ЗАВОЕВАНИЕ ИТАЛИИ

image Продвижение Рима на юг Лация привело его в непосредственное соприкосновение с группой самнитов, которая жила на р. Лирисе, и с кампанцами. Под именем последних понимают смешанное население, образовавшееся в результате длительного процесса миграций и внутренних изменений. Коренное население Кампании греки называли авзонами. Позднее сюда присоединились греческие и этрусские элементы. Во второй половине V в. главный город Кампании, этрусская Капуя, был захвачен самнитами, спустившимися к побережью с гор Центральной Италии. Кумы, древнейшая греческая колония в Италии, скоро разделила судьбу Капуи. Единственным оплотом греков в Кампании остался Неаполь. Самниты, захватившие Кампанию, быстро ассимилировались с остатками этрусской и греческой знати и усвоили ее культуру. Так в Кампании образовалась правящая аристократическая верхушка, не имевшая почти ничего общего с родственными ей по происхождению самнитами горных областей. Последние стояли еще на уровне военной демократии и составляли довольно непрочную федерацию мелких племенных групп.
Римлян и западных самнитов толкала на союз, во-первых, общая угроза со стороны галлов, продолжавших свои набеги на Среднюю Италию; во-вторых, обе стороны искали в союзе средства для решения своих частных задач: римляне хотели его использовать для борьбы с новым движением среди латинов, самниты желали опереться на Рим или по крайней мере обеспечить его нейтралитет в своих военных предприятиях против кампанцев. В 354 г. союз был заключен.
Однако 11 лет спустя, в 343 г., в Рим прибыло посольство из Капуи и, предложив римскому правительству дружбу и союз, просило заступничества перед самнитами как союзниками римлян. Положение сената было довольно сложным: с одной стороны, нельзя было заключить союза с кампанцами, врагами самнитов, при наличии договора 354 г., с другой стороны, был слишком велик соблазн союзом с Капуей укрепить свое влияние в Кампании. Выход был найден: кампанцев под видом их формальной сдачи Риму фактически приняли в состав римского гражданства с сохранением внутренней автономии. К самнитам немедленно было отправлено посольство с просьбой не трогать новых «подданных» римского народа. Но самнитов было трудно обмануть. Римскому посольству был дан очень грубый ответ, и самнитские отряды отправились грабить Кампанию. Тогда римское правительство объявило самнитам войну. Таково, согласно традиционному изображению, начало Первой Самнитской войны (343—341 гг.).
Консульские армии через область аврунков (авзонов) дошли до границ Кампании и вернулись обратно, оставив римский гарнизон в г. Суессе на территории аврунков. С самнитами вновь начались переговоры, и был полностью восстановлен прежний союз. Гарнизон из Суессы после этого был отозван.
Такую мирную развязку конфликта можно объяснить двумя причинами: во-первых, настроение латинских союзников было очень тревожным — в 343 г. их войска готовы были ударить в тыл римлянам, а при таких условиях поход в Самний и Кампанию был чрезвычайно рискованным; во-вторых, полагаться на кампанцев тоже было нельзя — дальнейшие события показали, что они в любой момент могли изменить Риму.

Почти полвека потребовалось римлянам, чтобы полностью оправиться от галльского погрома. Но, когда им это удалось сделать, Рим был готов к решению глобальной задачи подчинения своей власти всей Италии. Первая Самнитская война (343—341 гг.) открыла качественно новый период в истории Рима.
При таких обстоятельствах к 340 г. в Центральной Италии сложилась следующая обстановка: с одной стороны, был восстановлен римско-самнитский союз; с другой — образовалась обширная коалиция латинов, кампанцев, аврунков и вольсков. Традиция выставляет поводом к войне требование латинов о предоставлении им одного консульского места и половины мест в сенате.

"Но латинские города, увы, просчитались. К тому моменту римляне уже поняли, что назревает мятеж, и поспешили заключить мир с самнитами. Римское войско двинулось на север. В двух тщательно подготовленных сражениях римляне наголову разгромили своих бывших союзников. В одном из них римский консул Публий Деций Мус добровольно позволил убить себя, полагая, что это жертвоприношение низшим божествам обеспечит победу его армии. (Такая жертва была действительно полезна, ибо воины, уверенные в том, что боги на их стороне, бросались в бой с особым воодушевлением, в то время как враги падали духом.) Получив свободу действий, Рим повернул войска против тех городов, которые еще продолжали сопротивляться, и разгромил их один за другим. К 338 г. до н. э. в Лации воцарилось спокойствие, похожее на смерть." (Азимов. "Римская республика")

image Результаты войны были весьма значительны для обеих сторон. Рим прежде всего постарался застраховать себя от совместных выступлений латинских союзников в будущем. Поэтому всякие коалиции между латинскими общинами были запрещены, и те из них, которые не получили римского гражданства, лишились права вступать друг с другом в деловые сношения (ius commercii) и заключать браки (ius conubii). По отношению к латинам в целом римский сенат усвоил весьма разумную политику, которую в дальнейшем стал проводить и по отношению к другим италикам. Эта политика, как указывалось выше, заключалась в том, чтобы ставить покоренные общины в разное юридическое положение по отношению к Риму. Этим достигалась их изоляция друг от друга и разная степень их заинтересованности в римских делах. Так, например, латинские колонии (Ардея, Цирцеи, Сутрий, Непете и др.) были оставлены на старом положении союзников. Наиболее крупные беспокойные латинские города, такие, как Тибур и Пренесте, лишились части своей территории, и с ними Рим заключил отдельные союзные договоры. Ряд наиболее верных общин (Тускул, Ланувий, Ариция и др.) были просто присоединены к Риму и получили полное право гражданства, а в Лации были образованы две новые трибы.
Латинская война нанесла последний удар вольскам. Анций полностью капитулировал и был превращен в колонию римских граждан. Его флот перешел в руки римлян. Крупные корабли были сожжены, и только их носовые части в виде трофеев были выставлены на римском форуме, где ими украсили ораторскую трибуну (rostra). Этот факт очень примечателен, так как он показывает низкий уровень развития морского дела в Риме в эту эпоху. В римские колонии были превращены также Сатрик и Таррацина. Остатки вольсков оказались загнанными в горы.
Общины аврунков были поставлены в особое юридическое положение, известное под названием общины без права голосования (civitates sine suffragio). Это означало, что их жители выполняли все обязанности римских граждан (например, несли воинскую повинность) и пользовались гражданскими правами, но только без политических прав: без права голосования в комициях и выбора на государственные должности.
Что касается Кампании, то здесь основной задачей Рима было привязать к себе возможно теснее эту цветущую область, которой римляне были многим обязаны в своем экономическом и культурном развитии. С другой стороны, и кампанцы должны были немало выиграть от того, что в Риме они нашли защитника от своих беспокойных соседей. Кампанские города (Капуя, Кумы, Суессула и др.) получили права, отчасти напоминавшие положение союзников, отчасти — общин без права голосования. Так, например, кампанцы считались римскими гражданами и несли военную службу в легионах. Но их легионы формировались отдельно от собственно римских. Кроме того, кампанцы, в частности Капуя, сохранили широкое местное самоуправление. Права участия в римских народных собраниях и избрания на римские государственные должности кампанцы не имели. К этому нужно добавить, что и эти ограниченные права были даны только кампанской аристократии (так называемым всадникам), сохранившей верность Риму во время войны 340—338 гг. Остальное население поставлено было в зависимость от всадников и должно было уплачивать им ежегодный налог.
Таким образом, к 30-м гг. IV в. Рим стал крупнейшим государством Италии, под властью которого фактически находилась Южная Этрурия, весь Лаций, область аврунков и Кампания. Решительная борьба с самнитами стала неизбежной.

"Ряд военных столкновений, затянувшихся почти на 40 лет (328—290 гг.) и известных под названием Второй и Третьей Самнитских войн, по своему содержанию гораздо шире названия. Борьба шла не только с самнитами, но и с другими племенами Средней и Северной Италии: этрусками, галлами, герниками, эквами и проч. В некоторые периоды (например, в начале III в.) война с самнитами вообще отступала на задний план по сравнению с борьбой на севере. Поэтому название Самнитские войны — термин скорее условный и собирательный. Этим термином мы обозначаем решающий этап в борьбе за римскую гегемонию в Италии, когда против Рима объединились все его бывшие и настоящие противники в отчаянной и исторически уже обреченной попытке отстоять свою независимость. Правда, этот этап был не последним (оставалась еще Южная Италия), но самым важным, так как его исход определил судьбу всей Италии."(Ковалев. "История Рима")

Вторая Самнитская война (328—304 гг.) началась главным образом из-за Неаполя. Это не было случайностью, так как Рим, захватив Кампанию, вошел в тесное соприкосновение уже не только с самнитами долины Лириса, но и с горными племенами собственно Самния. Для последних захват римлянами Кампании означал не только потерю соблазнительного объекта грабежей и важного рынка наемников, но и потерю выхода к морю. По-видимому, в Неаполе, сохранившем греческую культуру, обострилась борьба аристократической и демократической партий. Последняя обратилась к самнитскому городу Ноле и ввела в Неаполь отряд самнитских наемников. Неаполитанские аристократы, в свою очередь, призвали на помощь капуанцев, а через них — римлян (327 г.).
Для римского сената в его италийской политике вообще характерна неизменная поддержка аристократических элементов. Здесь же ситуация была особенно соблазнительной, так как исход дела сулил захват такого важного центра, каким был Неаполь. Поэтому римское войско под начальством консула 327 г. Квинта Публилия Филона (бывшего диктатора 339 г., известного своей реформой) осадило Неаполь, в то время как армия другого консула прикрывала осаждающие войска. Осада затянулась и на следующий 326 г. Тогда Публилию продлили его военные полномочия еще на год в звании проконсула («вместо консула»). Это был первый случай в римской практике продления военного империя; в дальнейшем аналогичные случаи станут довольно частыми.
В обстановке блокады ситуация в Неаполе изменилась. Взяла верх проримская аристократическая партия, которая обманным путем удалила самнитский гарнизон и сдала город римлянам. С Неаполем был заключен союз.
Этот инцидент и послужил поводом к войне с племенами Центрального Самния. Что же касается западных самнитов, то борьба с ними началась еще в 328 г. из-за того, что римляне основали колонию в г. Фрегеллах на среднем течении Лириса. В течение пяти лет война шла с переменным успехом, хотя преимущество было на стороне римлян. Но в 321 г. до н. э. разразилась катастрофа.

"Римская армия в Кампании получила ложное донесение (специально подброшенное самнитами), что один из городов Апулии, союзник Рима, осажден самнитской армией. Римляне немедленно решили идти прямо к этому городу, чтобы выручить его, — а для этого им надо было пересечь всю Самнию. На пути у них лежало узкое ущелье, расположенное к востоку от самнитского города Кавдий, у которого был только один вход и выход. Это ущелье называлось Кавдинским ущельем.
Здесь римлян ждали самниты. Римские воины спокойно вошли в ущелье, но, подойдя к его выходу, они обнаружили, что он завален камнями и срубленными деревьями. Они сразу же бросились назад, но у входа их уже ждали самнитские войска, тайно пробравшиеся в ущелье. Римляне оказались в ловушке, без всякой надежды на спасение. Во всей римской истории до этого не было более унизительного момента. Одно дело — погибнуть в честном бою, и совсем другое — пострадать из-за собственной глупости.
Самниты могли бы вырезать римлян до последнего человека, но такая победа потребовала бы жертв от них самих, и они решили, что могут достичь цели и без боя: просто сидеть и спокойно ждать, когда римские воины умрут от голода. И они были правы. Вскоре у римлян кончились припасы, и им не оставалось ничего иного, как запросить у самнитов пощады."
(Азимов. "Римская республика")

Консулы пали духом и заключили от своего имени позорный мир. Римляне должны были уйти из области самнитов, вывести оттуда свои колонии и дать обязательство не возобновлять войны. В обеспечение этих условий они выдали 600 заложников из аристократической части армии. Но самниты не могли отказать себе в удовольствии довести унижение ненавистного врага до самой крайней степени. Римское войско было вынуждено сдать все оружие, и полураздетые воины по одному прошли под игом, осыпаемые градом насмешек и издевательств стоявших кругом самнитов. Римскому сенату не оставалось ничего другого, как признать постыдный мир, который продолжался около 6 лет.

image Военные действия возобновились только в конце 316 г. За этот шестилетний промежуток римляне, формально не нарушая мира, стали проникать в Апулию, в тыл самнитам, а также образовали две новые трибы в области аврунков и в Северной Кампании. В 315 г. одна консульская армия оперировала в Апулии, в то время как вторая под начальством Публилия Филона осадила г. Сатикулу в юго-западной части Самния. Самниты воспользовались разделением римских сил, прорвались в долину Лириса и двинулись дальше к Лацию. Римляне собрали резервы под командой диктатора Квинта Фабия Руллиана, одного из самых выдающихся полководцев этой эпохи. Римские и самнитские войска встретились около г. Таррацины, в проходе между горами вольсков и морем. Римляне потерпели жестокое поражение и бежали. Начальник конницы пытался прикрыть отступление, но был убит. Самниты захватили область аврунков и Кампанию, даже Капуя была готова перейти на их сторону. Положение Рима стало чрезвычайно критическим. Однако самниты не сумели использовать полностью свои успехи, и в 314 г. наступил перелом. Римские войска одержали блестящую победу: на поле боя осталось более 10 тыс. самнитов. Это изменило всю ситуацию. Главари демократической партии в Капуе, замышлявшие отпадение от Рима, были выданы римлянам и казнены. Аврунков, которые вели себя в 315 г. крайне подозрительно, почти полностью истребили, а в Суессу была выведена латинская колония. Многие города, отпавшие от Рима или захваченные самнитами (Сатрик, Фрегеллы, Сора и др.), были воссоединены с ним. Для укрепления римского влияния было основано несколько новых колоний. Среди них нужно отметить колонию на маленьком острове Понтии, недалеко от южного побережья Лация (313 г.). Это была первая морская база римлян вне Италии, основание которой говорит о том, что морское дело в Риме после 338 г. несколько продвинулось вперед. В связи с этим стоит и появление в 311 г. двух должностных лиц для наблюдения за постройкой и ремонтом кораблей. Возможно, что к этому же периоду относится высылка колонии в Остию, у устья Тибра. Наконец, Аппиева дорога, постройка которой началась в 312 г., должна была тесно связать Рим с Кампанией и облегчить дальнейшее продвижение в Южную Италию.
Но благополучное завершение Самнитской войны было омрачено новой опасностью со стороны этрусков. В 311 г. истекал срок 40-летнего перемирия с ними. Рассчитывая на то, что римские силы связаны на юге, войска Тарквиний и других полисов Северной Этрурии осадили Сутрий. Но консул 310 г. Квинт Фабий Руллиан обходным движением через Умбрию неожиданно появился в Северной Этрурии и опустошил страну, чем заставил этрусков снять осаду с Сутрия. В следующем году римляне повторили свой набег. Эти события привели к власти в этрусских городах проримскую партию. В Рим прибыли этрусские послы с просьбой о мире и союзе. Но с ними заключили только перемирие на 30 лет.
Этрусские дела привели римлян в более тесное соприкосновение с умбрами, выразившееся в заключении союза с двумя умбрскими городами. С другой стороны, римские позиции в борьбе с самнитами на некоторое время ослабели, и римляне вынуждены были перейти к обороне. В 308 г. самнитские войска вторглись в область марсов, в непосредственной близости к Лацию. Для борьбы с ними был направлен испытанный Квинт Фабий. Другой консул действовал в Северной Апулии. Положение осложнилось восстанием старых союзников Рима — герников, а затем и эквов, подстрекаемых самнитами. Центральная Италия стала ареной ожесточенных боев.
К 304 г. римляне добились здесь решительных успехов. Самниты запросили мира. Границы собственно Самния были оставлены почти без изменений, а область Лириса присоединена к Лацию, и самниты там быстро исчезли. Герники лишились всей территории, кроме трех городов, сохранивших прежние союзнические отношения. Эквы были почти полностью уничтожены, и вся их страна вплоть до Фуцинского озера присоединена к Лацию. В захваченных областях появился ряд новых колоний, и было образовано две трибы. С мелкими племенами Средней Италии, родственными самнитам, — марсами, пелигнами, френтанами и др., были установлены союзнические отношения.

Однако мир был непродолжителен, и после шестилетнего перерыва военные действия возобновились. Как уже было сказано, в Третьей самнитской войне центр тяжести лежал не столько на юге, сколько на севере, в Этрурии. Условны также и ее традиционные хронологические рамки (298—290 гг.). Собственно, началом новой серии военных столкновений нужно считать 299 г., когда галльский отряд, усиленный этрусками, появился на римской территории и, опустошив ее, ушел с богатой добычей. Это движение было отражением новых перемещений галлов в Северной Италии, вызванных появлением их соплеменников из-за Альп. К этому моменту обострились отношения и с самнитами. Последние, надеясь, быть может, на то, что внимание римлян было отвлечено на север, попытались усилить свое влияние в Лукании. Сенат счел это достаточным поводом для объявления войны (298 г.). Консул Луций Корнелий Сципион Барбат, вторгся в юго-западную часть Самния, взял там два незначительных пункта и получил заложников от луканов, тем самым гарантировавших свою верность Риму.
Значительнее были успехи римлян в Северном Самнии. Второй консул 298 г. разбил самнитские войска и взял г. Бовиан, центр самнитского племенного союза. Эти успехи были продолжены консулами 297 г. Квинтом Фабием Руллианом и Публием Децием Мусом, сыном известного консула 340 г. Самниты находились накануне полного разгрома, однако час их гибели еще не настал. Более того, соотношение сил внезапно изменилось столь резко, что не над Самнием, а над Римом нависла страшная опасность.
В 295 г. галлы снова двинулись на юг и соединились с этрусками. На помощь к ним прорвались и самнитские отряды. Таким образом, впервые Рим имел перед собой объединенные силы своих главных противников.

"В Этрурии и Самниуме военные действия имели второстепенное значение, главные события должны были произойти в Умбрии, где сосредоточивалась под начальством Геллия Эгнация огромная армия этрусков, галлов и самнитов, прошедших сюда мимо римских крепостей. Римляне напрягли все свои силы и выставили 60-тысячную армию под начальством лучших своих вождей – Квинта Фабия Руллиана и Деция Муса. При Сентине, на склонах Апеннин, произошла в 295 г. решительная битва. Счастье долго колебалось – и вот враги стали уже одолевать римлян, тогда Деций Мус приказал жрецу обречь на гибель римского вождя и неприятельскую армию и бросился в самую жаркую сечу, на верную смерть, в твердой вере, что если исполнится первая часть обета, то исполнят боги и вторую… Он погиб, но римские воины удвоили свои усилия и одержали полную победу. Она стоила жизни девяти тысячам римских граждан, но имела и огромные результаты." (Моммзен. "История Рима")

Битва при Сентине, в сущности, решила исход войны, т. е. судьбу Италии. Союз противников Рима распался. Остатки галлов и самнитов отступили в разных направлениях: одни — на север, другие — на юг, а этрусские города, принимавшие участие в антиримском движении, вынуждены были согласиться на 40-летнее перемирие с уплатой большой контрибуции. В Самнии борьба продолжалась еще несколько лет. Римляне систематически вели концентрированное наступление, закрепляя его основанием колоний. Отдельные неудачи не ослабляли явного общего успеха римского оружия. В 293 г. самниты потерпели крупнейшее поражение, после которого они уже не могли оправиться. Три года спустя Маний Курий Дентат, консул 290 г., один из крупнейших демократических деятелей Рима, довершил разгром мужественного народа, так долго боровшегося за свою свободу. Самнитам на правах римских союзников была оставлена только небольшая территория с центром в г. Бовиане.
Окончание Самнитской войны развязало руки римлянам для новых действий на севере. Им необходимо было максимально обеспечить там свои границы против возможных нападений галлов. В 290 г. Курий Дентат прошел всю страну сабинов и покорил ее. Поводом к войне послужило сочувственное настроение сабинов по отношению к самнитам или, быть может, даже активная помощь с их стороны. Уцелевшая часть племени получила права граждан без права голосования. Аналогичная судьба постигла в этом же году и пиценов. В южной части их области, недалеко от морского побережья, была основана латинская колония Адрия, первый укрепленный пункт на Адриатическом море.
Эти меры оказались вполне своевременными, так как уже в 285 г. галльское племя сенонов, жившее к северу от Пицена, пришло в движение. Галлы вторглись в Северную Этрурию и осадили г. Арреций, державший сторону Рима, в то время как другие этрусские общины поддерживали сенонов. Римское войско, посланное на помощь Аррецию, было отбито с огромными потерями. Сам командующий пал в бою (284 г.). Курий Дентат, заменивший погибшего, отправил к сенонам посольство для переговоров о судьбе пленных. Послы были изменнически убиты. Тогда римские войска вторглись в область сенонов (ager Gallicus), разбили их и частью уничтожили, а частью изгнали из страны. На бывшей территории сенонов, на морском берегу, вскоре была основана колония римских граждан Сена Галльская.
Судьба сенонов вызвала движение их соседей бойев, живших за Апеннинами к северу от Этрурии. С большими силами они двинулись на юг, соединились с этрусками и пошли прямо на Рим. Римляне во главе с консулом 283 г. Корнелием Долабеллой встретили их около Вадимонского озера, к западу от среднего течения Тибра, и разбили наголову. Однако на следующий год галлы повторили свою попытку, призвав под знамена всю молодежь, едва достигшую возмужания. Потерпев вторичное поражение, они обратились к римскому правительству с просьбой о мире. Римляне, пока еще не заинтересованные в Северной Италии, охотно пошли на заключение мирного договора.
Что же касается Этрурии, то события конца 80-х гг. решили ее судьбу. Этрусские города принуждены были заключить с Римом отдельные союзные договоры. Только два полиса, Вольсинии и Вульчи, сопротивлялись еще в течение двух лет, после чего и им пришлось сдаться. Таким образом, Вторая Самнитская война с ее продолжением в 80-х гг. закончилась тем, что Рим фактически стал хозяином всей Италии к югу от равнины По и приблизительно до северной части Лукании. Наступил заключительный этап завоевания Италии.

"В начале III в. на юге Италии создалась сложная обстановка. Греческие города переживали трудную пору своей истории. Эпоха их процветания осталась далеко позади. Еще в начале IV в. многие из них были ослаблены борьбой с сиракузским тираном Дионисием I. Это сильно ухудшило положение греков перед лицом наступавших на них племен Южной Италии: луканов, бруттиев, мессапиев и др. Завязалась долгая борьба, в результате которой ряд греческих городов перешел в руки варваров. На западном побережье только Велия (Элея) и Регий сохранили независимость. На восточном берегу положение было несколько лучше. Там роль передового борца против варваров играл богатый торговый город Тарент. Но и он мог кое-как справляться с натиском луканов и мессапиев, только приглашая к себе на службу предводителей наемных отрядов из Греции." (Ковалев. "История Рима")

В конце 80-х гг. луканы напали на греческий город Фурии. Учитывая бесполезность всех предшествующих попыток искать помощи у иностранных наемников и не желая обращаться к своему сопернику Таренту, Фурии прибегли к заступничеству Рима, с которым они завязали дружеские отношения еще года за три до этого. Консул 282 г. Гай Фабриций Люсцин явился на выручку: он разбил луканов, осаждавших Фурии, и занял город римским гарнизоном. Но это не понравилось ни фурийцам, ни тарентинцам, поэтому, когда 10 римских судов по пути в Адриатическое море появились в тарентинской гавани, население напало на них и захватило пять кораблей. Их экипаж частью был перебит, частью продан в рабство, а римский командующий флотом погиб во время схватки. После этого тарентинцы двинулись на Фурии и с помощью дружественной им партии заставили римский гарнизон очистить город.
Сенат направил в Тарент посольство с требованием удовлетворения, но послы подверглись оскорблениям толпы и вернулись обратно, ничего не добившись. Тогда Рим объявил Таренту войну (281 г.). Консул Эмилий Барбула двинулся из Южного Самния и вторгся в тарентинскую область. У Тарента были довольно крупные силы, к которым примкнули в качестве союзников луканы и мессапии. Но испытанным римским войскам не стоило большого труда разбить противников. Область Тарента была опустошена.
В это время уже происходили переговоры тарентинского правительства с Пирром, царем Эпира, об оказании Таренту помощи. Поражение ускорило эти переговоры. Дружественная Риму партия вынуждена была отстраниться от дел, и договор с Пирром был заключен. Ранней весной 280 г. Пирр высадился в Италии. С ним была сравнительно небольшая, но первоклассная армия, состоявшая из 20 тыс. тяжелых пехотинцев (фалангитов), 2 тыс. стрелков из лука и 3 тыс. фессалийских всадников. Кроме того, при его войске было 20 боевых слонов, впервые появившихся тогда в Италии. Тарент обещал предоставить в распоряжение Пирра 350 тыс. пехоты и 20 тыс. конницы. Конечно, это обещание было выполнено только частично.
В лице Пирра римляне столкнулись с одним из самых выдающихся полководцев эллинистической эпохи, вышедшим из школы Александра Македонского , с которым он состоял в дальнем родстве. Пирру было тогда около 40 лет. С 295 г. он был царем Эпира, проделав до этого весьма бурную политическую карьеру, во время которой, между прочим, оказался на короткое время даже на македонском троне, с которого был прогнан Лисимахом. Пирр был чрезвычайно талантливым полководцем, не только практиком, но и теоретиком: его перу принадлежали сочинения по военному делу, и сам великий Ганнибал впоследствии называл себя его учеником. Однако характер Пирра не отличался устойчивостью. Он постоянно носился с грандиозными планами, мечтал стать вторым Александром, легко загорался, развивал на некоторое время огромную деятельность, но быстро остывал и ни одного дела не доводил до конца. Приглашение Тарента пришлось очень кстати. За несколько лет до этого Пирр потерял Македонию и теперь был одержим новым планом: покорить Южную Италию и Сицилию(а быть может, и Карфаген) и создать мировую монархию на Западе по примеру монархии Александра на Востоке. Но, конечно, в эти планы Пирр не посвящал тарентинцев. В договоре с ними он даже обещал не оставаться в Италии дольше того, чем это будет нужно. Эпирскому царю были предоставлены права главнокомандующего тарентинскими войсками и войсками их союзников. Он мог держать в Таренте свой гарнизон. Все военные расходы брал на себя город.
image Пока в Таренте Пирр настойчиво обучал горожан, весьма неохотно вступивших в его армию, римский консул 280 г. Валерий Левин занял гарнизонами те греческие города, которые остались верны Риму: Регий, Локры и Фурии. Первая встреча противников произошла около г. Гераклеи, недалеко от побережья Тарентинского залива. Битва была чрезвычайно упорной. Римский манипулярный строй с честью выдержал столкновение с македонской фалангой. Но дело решили великолепная фессалийская конница и особенно слоны, испугавшие римских лошадей. Римляне были вынуждены отступить, потеряв убитыми и тяжело раненными 7 тыс. человек; около 2 тыс. попало в плен. Но и потери Пирра были велики: 4 тыс. его воинов выбыли из строя, в том числе много офицеров. Пирр прекрасно понимал, как трудно будет ему возместить этот урон.
Но в то время, во всяком случае, поражение римлян при Гераклее сильно изменило всю ситуацию на юге. Кротон выразил покорность Пирру, Локры выдали ему римский гарнизон. В Регии, где римский отряд состоял из кампанцев, можно было опасаться того же самого. Тогда кампанцы завладели городом, перебили богатых и влиятельных граждан и объявили себя независимыми. Таким образом, Регий не перешел в руки Пирра, но оказался потерянным и для Рима.
Эпирский царь решил максимально использовать свою победу и двинулся на Рим. Нигде не встречая сопротивления, он подошел к городу на несколько десятков километров. Однако в тылу у него Левин привел в порядок и пополнил разбитые при Гераклее войска, Капуя и Неаполь остались верны Риму, римская армия, действовавшая против Вольсиний и Вульчи, быстро закончила свои операции и спешила на помощь Риму, в городе принимались экстренные меры для обороны. При таких условиях нападение на Рим делалось очень рискованным, и Пирр повернул назад...
Теперь он изменил тактику и решил попытаться завязать с Римом мирные переговоры, но успеха не добился.
В апреле 279 г. военные действия возобновились. Римскими войсками командовали оба консула, одним из которых был Публий Деций Мус, сын консула, погибшего при Сентине. Битва произошла около г. Аускула, в Апулии, в пересеченной и лесистой местности, где Пирр не мог использовать в полной мере своей фаланги, конницы и слонов. Поэтому первый день не дал решительных результатов. Битва возобновилась на следующий день. Пирру удалось занять лучшие позиции, и римляне потерпели поражение, но далеко не полное, так как удержали свой укрепленный лагерь. Они потеряли 6 тыс. человек и в числе их консула Деция. Потери Пирра достигали 3,5 тыс., сам он был легко ранен. При этих условиях он не мог использовать победы и отступил в Тарент.
Трудности войны значительно охладили Пирра. К тому же он получил известия с Балканского полуострова, которые настоятельно требовали его возвращения. С другой стороны, некоторые сицилийские города обратились к нему с просьбой о помощи против карфагенян, которые после смерти тирана Агафокла (289 г.) перешли в Сицилии в решительное наступление. Эта просьба как раз отвечала широким планам Пирра.
В этой обстановке создались более благоприятные условия для новых переговоров о мире. Зимой 279/78 г. Фабриций снова посетил Пирра и выработал с ним предварительные условия мира, которые на этот раз, по-видимому, сводились только к признанию независимости Тарента. Киней вновь поехал в Рим. Но как раз в этот момент в Остию прибыл сильный карфагенский флот из 120 судов под командой Магона. Карфагенское правительство предложило Риму заключить договор, направленный против Пирра. Тайной целью Карфагена было во что бы то ни стало помешать подготовлявшемуся миру между Римом и эпирским царем и задержать последнего как можно дольше в Италии. С другой стороны, карфагенские условия были выгодны и Риму. В 278 г. началась новая кампания, протекавшая на территории Тарента. Во главе римских войск стояли оба консула этого года, одним из которых был снова Фабриций. Кампания протекала довольно вяло, так как Пирр был занят подготовкой сицилийской экспедиции, а римляне еще не чувствовали себя достаточно сильными, чтобы осадить Тарент.
Осенью 278 г. Пирр отплыл в Сицилию с 10-тысячным войском, оставив в Таренте и других греческих городах сильные гарнизоны. В Сицилии после смерти Агафокла воцарилась величайшая анархия, чем воспользовались карфагеняне. Сиракузы были блокированы карфагенским флотом. В первый момент Пирра встретили в Сицилии с восторгом: он был провозглашен царем и гегемоном Сицилии. Все греки объединились для борьбы с общим врагом. Пирру быстро удалось достичь крупных успехов: он заставил карфагенян снять блокаду Сиракуз и захватил почти все занятые ими пункты. Только Лилибей, крупный порт в западной части Сицилии, оставался в их руках. Взять его можно было только с моря.
Карфагеняне предложили Пирру мирный договор на условиях очищения ими всей Сицилии, кроме Лилибея. Царь, в значительной мере под давлением греков, отказал. После неудачных попыток захватить Лилибей с суши он решил построить сильный флот, чтобы нанести Карфагену решительный удар в Африке.
Эти широкие планы не встретили сочувствия у греков, для которых они предвещали огромные расходы, так как Пирр, само собой разумеется, не собирался строить флот на свои деньги. Сюда присоединялось недовольство самодержавными замашками Пирра, его пренебрежительным отношением к демократическому строю греческих городов, явным предпочтением, которое он отдавал своим офицерам, и проч. Греки поняли, что Пирр преследует свои личные цели, для которых они служат только орудием. Все это резко изменило их настроение. Дело дошло до того, что некоторые полисы обратились за помощью против Пирра к своим недавним врагам — карфагенянам. В конце концов в его руках остались только Сиракузы.
Пирр стоял перед трудной задачей вторичного завоевания острова. На это у него не хватило выдержки. Он воспользовался первым благоприятным предлогом — италики снова стали просить его о помощи — и весной 275 г. покинул Сицилию. В проливе на него напал карфагенский флот и уничтожил больше половины судов. Тем не менее Пирру удалось высадиться в Италии.
За время отсутствия Пирра римляне добились на юге крупных успехов, в частности заняли Кротон и Локры и снова привели к покорности перешедшие на сторону Пирра племена луканов и самнитов. Но появление Пирра заставило их отступить. Опираясь попрежнему на Тарент как на свою главную базу, царь двинулся на север, собрав все свои наличные силы. При Беневенте в Самнии произошла его последняя битва в Италии (275 г.). Римлянами командовал консул Маний Курий Дентат, герой Третьей Самнитской войны. Второй консул шел к нему на помощь из Лукании, но не успел прибыть вовремя. Пирр, стремясь раньше римлян занять лучшую позицию, предпринял ночной марш, но сбился в темноте и тем самым дал возможность Манию Курию развернуть свои силы. Слоны на этот раз сыграли для Пирра роковую роль: испуганные римскими стрелками, прикрывавшими лагерь, они бросились на свои же войска и привели их в замешательство. Римляне захватили лагерь Пирра, более 1 тыс. пленных и четырех слонов, появление которых в Риме, никогда их не видавшем, произвело необычайную сенсацию.
Пирр, зная о приближении второго консула, отступил в Тарент. Не имея ни денег, ни войск, получив отказ в материальной помощи со стороны эллинистических монархов, субсидировавших его италийскую экспедицию, Пирр потерял всякую охоту дольше оставаться в Италии. Осенью 275 г. с остатками своих войск он покинул негостеприимный полуостров и переправился в Грецию, оставив в Таренте гарнизон и утешая своих испуганных союзников обещанием скоро вернуться. Впрочем, никто ему больше не верил... Три года спустя Пирр бесславно кончил свои дни в уличной схватке в Аргосе (272 г.).

Победа над Пирром развязала руки Риму. Окончательное завоевание Южной Италии не представляло теперь сложной проблемы. В год смерти Пирра римские войска осадили Тарент. Между эпирским гарнизоном и гражданами начались раздоры. Проримская партия, представлявшая главным образом интересы знати, готова была сдать город; начальник гарнизона некоторое время сопротивлялся, но, видя, что положение безнадежно и желая капитуляцией купить себе право свободного отступления, сам вошел в сношения с римским командующим и сдал город. Гарнизону было разрешено беспрепятственно отплыть в Эпир (272 г.). Тарент вошел в римскую федерацию в качестве морского союзника, но с урезанной автономией. В городской крепости был помещен римский отряд, и Тарент стал главным оплотом римского влияния в Южной Италии.
С правами таких же морских союзников, обязанных поставлять для Рима военные суда с соответствующим вооружением и экипажем, были присоединены другие греческие города юга: Кротон, Локры, Фурии, Велия и др. Кампанский гарнизон в Регии, превратившийся в разбойничью банду, был ликвидирован в 270 г. Римские войска штурмом взяли город, большинство кампанцев было перебито, а захваченные живыми 300 человек были доставлены в Рим, высечены на форуме и обезглавлены. Город передали его бывшим жителям, и он вошел в федерацию с правом морского союзника и с полной автономией.
Южноиталийские племена, скомпрометировавшие себя переходом на сторону Пирра, сильно пострадали. У самнитов, луканов и бруттиев была отнята часть их земель. В стратегически важных пунктах были основаны римские или латинские колонии: Беневент, Пестум (Посидония), позднее Брундизий (в области мессапиев).
Окончание войны в Южной Италии дало повод Риму доделать то, что еще не было завершено на севере. Несколько сильных колоний было основано в Этрурии, Умбрии и бывшей области сенонов (ager Gallicus). Среди них нужно особенно отметить латинскую колонию в г. Аримине, на северной оконечности ager Gallicus. Она имела целью защитить границу римской Италии, проходившую по р. Рубикон.

"Итак, в борьбе за Италию, длившейся около трех столетий, победительницей оказалась маленькая община на Тибре. К 60-м гг. III в. вся Италия времен Республики, от р. Рубикон до Мессанского пролива, вошла в своеобразную федерацию, возглавляемую Римом. Это был факт всемирно-исторического значения, последствия которого оказались неисчислимыми, ибо италийский союз оказался чрезвычайно жизнеспособным организмом, способным помериться силами с самыми могущественными державами Средиземноморья. Каковы же были причины, которые в борьбе за господство в Италии определили победу именно Рима, а не другой какой-нибудь общины? Рим далеко не был самым сильным полисом, когда еще в царский период начал свои бесконечные войны с соседями. Но комбинация исторических условий, среди которых он возник и развивался, была для него благоприятнее, чем для других, и прежде всего обстановка на Нижнем Тибре. В римской общине с самого начала объединились два момента: торговый и аграрный. Развитию торговли содействовали положение на Тибре, близость моря, добыча и транспортирование соли, соседство Этрурии и Кампании; аграрный характер придавала Риму плодородная равнина Лация. Сочетание этих двух моментов имело огромное значение.
image Нижний Тибр был местом скрещения разнообразных влияний, центром взаимодействия различных сил — экономических, этнических и культурных. Сравнительно-исторический материал доказывает, что в истории ведущая роль всегда принадлежала тем пунктам, которые лежали на пересечении нескольких линий взаимодействия. Развитие обмена, заимствования у соседей, племенные скрещения, выгоды стратегического положения — все это приводило к тому, что именно эти центры становились самыми мощными очагами исторического развития."
(Ковалев. "История Рима")

Рим благодаря своему местоположению очень рано стал привлекать население из окружающих областей. В него стекались наиболее предприимчивые и энергичные элементы, которые оставили заметный след в образовании римского народного характера. Этот характер мы отнюдь не можем сбрасывать со счетов при объяснении успехов Рима. В нем сочеталась сильная доза мелкоаграрного консерватизма с чертами смелого дерзания, идущими от пиратов, купцов и авантюристов.
Однако, несмотря на это, римская община сохраняла черты относительной примитивности. Аграрная струя в ней преобладала. Она особенно усиливается в V в., когда связи с этрусками были разорваны, да и сама этрусская торговля начала клониться к упадку благодаря растущей конкуренции Сицилии и Карфагена. По сравнению с полисами Этрурии, Кампании и Южной Италии, социальные контрасты в Риме выступали менее резко, весь строй жизни был значительно проще.
Наконец, римская военная техника, окончательно сложившаяся к III в. (римский манипулярный строй, система укрепленных лагерей, метательное оружие), оказалась выше даже эллинистической техники Пирра. Правда, фаланга, кавалерия и слоны вначале победили. Но когда римляне научились пугать слонов и изучили слабые стороны фаланги, знаменитый полководец был разбит грубыми «варварами». Таковы были главные причины победы Рима в борьбе за Италию.

В результате римского завоевания Италии образовалось государство, условно называемое римско-италийской федерацией. Применяя принцип «разделяй и властвуй» (divide et impera), заключая с каждой общиной Италии отдельный договор, Рим создал крепкую державу, ставшую основой для будущих великих побед. Все население Италии делилось на несколько неравноправных групп. В привилегированном положении находились римские граждане, то есть жители собственно Рима и колоний римских граждан. Равные с римлянами права имели жители муниципий — общин, получивших полные права гражданства, но сохранивших внутреннее самоуправление. Третьей, небольшой категорией италиков, были общины с неполным гражданством, без права голосования. Самой многочисленной категорией италиков являлись союзники (socii), среди которых также была привилегированная группа — италики, обладавшие латинским правом. Наконец, самой бесправной категорией были сдавшиеся (dediticii).

Римские граждане (cives Romani) — эта категория включала в себя членов правящей римской общины, обладающих всей совокупностью политических и гражданских (в узком смысле слова) прав. Они жили как на территории самого Рима, так и на землях, непосредственно принадлежавших римской общине (ager Romanus) по праву завоевания. Римские граждане были приписаны к той или другой трибе (число триб в III в. дошло до 35), входили в имущественные классы и центурии, могли принимать участие в римских народных собраниях и т. п. К числу римских граждан принадлежали и члены гражданских колоний (coloniae civium Romanorum). Такие колонии, как мы видели, основывались со стратегическими целями и первоначально имели чисто военный характер. Но во II в., с эпохи Гракхов, колонии стали основывать с целью наделения землей неимущих граждан, причем их начали выводить и за пределы Италии, в провинции. Наконец, со времени Суллы (начало I в.) колонии основывались для того, чтобы вознаградить бывших солдат (ветеранов). Из гражданских колоний III в. нам известны Анций, Таррацина, Остия, Понтия, Сена Галльская и др. Колонисты сохраняли полные права римского гражданства: они числились в трибах, имели право участвовать в комициях и быть выбранными на любую государственную должность, несли военную службу в легионах и т. п.
Граждане муниципий (municipia civium Romanorum) — этим термином обозначались бывшие иностранные общины, получившие полные права гражданства. Первой такой общиной был Тускул (381 г.), затем муниципальные права получили Ариция и другие общины Северного Лация. Муниципии имели полные права гражданства и поэтому назывались общинами с правом голосования (civitates cum suffragio). Но так как исторически они возникли из самостоятельных полисов, хотя и родственных по своему этническому составу римлянам, то сохранили широкое право самоуправления. Граждане муниципиев (муниципалы), как и все остальные римские граждане, были приписаны к трибам, участвовали в комициях, служили в легионах и проч. Самоуправление их строилось по типу государственных органов Рима (комиции, сенат, магистраты).
Граждане общин, не имевших права голосования (civitates sine suffra­gio), — исторически эти общины также возникли из иностранных полисов, подчиненных Римом, и сохранили право самоуправления (хотя и несколько ограниченное). Но римское правительство вначале не давало им полных прав гражданства. Их жители могли вступать в законный брак с римскими гражданами, их собственность находилась под защитой римских законов, но они не могли принимать участия в комициях и быть избранными на римские государственные должности. Воинскую повинность они несли не в легионах, а в особых вспомогательных войсках.
Граждане так называемых латинских колоний (coloniae Latinae). Это были колонии военного типа, основанные общинами, входившими в латинскую федерацию. Но хотя латинский союз после 338 г. прекратил свое существование, колонии с латинским правом продолжали создаваться. Часто они состояли из римских граждан, иногда права латинской колонии давали и нелатинским общинам. Латинские колонии рассматривались как самостоятельные общины, обладавшие полной автономией вплоть до права чеканки монеты (это право, впрочем, было ограничено в 60-х гг. III в.). Их жители служили не в легионах, а в особых войсковых единицах (когортах), находившихся под верховным командованием римских военачальников. Жалованье им должна была уплачивать та община, которая выставила данный контингент. Иногда латинские колонии облагались особым налогом. Граждане латинских колоний не являлись римскими гражданами. Но в том случае, если они переселялись на постоянное жительство в Рим, они получали права полного римского гражданства Однако в дальнейшем эта привилегия была ограничена. Местные власти стали жаловаться, что слишком много жителей переселяется в Рим и поэтому колониям трудно поставлять требуемые с них военные контингенты. Тогда право получения римского гражданства было ограничено только теми колонистами, которые в течение годового срока несли какую-нибудь выборную государ­ственную должность у себя дома. В III в. латинских колоний было около 30. В числе их Сутрий, Непете, Аримин, Адрия, Беневент, Венузия, Луцерия, Брундизий, Цирцеи и др.
Союзники (socii) — это была самая многочисленная категория италиков. Исторически она возникла таким образом: Рим заключал с той или иной общиной, побежденной на войне, союзный договор, рассматривая ее как независимое государство. Договоры могли быть самыми различными, но, как правило, союзники сохраняли государственную самостоятельность, с одним только существенным ограничением: они не могли вести внешней политики, которая оставалась в руках Рима. Обязанности союзных общин по отношению к Риму сводились исключительно к поставке и содержанию воинских контингентов. Как и общины с латинским правом, союзники служили не в легионах, а в когортах; конные единицы назывались alae (ala — собственно «крыло»). Приморские города (морские союзники) должны были поставлять Риму суда и экипажи для них. Государственное устройство союзных общин в целом подражало римскому (комиции, сенат, магистраты), но с некоторыми местными особенностями. К числу союзников принадлежали самнитские племена, греческие города Тарент, Кротон, Локры, Фурии, Велия, Регий и др.
Подданные — последнюю и самую бесправную категорию италийского населения составляли те племена и общины, которые полностью сдавались на милость победителя — Рима. Они обычно и назывались сдавшиеся (dediticii — мы переводим это словом «подданные»). Они не пользовались почти никакими правами, не могли носить оружия и были подчинены империю римских магистратов и промагистратов, имевших военное командование в Италии. На положении dediticii находились некоторые племена Южной Италии, например, бруттии. Эта категория получила особенное распространение после Второй Пунической войны, когда перешедшие на сторону Ганнибала племена были наказаны лишением самостоятельности.
Италия под властью Рима отнюдь не являлась территориальным национальным государством. Это была федерация автономных и полуавтономных полисов и племен, фактически подчиненных Риму. Такой характер италийского государства вытекал из природы рабовладельческого полиса как самодовлеющего и замкнутого целого и из характера рабовладельческой экономики, не способной создать единый национальный рынок, а следовательно, и единое территориальное государство. В управлении Италией Рим придерживался сравнительно мягкой тактики: завоеванным, как мы видели, предоставлялась известная внутренняя самостоятельность, а некоторым даже права римского гражданства. Как правило, они не платили налогов, если не считать налога крови, т. е. обязанности выставлять вспомогательные войска. Завоеванным общинам оставлялась значительная часть их земель, обычно от 1/2 до 2/3. Остальная земля отбиралась. Она частью обращалась в ager publicus и сдавалась в аренду, частью продавалась желающим (в том числе и ее бывшим владельцам), частью раздавалась бесплатно римским гражданам в виде мелких участков.


Назад Вперед

Основание Рима

imageАпеннинский полуостров занимает выгодное географическое положение в центре Средиземноморья. Италия омывается Адриатическим, Ионийским, Тирренским и Лигурийским морями, имеет мало изрезанную береговую линию.

Рождение республики
image

По знаменитой легенде, поводом для великой революции, переменившей политическое устройство Рима, стали преступные действия сына царя Тарквиния Гордого — Секста. Домогаясь любви замужней знатной женщины

Завоевание Италии
image

Продвижение Рима на юг Лация привело его в непосредственное соприкосновение с группой самнитов, которая жила на р. Лирисе, и с кампанцами. Под именем последних понимают смешанное население, образовавшееся в результате...

Завоевание Сицилии
image

После завоевания Италии Риму была подвластна территория площадью более пятидесяти тысяч квадратных миль, с населением около четырех миллионов человек. Столетие спустя после разгрома Рима галлами он превратился в мировую

Ганнибал

imageПоражение Карфагена в Первой Пунической войне усугубилось крайне опасным восстанием собственных наемников. Только в 238 г. Гамилькар Барка сумел подавить это восстание. На следующий год Гамилькар отправился в Испанию,

Македонские войны
image

После битвы при Рафии в восточной половине Средиземноморья установилось относительное равновесие между тремя эллинистическими монархиями: Македонией Филиппа V, Сирией Антиоха III и Египтом Птолемея IV.

Время смуты
image

Рим сказочно обогатился, особенно благодаря своим победам над странами Востока, накопившими в течение многих веков цивилизованной жизни несметные сокровища.


Сулла
image

Митридат ненавидел Рим, который в пору его юности беспардонно захватил его родные земли и стал править там, обойдя законных царей Малой Азии. Он видел теперь, как этих несокрушимых

Восстание Спартака
image

Восстание рабов под руководством Спартака, или, как называли его современники, «рабская война» (bellum servile), — одно из самых грандиозных движений угнетенных в древности.

Триумвират
image

После смерти Мария и Суллы в Риме приобрели вес новые люди. Наиболее удачливым из них поначалу был Гней Помпей. Он родился в 106 г. до н. э. и в молодости вместе со своим отцом

Цезарь

imageПосле разгрома Красса и его войска в 53 г. до н. э. из триумвирата остались только двое — Помпей и Цезарь. Цезарь был еще в Галлии, где назревало крупное восстание местного населения, Помпей же находился в Риме

Конец республики
image

Убийство Цезаря произвело в Риме смятение и панику. Сенаторы в страхе разбежались из курии Помпея, где происходило роковое заседание. Заговорщики, наоборот, сделали попытку обратиться к народу.

Октавиан Август

image Гай Октавий родился 29 сентября 63 г. до н. э. в Риме. Он рано потерял отца, и решающую роль в его жизни сыграло родство с Юлием Цезарем , которому он приходился внучатым племянником (он был внуком сестры Цезаря).

Тиберий и Калигула
image

Августу было уже за семьдесят, когда он начал задумываться о смерти. Настало время выбрать себе преемника, человека, который стал бы следующим принцепсом в Риме. Если бы он был царем,


Клавдий и Нерон
image

Если бы не чистая случайность — всего несколько шагов, — совсем по-другому сложились бы судьбы и самого Клавдия, и Рима. В тот роковой январский день он шел из Палатинского театра во дворец в нескольких шагах впереди Калигулы

Гальба, Отон, Вителий
image

Свержение Нерона и провозглашение Гальбы открыло новую страницу в истории Римской империи. Сервий Сульпиций Гальба, человек очень знатный и богатый, правитель Испании, был провозглашен императором в июне 68 г.


Династия Флавиев

image Разрушение Иерусалимского храма стало кульминацией одного из наиболее драматичных поворотных моментов во всей истории Рима. Восстание, бушевавшее в Иудее в 66-70 гг. н. э., потребовало от Рима мобилизации

Нерва, Траян, Адриан
image

Убийство Домициана было совершено без всякого участия преторианской гвардии, среди которой император пользовался большой популярностью. Но так как один из ее командиров



Антонин, Коммод
image

У Адриана, как и у Нервы и Траяна, не было детей, но он ещё задолго до смерти позаботился о том, чтобы выбрать себе преемника. Судя по всему, первый кандидат на императорский престол был выбран не вполне удачно

Династия Северов
image

После смерти Коммода императору должен был унаследовать человек по имени Публий Хельвий Пертинакс. Он родился в 126 г., в правление Адриана, и происходил из бедной семьи.


Кризис III века

image В 235 г. после убийства Александра Севера армия провозгласила новым императором Максимина Фракийца. Максимин стал первым в длинном ряду так называемых солдатских императоров, судьба которых зависела от настроения войска.

Диоклетиан
image

Диокл происходил из бедной семьи, а свое греческое имя получил, видимо, потому, что жил в Диоклее, деревушке на побережье в Иллирике. Он отличился, служа в армии при Аврелиане и Пробе, и, начав с простого солдата, ко времени смерти Кара

Династия Констанция
image

У Диоклетиана было чёткое представление о том, как должен действовать принцип тетрархии. Когда он отрекся от престола, то принудил своего соправителя-августа Максимиана сделать то же

Падение Рима
image

После смерти Юлиана армия тут же на месте провозгласила императором Флавия Клавдия Иовиана, полководца, единственным достоинством которого была принадлежность к христианской религии.

Римский быт

imageВ первые века римской истории все дома, — как городские, так и деревенские, — за исключением крестьянских хижин, были совершенно сходны друг с другом и строились по одному и тому же плану.

Римские зрелища
image

Во времена республики устраивались ежегодно семь народных праздников, которые в эпоху Августа занимали в общей сложности 66 дней: Игры Римские 16 дней (4—19 сентября). Плебейские 14 дней (4—17 ноября).