ЗАВОЕВАНИЕ СИЦИЛИИ
ПЕРВАЯ ПУНИЧЕСКАЯ ВОЙНА

image После завоевания Италии Риму была подвластна территория площадью более пятидесяти тысяч квадратных миль, с населением около четырех миллионов человек. Столетие спустя после разгрома Рима галлами он превратился в мировую державу, наравне с Карфагеном и эллинистическими царствами.
Как мировая держава, да еще такая, которая возникла совсем недавно и очень быстро, Рим не мог не вызвать зависти и опасений у более старых держав. В особенности встревожился Карфаген, ибо они с Римом были двумя великими государствами в Западном Средиземноморье, и Карфаген чувствовал (и как показало время, не напрасно), что место здесь есть только для одного.

Долгое время жители Карфагена подарками откупали себе у соседних племен возможность спокойно жить и торговать, даже персидскому царю они свидетельствовали свою покорность и иногда уплачивали дань, чтобы сохранить свои рынки в персидских владениях. Но приблизительно лет за 600 до н. э. карфагенянам пришлось более энергично отстаивать свое положение: греческие переселенцы все подвигались на запад, финикиянам же почти уже не было возможности отодвигаться перед ними далее, они взялись наконец за оружие и, выдержав продолжительную и упорную борьбу, не пустили-таки эллинов далее триполийских степей. Впрочем, и в этой борьбе финикияне остались верны себе: значительною частью они вели ее наемными войсками, и этот способ впервые применен был именно тут в широких размерах.

"Достигнув важных результатов вооруженною рукою, карфагеняне сделали еще несколько шагов, естественно вытекавших из их нового положения: приблизительно в 450 г. они прекратили уплату дани соседним племенам, а затем довольно быстро и покорили их. В этих странах уже и ранее процветало земледелие, карфагеняне в грандиозных размерах развили его, конечно применяя невольничий труд, а вместе с тем развивали и свою торговлю. В период времени приблизительно от 450 до 300 г. карфагеняне не только покорили все соседние туземные племена, но распространили свою власть и на все прочие финикийские поселения в Либии: мало-помалу Гиппон (Бона), Гадрумет (Суза), Малый Лептис (к югу от Сузы) – второй по значению финикийский город в Африке, Фапс (там же) и Великий Лептис (Лебда, к югу от Триполи) признали себя подданными Карфагена, должны были срыть свои стены, стали платить определенную дань и доставлять вспомогательные войска, взамен чего пользовались правами, одинаковыми с карфагенскими гражданами. Только Утика в благодарность за различные услуги сохранила номинально свою независимость и считалась в союзе с Карфагеном, но фактически все общие дела решались по воле более могущественного города." (Моммзен. "История Рима")

Таким образом, возникло постепенно обширное, богатое и сильной Финикийское государство. В Карфаген переселились со своими капиталами и многие богатые жители Тира и Сидона, так как положение этих последних городов все ухудшалось в силу разных событий, разыгрывавшихся в восточной части Средиземного моря. Карфаген основал многочисленные и обширные колонии в Испании, на острове Сардиния и в западной половине Сицилии. Он совершенно закрыл всю западную половину Средиземного моря для торговли этрусков и греков и стал исключительно пользоваться всеми выгодами весьма оживленного торгового обмена.

По своему политическому устройству Карфаген был рабовладельческой олигархической республикой. Народное собрание существовало, но, как правило, не играло большой роли. Аристотель говорит, что народ принимал участие в решении государственных вопросов только в том случае, если высшие власти были несогласны друг с другом. Система политических подкупов, широко практиковавшаяся в Карфагене, разлагала народное собрание, а покупка государственных должностей давала возможность занимать их только богатым людям.
Во главе исполнительной власти стояли два суфета, напоминающие, римских консулов. Они выбирались ежегодно и выполняли главным образом обязанности главнокомандующих армией и флотом. Они входили в число сенаторов («геронтов» — по терминологии Аристотеля), которых, вероятно, было около трехсот. Должности сенаторов, по-видимому, были пожизненными. Сенат имел законодательную власть. На решение народа, как указывалось выше, выносились только такие вопросы, по которым существовало разногласие между суфетами и сенатом. Из состава сената был выделен комитет из 30 членов, который вел всю текущую работу.
Управление зависимыми территориями карфагеняне осуществляли иначе, чем римляне. Последние, как мы видели, представляли завоеванному населению Италии некоторую долю внутренней самостоятельности и освобождали его от уплаты всяких регулярных податей. Иначе поступало карфагенское правительство. Оно не только требовало от подчиненных племен и городов поставки воинских контингентов (это делали и римляне), но и облагало их постоянным тяжелым налогом в денежной или натуральной форме. Такая система давала Карфагену огромные доходы, не идущие ни в какое сравнение со скудными поступлениями в римскую государственную казну.

"Удерживать господство над огромной колониальной державой можно было только посредством сильного военного аппарата. Отсутствие в Карфагене крестьянства являлось главной причиной того, что гражданское ополчение было немногочисленным по сравнению с наемниками и отрядами зависимых племен и финикийских городов африканского побережья. Такая армия имела некоторые положительные черты. Наемники-профессионалы обладали хорошей военной подготовкой и в руках способного полководца превращались в грозную для противника силу. Но, с другой стороны, наемники были элементом чрезвычайно беспокойным, который мог причинить много неприятностей своим нанимателям. По своему характеру наемные войска годились далеко не для всякой войны. Если дело шло о походе в неприятельскую страну, сулившем богатую добычу, наемники были на своем месте. Но когда тянулась долгая борьба на истощение, когда приходилось не только наступать, но и обороняться, наемники быстро выдыхались. Что же касается зависимых контингентов карфагенской армии, то, конечно, они не горели желанием защищать дело ненавистного Карфагена. Поэтому римская армия, состоявшая из граждан и союзников, имела значительные преимущества перед карфагенской." (Ковалев. "История Рима")

Зато Карфаген неизмеримо превосходил Рим своими морскими силами. В начале войны вообще нельзя было говорить о римском флоте: несколько судов малого водоизмещения плюс два или три десятка кораблей, выставляемых морскими союзниками, в счет, конечно, идти не могли. Карфаген же в случае надобности мог мобилизовать флот из нескольких сотен больших пятипалубных кораблей, оборудованных и вооруженных по последнему слову эллинистической морской техники и снабженных опытным экипажем. Таков был грозный противник, к столкновению с которым неизбежно должно было привести римлян их продвижение в Южной Италии.

Карфаген основывал торговые поселения на берегах Западного Средиземноморья, а также посылал корабли и в другие моря. Сохранились смутные предания о походах карфагенян в Атлантический океан, где они добрались до Британских островов, и об экспедициях, исследовавших западное побережье Африки и, вполне возможно, даже обогнувших этот континент.

"Карфаген и во времена расцвета не переставал враждовать с греками, жившими на Сицилии. Греки занимали восточные две трети острова, а карфагеняне — западную треть, включая город Панорм, или современный Палермо, на северном берегу, и Лилибей в западной оконечности острова.
Война в Сицилии шла с переменным успехом — ни одна сторона не могла добиться полной победы. Когда у Карфагена появлялись способные полководцы, они овладевали всем островом, за исключением Сиракуз. Этот город им никогда не удавалось взять. Когда же талантливые военачальники появлялись у греков, например Дионисий, Агафокл или Пирр, они завоевывали весь остров, за исключением Лилибея. Этот город им никогда не удавалось взять."
(Азимов. "Римская республика")

image В течение двух с половиной веков Рим и Карфаген оставались союзниками, ибо имели общего врага в лице греков. В 509 г. до н. э., когда в Риме правили Тарквинии, Карфаген заключил с ним торговый договор. В 348 г. до н. э. этот договор был возобновлен, и даже в 277 г. до н. э. Карфаген и Рим заключили союз против Пирра. Но теперь Пирра не было, и греческие города в Италии оказались под властью Рима. Карфаген по-прежнему продолжал воевать на Сицилии. Сиракузы были все так же сильны и после отъезда Пирра, и самым выдающимся греческим полководцем на западе стал сиракузский военачальник Гиерон. Он сражался под командованием Пирра и отличался храбростью и военным талантом. В первой своей битве Гиерон сражался с мамертинцами, которых Пирр отбросил в Мессану, в северо-восточном конце острова. Теперь они отправлялись оттуда в опустошительный набег. Гиерон бросил против них свою армию и, разгромив их в 270 г. до н. э., отбросил назад к Мессане. Благодарные сиракузцы провозгласили его царем под именем Гиерона II.
Упрочив свое положение, Гиерон решил в 265 г. до н. э. отправиться в Мессану и совместно с Карфагеном навсегда выгнать мамертинцев с Сицилии. Это ему, наверное, удалось бы, если бы мамертинцы не вспомнили, что они, в конце концов, итальянцы, и не обратились бы за помощью к могущественному Риму. Рим всегда откликался на такие просьбы, и армия под командованием Аппия Клавдия Саудекса (сына старого цензора) высадилась в Сицилии и в 263 г. до н. э. без труда разгромила войска Гиерона.
Гиерон не стал дожидаться второго поражения. Он хорошо понял, кому принадлежит будущее, тут же вернулся в Сиракузы и подписал сепаратный мир с Римом. В течение своего долгого правления (а правил он пятьдесят пять лет и умер в 215 г. до н. э., когда ему было уже за девяносто) он оставался верным союзником римлян. Сиракузы жили в мире и пользовались всеми благами самоуправления. Это был самый спокойный и счастливый период во всей истории Сиракуз, и на закате греческого могущества, наблюдавшегося повсюду, Сиракузы пережили свой золотой век.

Тем временем война между Римом и Карфагеном продолжалась. Римляне называли Карфаген Пуни (латинский вариант названия Финикия, страны, откуда произошли жители Карфагена). Поэтому первая война с Карфагеном названа Первой Пунической войной.
Союз с Гиероном был встречен в Риме с большим удовлетворением, так как он сильно облегчал ведение войны. Поэтому на первых порах даже решили уменьшить вдвое сицилийскую армию. Карфагеняне, наоборот, энергично набирали войска. Своим опорным пунктом они сделали крупный г. Агригент на юго-западном побережье Сицилии.

"Консулы 262 г. с армией, снова доведенной до 40 тыс., весной осадили Агригент. Операция оказалась очень трудной, так как город был хорошо укреплен и обладал сильным гарнизоном. Пять месяцев он мужественно выдерживал осаду. Наконец на выручку явилась большая карфагенская армия. Она, в свою очередь, окружила римлян и крайне затруднила им подвоз продовольствия. Такое положение тянулось около двух месяцев. Карфагенянам стало известно отчаянное состояние агригентского гарнизона и населения, поэтому они решили дать римлянам открытое сражение, в котором были разбиты и потеряли почти всю армию. Но и римляне были так ослаблены, что не смогли помешать уходу агригентского гарнизона. После этого они ворвались в беззащитный город, разграбили его, а жителей продали в рабство." (Ковалев. "История Рима")

Поначалу казалось, что одержана решительная победа, однако карфагеняне в течение всей своей истории, будучи загнанными в угол, сражались лучше всего. Римляне с большим трудом отвоевывали у них каждую пядь земли, а форпост Карфагена на западе, Лилибей, оказался совершенно неприступным. Ни одному греческому полководцу не удалось овладеть этим городом, поэтому римляне не стали его штурмовать. Не могли они и осадить его и голодом принудить гарнизон Лилибея сдаться, поскольку карфагенский флот безо всяких препятствий доставлял сюда пищу и боеприпасы. Поэтому римляне приняли очень смелое решение. Они собрались разгромить Карфаген на море.
На первый взгляд это решение казалось безумным, поскольку Карфаген в течение нескольких веков считался самой могучей морской державой. Их флот своими размерами превосходил все другие в Западном Средиземноморье, и за их плечами были века и века морской торговли и морских сражений. Что касается римлян, то все свои многочисленные победы они одержали на суше. Конечно, у них были корабли, но совсем небольшие; ни один из них не осмелился бы даже приблизиться к военным кораблям карфагенян.
К счастью для римлян, одна из карфагенских квинкерем (корабль с пятью рядами весел; римские триремы имели всего три ряда) потерпела крушение в море и обломки ее выбросило на берег на носке итальянского сапога. Римляне тщательно изучили их и поняли, как надо строить квинкеремы. В этом им, вне всякого сомнения, помогали греки (ибо греки, как и карфагеняне, имели вековой опыт кораблестроения и морских битв).

"Римляне взялись за строительство нескольких квинкерем, а пока они строились, на берегу обучались их команды. Это было не так трудно, как могло показаться с первого взгляда, ибо римляне вовсе не собирались превзойти многоопытных карфагенских капитанов; они прекрасно понимали, что это им не под силу. Наоборот, они снабдили свои корабли абордажными мостиками с крючьями внизу. Римляне собирались подойти близко к кораблям противника и с помощью этих крючьев намертво прицепиться к ним. После этого римские воины должны были перепрыгнуть на суда карфагенян и вступить в рукопашный бой. Словом, римляне задумали устроить сухопутную битву на палубах кораблей.
В 260 г. до н. э. все было готово. Карфагеняне, захватив небольшую эскадру, решили, что без труда разобьют и весь новоявленный флот. И вот римские корабли, еще пахнувшие свежей смолой, вышли в море под командованием Гая Дуилия Непота, того самого, который придумал абордажные мостики. Они представляли собой брусья, с прикрепленными к ним снизу шипами. Когда римские корабли приближались к противнику, эти брусья были подняты, но, как только суда сходились, они опускались, шипы вонзались глубоко в палубу вражеского корабля, и оба судна оказывались сцепленными намертво."
(Азимов. "Римская республика")

Римский флот встретился с флотом Карфагена у Милы, морского порта в пятнадцати милях к западу от Мессаны. Корабли сошлись, брусья упали, шипы вонзились в палубу, и римские солдаты бросились на изумленных карфагенян. Бой закончился полной победой римлян. Они потопили четырнадцать вражеских кораблей и взяли в плен тридцать один. Властелина морей разгромил неопытный новичок, впервые появившийся на арене. Дуилий Непот получил право на первый военно-морской триумф в истории Рима.

Однако карфагеняне не думали сдаваться. Они крепко держались за свой оплот в западной Сицилии — у них хватало кораблей и умелых моряков, чтобы снабжать их всем необходимым. Римляне поэтому решили сделать следующий шаг и воспользоваться опытом Агафокла — напасть на сам Карфаген.
Летом 256 г. огромный римский флот из 330 судов отплыл из Мессаны в Африку, двигаясь вдоль восточного берега Сицилии. Большая часть флота состояла из боевых пятипалубных кораблей. В составе его находилось также много транспортов. Эту армаду обслуживало около 100 тыс. гребцов, 40 тыс. пехоты предназначалось для операций в Африке. Флотом командовали оба консула 256 г. — Луций Манлий Вульсон и Марк Атилий Регул.
Обогнув юго-восточную оконечность Сицилии, римляне пошли вдоль юго-западного берега. Здесь их встретил карфагенский флот, состоявший из 350 судов. Количество людей на нем было не меньше 150 тыс. Около мыса Экном разыгрался морской бой — один из самых крупных в древней истории. Произошла вторая битва на море, самая крупная из всех, и снова победа досталась римлянам. Морское могущество Карфагена было временно подорвано, и перед римлянами открылась прямая дорога к городу.

"Далее все случилось точно так же, как и во времена Агафокла. Карфагеняне ничему не научились — их город не был готов к войне. Он не имел ни укреплений, ни армии, и Регул без труда разгромил поспешно собранное карфагенское войско и смог хозяйничать как хотел в окрестностях Карфагена. Наконец, он появился под самыми стенами города и, когда жители, напуганные до полусмерти, предложили ему заключить мир, выставил такие условия, что правители Карфагена решили лучше сражаться. Но сами они воевать не хотели.
В Карфагене тогда жил спартанец по имени Ксантипп. Времена, когда военная слава Спарты гремела на весь мир, давно миновали, но старые традиции еще воспламеняли сердца многих спартанцев. Ксантипп храбро заявил карфагенянам, что они потерпели поражение не от римлян, а из-за того, что их собственные полководцы оказались неподготовленными к войне.
Он так хорошо и так уверено говорил, что смущенные его словами жители поставили его командовать войсками. Ксантипп собрал армию, добавил к ней отряд кавалерии, насчитывающий четыре тысячи человек, и сотню слонов и в 255 г. до н. э. выступил против римского войска, немалая часть которого незадолго до этого была отозвана назад на Сицилию в подкрепление воюющей там армии. Регул вполне мог отступить, но он решил, что это недостойно римлянина. он принял бой, армия его была разбита, а сам он попал в плен. Так бесславно закончилось первое римское вторжение в Африку."
(Азимов. "Римская республика")

image Римский сенат, узнав о случившемся, послал в Африку флот с подкреплением. Этот флот разгромил карфагенский, который пытался преградить ему путь, но после этого столкнулся с гораздо более сильным врагом. Будь римские капитаны поопытнее, они сумели бы распознать признаки приближения бури и знали бы, что даже римским кораблям следует укрываться от нее в гавани. Но они этого не знали, и налетевший шторм потопил корабли римлян. Много воинов утонуло.
Карфагеняне, воодушевленные вестью о гибели римского флота, послали на Сицилию подкрепление, включая боевых слонов.
Римляне, как одержимые, построили за три месяца новый флот, который отплыл на Сицилию и помог захватить Панорм. Потом он курсировал вдоль африканского побережья, не предпринимая никаких серьезных действий, и на обратном пути в Рим тоже попал в шторм и погиб.
Война на Сицилии продолжалась, хотя уже было ясно, что она слишком затянулась. В 250 г. до н. э. карфагеняне решили, что пора заключать мир. Они отправили в Рим посольство, в состав которого входил пленный военачальник Регул, пообещавший призвать своих соотечественников к миру. В случае неудачи посольства Регул дал слово чести вернуться в Карфаген. Однако, когда послы прибыли в Рим, Регул, к изумлению и ужасу карфагенян, заявил в сенате, что такие пленники, как он, которые, вместо того чтобы умереть в битве, сдались на милость победителя, не заслуживают спасения и что войну надо продолжать до победного конца. И он вернулся в Карфаген, где разъяренные жители предали его мучительной смерти.
В 249 г. до н. э. римляне построили еще один флот и послали его против Лилибея, который, после пятнадцати лет войны, все еще оставался в руках Карфагена. Этим флотом командовал Публий Клавдий Пульхер (Клавдий Красивый), младший сын старого цензора и брат того Аппия Клавдия, который первым привел римскую армию на Сицилию. Вместо того чтобы осаждать Лилибей, Клавдий Пульхер решил напасть на карфагенский флот у Дрепана, расположенного на двадцать миль севернее. Как было принято в то время, жрецы решили проверить, благоприятен ли момент для такого нападения. Однако священные цыплята, по поведению которых следовало судить об этом, отказались клевать насыпанные им зерна, что было очень плохой приметой. Клавдий Пульхер не верил в подобную ерунду. Он схватил цыплят и, бросив их в море, воскликнул: «Ну, если они не хотят есть, пусть тогда попьют водички!» Однако в отличие от своего флотоводца матросы искренне верили в предзнаменования. Они пришли в ужас от такого святотатства.
Клавдий Пульхер допустил и гораздо более серьезную ошибку — он не сумел скрыть свои передвижения от врага и лишился возможности напасть внезапно. Карфагеняне ждали его и разгромили, пустив на дно весь римский флот. Клавдия тут же вызвали в Рим, обвинили в измене и присудили ему огромный штраф. После этого он покончил жизнь самоубийством.
Карфагеняне же наконец нашли человека, в котором они так нуждались. Его звали Гамилькар Барка. В 248 г. до н. э., еще совсем молодым, он стал главнокомандующим сицилийскими армиями, и если бы он командовал единолично, то карфагенянам, возможно, удалось бы победить. Но он вскоре убедился, что сражается за гиблое дело. Тем не менее, он творил чудеса. В течение двух лет Гамилькар Барка совершал набеги на побережье Италии, а затем, внезапно атаковав Панорм, с ходу овладел им и продолжал свои опустошительные набеги на Сицилии. Римляне не могли ни поймать его, ни уберечь свои поселения от его нападений. А кроме того, Лилибей по-прежнему противостоял римлянам.

К концу 40-х годов стало ясно, что война зашла в тупик и не может быть доведена до успешного конца без решительной победы на море. Обе воюющие стороны были страшно истощены, особенно Рим. Тогда римский сенат пошел на крайнюю меру: было решено произвести государственный заем (трибут) у богатых людей и на собранные деньги построить новый флот. Занятые суммы предполагалось вернуть впоследствии, когда государство разбогатеет. Таким путем к 242 г. было построено 200 пятипалубных судов усовершенствованного типа. С этими силами в начале лета 242 г. консул Гай Лутаций Катул вышел в море, направляясь к Дрепанам. Карфагенский флот в это время находился в своих гаванях в полном бездействии, а когда почти год спустя он появился на театре военных действий, то был очень плохо экипирован. Для карфагенского правительства возрождение римского флота было, вероятно, полной неожиданностью. Карфагенская олигархия снова была занята войной в Африке и всю тяжесть борьбы в Сицилии возложила на Гамилькара и его наемников, ослабив боевую готовность флота. Это была роковая и непоправимая ошибка.
Катул, пользуясь отсутствием крупных карфагенских сил на море, занял гавань Дрепан и морские подступы к Лилибею. Таким образом, впервые была осуществлена полная блокада обеих крепостей. Гарнизоны их начали страдать от голода.
Наконец, в марте 241 г. появился большой карфагенский флот, нагруженный продовольствием для осажденных, с плохо обученным экипажем. Предполагалось, что суда пристанут сначала к Эриксу и возьмут людей у Гамилькара. Но Катул разрушил этот план и встретил карфагенян у Эгатских островов, к западу от сицилийского побережья. Все преимущества в битве были на стороне римлян. Карфагеняне потеряли 120 судов, остальные бежали.

"Битва при Эгатских островах закончила войну. Карфаген мог бы еще продолжать борьбу на море, построив новый флот. Деньги для этого при желании можно было найти, хотя карфагеняне за это время потеряли свои серебряные рудники в Испании. Но карфагенская олигархия не склонна была жертвовать своими интересами так, как это сделал римский нобилитет. Своекорыстная и жадная, она показала на всем протяжении своей истории, что была неспособна к самопожертвованию, что у нее был ограниченный кругозор, что в погоне за незначительными барышами в данную минуту она часто теряла крупные выгоды в будущем. К этому нужно добавить, что в 40-х годах, как указывалось выше, внешнюю политику Карфагена в целом определяла земельная знать. Наконец, даже если бы новый флот был построен, он не успел бы спасти от сдачи Лилибей и Дрепаны, население которых умирало с голоду. А эта сдача означала бы окончательную потерю Сицилии, из-за которой и велась война." (Ковалев. "История Рима")

У Гамилькара Барки не оставалось другого выбора, кроме как добиваться мира на любых условиях. Карфагенское царство после двадцати лет непрерывной войны оказалось на грани гибели. В 241 г. до н. э. Гамилькар заключил мир, и Первая Пуническая война, продолжавшаяся двадцать три года, закончилась.
Завершилась она полным поражением Карфагена. Карфагеняне были изгнаны из Сицилии, которая стала римской провинцией, за исключением самой восточной ее части, где правил Гиерон II Сиракузский, верный союзник Рима. Кроме того, Карфагену пришлось заплатить огромную контрибуцию. Но при всем том Карфаген отделался сравнительно легко. Если бы Рим сам не был истощен войной, она бы, вне всякого сомнения, продолжалась и дальше.

Сицилия стала первой территорией за пределами Италии, которая попала в руки римлян. Поскольку она была отделена от Италии морем и располагалась на некотором отдалении, римское правительство считало ее другой страной. Области, расположенные на Апеннинском полуострове, считались Италийской конфедерацией, или объединенным в единое целое отечеством: Сицилия же была неизведанной землей, населенной греками, карфагенянами и местными племенами, которые имели мало общего с италиками.
Поэтому Рим смотрел на Сицилию как на трофей, который не мог стать частью того сложного Государственного образования, которое существовало в Италии. На Сицилию был послан магистрат; в круг его обязанностей (по-латыни «провинция») входили все аспекты управления этим островом. Указы его имели силу закона, кроме того, он должен был собирать дань с населения Сицилии, добиваясь, чтобы новые владения приносили выгоду Риму.
Вскоре термин «провинция» стал применяться для обозначения подвластной территории, и Сицилия стала первой провинцией Рима, созданной в 241 г. до н. э. Естественно, магистрат старался, чтобы не все собранные им деньги уходили в Рим и чтобы какая-то их часть «прилипала» к его рукам. Считалось само собой разумеющимся, что римский чиновник, занимавший должность в провинции, наживал себе состояние. Это привело к тому, что провинции обычно плохо управлялись (не всегда, конечно, ибо даже в самые худшие времена среди должностных лиц порой встречались честные люди).
Сицилия не долго оставалась единственной провинцией Рима. Длительная война, приведшая Карфаген на край гибели, подорвала его экономику. Карфаген обычно воевал руками наемников, а после Первой Пунической войны заплатить им было нечем. Наемники тут же восстали и попытались возместить (с избытком) невыплаченные им деньги, занявшись грабежом горожан.
Гамилькар, единственный карфагенянин, не впавший в уныние от всех несчастий, обрушившихся на родной город, возглавил те верные правительству войска, которые ему удалось собрать, и после трех лет отчаянной борьбы покончил в 237 г. до н. э. с наемниками.
Рим наблюдал за этим, не вмешиваясь в события, искренне желая гибели Карфагену. В 239 г. до н. э. наемники, жившие на острове Сардиния, остававшемся пока еще в руках Карфагена, попросились под власть Рима, опасаясь, что Гамилькар вскоре доберется и до них. Рим тут же согласился и послал оккупационные войска.
Карфаген выразил протест, совершенно справедливо заявив, что это было нарушением условий мирного договора. Рим немедленно объявил ему войну, пообещав отказаться от военных действий в том случае, если Карфаген отдаст ему не только Сардинию, но и Корсику (остров, расположенный к северу от Сардинии). Беспомощный Карфаген поневоле согласился, и Сардиния вместе с Корсикой стала римской территорией.
Римлянам потребовалось несколько лет, чтобы сокрушить сопротивление местных племен обоих островов, но к 231 г. до н. э. Сардиния и Корсика были усмирены и превращены во вторую провинцию.

image Так обстояли дела, когда Рим наконец огляделся вокруг и увидел, что повсюду воцарился прочный мир. Впервые за пять веков со времен правления Нумы Помпилия ворота храма Януса были закрыты. Но успехи Рима принесли с собой и новые обязанности. Теперь, когда он превратился в морскую державу, ему пришлось решать проблему пиратства в своих морях.
Во времена Первой Пунической войны центром пиратства стало восточное побережье Адриатического моря, область, называемая Иллирией. Могущественные македонские цари, Филипп II и Александр Великий, держали иллирийцев под строгим контролем. Но в смутный период, последовавший за смертью Александра, иллирийские племена вернули себе независимость и свободу действий, то есть стали пиратствовать на море. Берег здесь сильно изрезан, изобилует островами, и местные жители хорошо наживались на грабительских набегах. Их легкие суда наносили быстрый удар, а затем скрывались от преследовавших их военных кораблей среди многочисленных островов. Греки, жившие к югу от Иллирии, очень страдали от этих пиратских набегов.
Македония, располагавшаяся к востоку от Иллирии, казалась всем единственной силой, способной обуздать пиратов. К 272 г. до н. э., после смерти воинственного и неугомонного Пирра, ее царем стал Антигон II, внук одного из полководцев Александра Великого. Его потомки, Антигониды, правили Македонией в течение целого столетия. К сожалению, Македония была занята политическими раздорами с Грецией и войнами с Египтом Птолемеев и потому не имела ни времени, ни желания тратить свои силы на искоренение пиратства. Поэтому греки обратились к молодой Римской державе, и это было вполне естественно. Рим только что доказал, что на море равных ему нет, что он способен действовать эффективно и решительно, и к тому же его земли располагались как раз напротив Иллирии.
Рим, как всегда, с готовностью откликнулся на призыв о помощи и направил послов, чтобы предупредить царицу Иллирии о том, как опасно вызывать его недовольство. Царица велела их казнить. Тогда Рим выслал флот из двухсот кораблей, который в 229 г. до н. э. основательно потрепал пиратов. А вторая кампания, 219 г. до н. э., пришедшаяся на время правления преемника царицы, положила конец иллирийским пиратским набегам. В результате Иллирийской войны Рим приобрел греческий остров Керкира, которым пятьдесят лет владела Иллирия. Он располагается к югу от иллирийского побережья в пятидесяти милях к юго-востоку от итальянского каблука.
Греки возликовали, узнав, что могут больше не опасаться пиратов, и воздали римлянам почести. Они позволили им принять участие в некоторых своих религиозных праздниках, а это означало, что они считали теперь римлян цивилизованными людьми, равными себе.
image Пока римляне расправлялись с пиратами, с севера над их страной нависла большая опасность. Галлы, получившие подкрепление от своих сородичей, живших по другую сторону Альп, в 225 г. до н. э. неожиданно предприняли новый набег. Они вторглись в Этрурию и достигли Клузия, старого города Ларса Порсены. Здесь они остановились, устрашенные мощью Рима, и стали отступать.
Римское войско возглавил консул, Гай Фламиний. Он был не похож на других римских лидеров, поскольку имел, как бы сказали сейчас, демократические замашки. Будучи трибуном в 232 г. до и. э., он добился принятия закона о распределении земли между плебеями, что вызвало сильное недовольство аристократов в сенате, в особенности его собственного отца. Фламиний добился также организации развлечений для плебеев и пытался помешать участию сенаторов в торговых сделках (поскольку они использовали свое политическое влияние для обогащения). Поэтому неудивительно, что он пользовался популярностью среди народа, при том, что его не слишком жаловали в сенате.
К сожалению, Фламиний не был хорошим полководцем. он обычно атаковал, не оценив обстановки. Поэтому в первой битве с галлами он потерпел поражение и разгромил их только после того, как получил сильное подкрепление. Тем не менее, после его второй победы в 222 г. до н. э. римляне получили в свое распоряжение Цизальпинскую Галлию. Фламиний постарался закрепить победу, начав строительство дороги в Галлию. Это было продолжение дороги, шедшей на север от Рима. Он начал строительство в 220 г. до н. э., будучи цензором, и к тому времени, когда срок его полномочий истек, Фламиниева дорога уже протягивалась через Апеннины к берегам Адриатики у границы Цизальпинской Галлии. В случае восстания галлов можно было быстро перебросить сюда римские войска.
После создания римских колоний в Цизальпинской Галлии власть Рима распространилась уже до самых Альп. Рим контролировал территорию площадью около ста двадцати тысяч квадратных миль. Он правил регионом, совпадающим с границами современной Итальянской республики (которая включает Сицилию и Сардинию), и еще Корсикой и Керкирой в придачу.


Назад Вперед

Основание Рима

imageАпеннинский полуостров занимает выгодное географическое положение в центре Средиземноморья. Италия омывается Адриатическим, Ионийским, Тирренским и Лигурийским морями, имеет мало изрезанную береговую линию.

Рождение республики
image

По знаменитой легенде, поводом для великой революции, переменившей политическое устройство Рима, стали преступные действия сына царя Тарквиния Гордого — Секста. Домогаясь любви замужней знатной женщины

Завоевание Италии
image

Продвижение Рима на юг Лация привело его в непосредственное соприкосновение с группой самнитов, которая жила на р. Лирисе, и с кампанцами. Под именем последних понимают смешанное население, образовавшееся в результате...

Завоевание Сицилии
image

После завоевания Италии Риму была подвластна территория площадью более пятидесяти тысяч квадратных миль, с населением около четырех миллионов человек. Столетие спустя после разгрома Рима галлами он превратился в мировую

Ганнибал

imageПоражение Карфагена в Первой Пунической войне усугубилось крайне опасным восстанием собственных наемников. Только в 238 г. Гамилькар Барка сумел подавить это восстание. На следующий год Гамилькар отправился в Испанию,

Македонские войны
image

После битвы при Рафии в восточной половине Средиземноморья установилось относительное равновесие между тремя эллинистическими монархиями: Македонией Филиппа V, Сирией Антиоха III и Египтом Птолемея IV.

Время смуты
image

Рим сказочно обогатился, особенно благодаря своим победам над странами Востока, накопившими в течение многих веков цивилизованной жизни несметные сокровища.


Сулла
image

Митридат ненавидел Рим, который в пору его юности беспардонно захватил его родные земли и стал править там, обойдя законных царей Малой Азии. Он видел теперь, как этих несокрушимых

Восстание Спартака
image

Восстание рабов под руководством Спартака, или, как называли его современники, «рабская война» (bellum servile), — одно из самых грандиозных движений угнетенных в древности.

Триумвират
image

После смерти Мария и Суллы в Риме приобрели вес новые люди. Наиболее удачливым из них поначалу был Гней Помпей. Он родился в 106 г. до н. э. и в молодости вместе со своим отцом

Цезарь

imageПосле разгрома Красса и его войска в 53 г. до н. э. из триумвирата остались только двое — Помпей и Цезарь. Цезарь был еще в Галлии, где назревало крупное восстание местного населения, Помпей же находился в Риме

Конец республики
image

Убийство Цезаря произвело в Риме смятение и панику. Сенаторы в страхе разбежались из курии Помпея, где происходило роковое заседание. Заговорщики, наоборот, сделали попытку обратиться к народу.

Октавиан Август

image Гай Октавий родился 29 сентября 63 г. до н. э. в Риме. Он рано потерял отца, и решающую роль в его жизни сыграло родство с Юлием Цезарем , которому он приходился внучатым племянником (он был внуком сестры Цезаря).

Тиберий и Калигула
image

Августу было уже за семьдесят, когда он начал задумываться о смерти. Настало время выбрать себе преемника, человека, который стал бы следующим принцепсом в Риме. Если бы он был царем,


Клавдий и Нерон
image

Если бы не чистая случайность — всего несколько шагов, — совсем по-другому сложились бы судьбы и самого Клавдия, и Рима. В тот роковой январский день он шел из Палатинского театра во дворец в нескольких шагах впереди Калигулы

Гальба, Отон, Вителий
image

Свержение Нерона и провозглашение Гальбы открыло новую страницу в истории Римской империи. Сервий Сульпиций Гальба, человек очень знатный и богатый, правитель Испании, был провозглашен императором в июне 68 г.


Династия Флавиев

image Разрушение Иерусалимского храма стало кульминацией одного из наиболее драматичных поворотных моментов во всей истории Рима. Восстание, бушевавшее в Иудее в 66-70 гг. н. э., потребовало от Рима мобилизации

Нерва, Траян, Адриан
image

Убийство Домициана было совершено без всякого участия преторианской гвардии, среди которой император пользовался большой популярностью. Но так как один из ее командиров



Антонин, Коммод
image

У Адриана, как и у Нервы и Траяна, не было детей, но он ещё задолго до смерти позаботился о том, чтобы выбрать себе преемника. Судя по всему, первый кандидат на императорский престол был выбран не вполне удачно

Династия Северов
image

После смерти Коммода императору должен был унаследовать человек по имени Публий Хельвий Пертинакс. Он родился в 126 г., в правление Адриана, и происходил из бедной семьи.


Кризис III века

image В 235 г. после убийства Александра Севера армия провозгласила новым императором Максимина Фракийца. Максимин стал первым в длинном ряду так называемых солдатских императоров, судьба которых зависела от настроения войска.

Диоклетиан
image

Диокл происходил из бедной семьи, а свое греческое имя получил, видимо, потому, что жил в Диоклее, деревушке на побережье в Иллирике. Он отличился, служа в армии при Аврелиане и Пробе, и, начав с простого солдата, ко времени смерти Кара

Династия Констанция
image

У Диоклетиана было чёткое представление о том, как должен действовать принцип тетрархии. Когда он отрекся от престола, то принудил своего соправителя-августа Максимиана сделать то же

Падение Рима
image

После смерти Юлиана армия тут же на месте провозгласила императором Флавия Клавдия Иовиана, полководца, единственным достоинством которого была принадлежность к христианской религии.

Римский быт

imageВ первые века римской истории все дома, — как городские, так и деревенские, — за исключением крестьянских хижин, были совершенно сходны друг с другом и строились по одному и тому же плану.

Римские зрелища
image

Во времена республики устраивались ежегодно семь народных праздников, которые в эпоху Августа занимали в общей сложности 66 дней: Игры Римские 16 дней (4—19 сентября). Плебейские 14 дней (4—17 ноября).