, строго соблюдая римские правила ведения боя, как будто его противниками были восставшие рабы из войска Спартака. Сын Красса повел римскую конницу в бой, намереваясь отбросить парфян, но был убит, не достигнув успеха. К основному войску римской армии внезапно подлетел отряд парфян, которые принялись насмехаться над противником, но не вступали в битву. На копье одного из них торчала голова сына Красса. Римляне содрогнулись, но Красс продемонстрировал в эту минуту удивительное мужество, крикнув своим воинам: «Ободритесь! Это не ваша, а моя потеря!» Но он ошибся — это означало большую потерю для армии. Парфяне постепенно истребляли легионы по частям, а когда Красс попытался вступить в переговоры, то был убит, и остатки его войска с боем пробились назад в Сирию.
Существует легенда о том, что, когда голову Красса принесли парфянскому царю, он велел залить ей рот расплавленным золотом: «Ты всю свою жизнь был жаден до золота, так наешься же им до отвала». (Впрочем, скорее всего, эту историю сочинили римские историки, желая подчеркнуть, что жадность никогда не доводит до добра.)
Разгром Красса у Карр явился поворотным пунктом истории Рима, но римляне конечно же об этом еще не подозревали. Прежде все полководцы, нанесшие им поражения, даже такие великие, как Пирр, Ганнибал и Митридат, сами оказывались потом разбиты римлянами. Враги Рима всегда получали сдачу, и их страны — Эпир, Карфаген и Понт — становились, в конце концов, римскими колониями. Но с Парфией все вышло по-другому. Римляне еще несколько раз разгромят ее войско, но так и не сумеют завоевать ее территорию. О Парфию разбилась римская экспансия на Восток, и дальше она уже не продвинулась.


Назад Вперед

Основание Рима

imageАпеннинский полуостров занимает выгодное географическое положение в центре Средиземноморья. Италия омывается Адриатическим, Ионийским, Тирренским и Лигурийским морями, имеет мало изрезанную береговую линию.

Рождение республики
image

По знаменитой легенде, поводом для великой революции, переменившей политическое устройство Рима, стали преступные действия сына царя Тарквиния Гордого — Секста. Домогаясь любви замужней знатной женщины

Завоевание Италии
image

Продвижение Рима на юг Лация привело его в непосредственное соприкосновение с группой самнитов, которая жила на р. Лирисе, и с кампанцами. Под именем последних понимают смешанное население, образовавшееся в результате...

Завоевание Сицилии
image

После завоевания Италии Риму была подвластна территория площадью более пятидесяти тысяч квадратных миль, с населением около четырех миллионов человек. Столетие спустя после разгрома Рима галлами он превратился в мировую

Ганнибал

imageПоражение Карфагена в Первой Пунической войне усугубилось крайне опасным восстанием собственных наемников. Только в 238 г. Гамилькар Барка сумел подавить это восстание. На следующий год Гамилькар отправился в Испанию,

Македонские войны
image

После битвы при Рафии в восточной половине Средиземноморья установилось относительное равновесие между тремя эллинистическими монархиями: Македонией Филиппа V, Сирией Антиоха III и Египтом Птолемея IV.

Время смуты
image

Рим сказочно обогатился, особенно благодаря своим победам над странами Востока, накопившими в течение многих веков цивилизованной жизни несметные сокровища.


Сулла
image

Митридат ненавидел Рим, который в пору его юности беспардонно захватил его родные земли и стал править там, обойдя законных царей Малой Азии. Он видел теперь, как этих несокрушимых

Восстание Спартака
image

Восстание рабов под руководством Спартака, или, как называли его современники, «рабская война» (bellum servile), — одно из самых грандиозных движений угнетенных в древности.

Триумвират
image

После смерти Мария и Суллы в Риме приобрели вес новые люди. Наиболее удачливым из них поначалу был Гней Помпей. Он родился в 106 г. до н. э. и в молодости вместе со своим отцом

Цезарь

imageПосле разгрома Красса и его войска в 53 г. до н. э. из триумвирата остались только двое — Помпей и Цезарь. Цезарь был еще в Галлии, где назревало крупное восстание местного населения, Помпей же находился в Риме

Конец республики
image

Убийство Цезаря произвело в Риме смятение и панику. Сенаторы в страхе разбежались из курии Помпея, где происходило роковое заседание. Заговорщики, наоборот, сделали попытку обратиться к народу.

Октавиан Август

image Гай Октавий родился 29 сентября 63 г. до н. э. в Риме. Он рано потерял отца, и решающую роль в его жизни сыграло родство с Юлием Цезарем , которому он приходился внучатым племянником (он был внуком сестры Цезаря).

Тиберий и Калигула
image

Августу было уже за семьдесят, когда он начал задумываться о смерти. Настало время выбрать себе преемника, человека, который стал бы следующим принцепсом в Риме. Если бы он был царем,


Клавдий и Нерон
image

Если бы не чистая случайность — всего несколько шагов, — совсем по-другому сложились бы судьбы и самого Клавдия, и Рима. В тот роковой январский день он шел из Палатинского театра во дворец в нескольких шагах впереди Калигулы

Гальба, Отон, Вителий
image

Свержение Нерона и провозглашение Гальбы открыло новую страницу в истории Римской империи. Сервий Сульпиций Гальба, человек очень знатный и богатый, правитель Испании, был провозглашен императором в июне 68 г.


Династия Флавиев

image Разрушение Иерусалимского храма стало кульминацией одного из наиболее драматичных поворотных моментов во всей истории Рима. Восстание, бушевавшее в Иудее в 66-70 гг. н. э., потребовало от Рима мобилизации

Нерва, Траян, Адриан
image

Убийство Домициана было совершено без всякого участия преторианской гвардии, среди которой император пользовался большой популярностью. Но так как один из ее командиров



Антонин, Коммод
image

У Адриана, как и у Нервы и Траяна, не было детей, но он ещё задолго до смерти позаботился о том, чтобы выбрать себе преемника. Судя по всему, первый кандидат на императорский престол был выбран не вполне удачно

Династия Северов
image

После смерти Коммода императору должен был унаследовать человек по имени Публий Хельвий Пертинакс. Он родился в 126 г., в правление Адриана, и происходил из бедной семьи.


Кризис III века

image В 235 г. после убийства Александра Севера армия провозгласила новым императором Максимина Фракийца. Максимин стал первым в длинном ряду так называемых солдатских императоров, судьба которых зависела от настроения войска.

Диоклетиан
image

Диокл происходил из бедной семьи, а свое греческое имя получил, видимо, потому, что жил в Диоклее, деревушке на побережье в Иллирике. Он отличился, служа в армии при Аврелиане и Пробе, и, начав с простого солдата, ко времени смерти Кара

Династия Констанция
image

У Диоклетиана было чёткое представление о том, как должен действовать принцип тетрархии. Когда он отрекся от престола, то принудил своего соправителя-августа Максимиана сделать то же

Падение Рима
image

После смерти Юлиана армия тут же на месте провозгласила императором Флавия Клавдия Иовиана, полководца, единственным достоинством которого была принадлежность к христианской религии.

Римский быт

imageВ первые века римской истории все дома, — как городские, так и деревенские, — за исключением крестьянских хижин, были совершенно сходны друг с другом и строились по одному и тому же плану.

Римские зрелища
image

Во времена республики устраивались ежегодно семь народных праздников, которые в эпоху Августа занимали в общей сложности 66 дней: Игры Римские 16 дней (4—19 сентября). Плебейские 14 дней (4—17 ноября).