СПЕЦСЛУЖБЫ РОССИИ



Посольский приказ

В декабре 1546 г. Иван IV , опираясь на служивых дворян, горожан и церковь, заявил о своем желании жениться и принять царский венец. 16 января 1547 г. в Успенском соборе Кремля Иван IV венчался на царство по особому церковному обряду. Во время торжественной службы митрополит Макарий возложил на Ивана Васильевича крест, венец и «бармы византийского царя Константина Мономаха». После завершения чина венчания великий князь стал «боговенчанным царем». Добавление к титулу великого князя слова «царь» делало Ивана IV равным по чину императору Священной Римской империи и ставило выше европейских королей. Тогда же состоялась свадьба Ивана Васильевича с дочерью Романа Юрьевича Захарьина Анастасией.

Вступив на царство, Иван IV начал энергично проводить реформы, направленные на укрепление государственности и обороноспособности страны. Высшая власть в государстве сосредоточилась в руках великого князя и Боярской думы.
Упрочив свою власть в стране, Иван IV приступил к проведению реформ центральных органов государственного управления. Постепенно оформляется система центрального приказного управления с постоянным штатом и строго очерченными функциями ведомств. Такие центральные учреждения стали создаваться в России еще с конца XV в. и получили название «приказов».
Приказы, которым в той или иной степени приходилось вступать в контакты с зарубежьем, помимо своих прямых обязанностей занимались сбором секретных сведений о соседних государствах. Такими приказами были: Иноземный, Казанского дворца, Литовский, Лиф-ляндский, Малороссийский, Новгородской чети, Панский, Полонянничий, Посольский, Разрядный, Сибирский, Смоленский, Стрелецкий, Тайных дел. Ведущее место в деле сбора разведывательной информации занимал Посольский приказ. Датой учреждения приказа принято считать 1549 г. В его функции входило ведение политической и военной разведки.
Во главе Посольского приказа стоял думный дьяк. Широкий круг обязанностей приказа привел к расширению его штата. Со второй половины XVI в. у думного дьяка появляется заместитель (товарищ) или второй дьяк. Помощниками думных дьяков и их товарищей были подьячие, которые, по существу, составляли основной штат Посольского приказа. Они разделялись на категории: «старые», «средние» и «молодые». В XVII в. аппарат Посольского приказа значительно вырос, и в нем появились отдельные структурные части – «повытья», которые возглавляли «старшие» подьячие. Три повытья ведали сношениями с Западной Европой, два – с азиатскими государствами и владетелями. «Средние» и «молодые» подьячие вели делопроизводство и переписку приказа, а также занимались изготовлением карт. Кроме подьячих, которые вели переписку на русском языке, в Посольском приказе были служащие, знавшие иностранные языки. С начала XVI в. в приказе и в составе посольств устными переводами занимались толмачи, а письменное делопроизводство на иностранных языках поручалось переводчикам. Во второй половице XVII в. среди постоянных служащих насчитывалось около 15 переводчиков и от 40 до 50 толмачей. Все они владели иностранными языками, среди которых были: латинский, польский, татарский, немецкий, шведский, голландский, греческий, персидский (фарси), арабский, турецкий, волошский (румынский), английский и грузинский. В переводчики часто поступали находящиеся на русской службе иностранцы и побывавшие в плену русские.

Особое место в деятельности Посольского приказа занимала организация посольств за рубеж. До начала XVII столетия Россия не имела за границей постоянных дипломатических представительств, хотя отдельные попытки по их учреждению предпринимались. Посольства посылались по мере надобности (заключение мира, избрание на престол, торговые связи и т. д.). Послами избирались люди, пользовавшиеся доверием царя и Боярской думы. Послы назначались, как правило, из бояр. Они имели право вести переговоры, подписывать соглашения, вырабатывать проект договора, окончательное утверждение которого зависело от верховной власти. Посланники назначались из числа дворян, дьяков, реже – подьячих и посылались по менее важным делам. Гонцы обязаны были доставить отданную им грамоту или передать поручение устно, не вступая в дипломатические переговоры. Все дипломатические представители должны были добиваться приема у монарха или главы правительства и категорически отказываться вступать в переговоры с советниками.
В интересах сбора разведывательной информации за рубежом в качестве «соглядатаев» часто использовались послы и члены временных русских посольств, направлявшихся для переговоров за границу. Для выполнения тайных поручений Посольский приказ привлекал также гонцов, купцов, представителей духовенства и иностранцев. В числе последних были купцы, церковнослужители, члены зарубежных посольств в Москве, перебежчики и др.
В зависимости от страны назначения и важности посольства формировался его состав. Оно могло состоять из двух, трех, четырех человек, а иногда это число возрастало и до нескольких сотен. Среди ближайших помощников послов и посланников могли быть также приказные дьяки и подьячие различных государственных учреждений. Будучи «товарищами» послов или посланников, приказные дьяки являлись главами посольских походных канцелярий («шатров»). На них в основном ложилась подготовительная работа при составлении текстов международных договоров во время посольских съездов. Непосредственными исполнителями были подьячие, которые вели все посольское делопроизводство, переписку, оформление статейных списков и т. д.
Во время подготовки посольства к отправлению и по мере его продвижения в страну назначения Посольский приказ вел служебную переписку с различными административными учреждениями и должностными лицами. Переписка велась посредством так называемых «памятей», в которых содержались различные распоряжения. В конце XV – начале XVI вв. «памяти» послам исполняли функции наказов, тех или иных поручений за рубежом. В наказах членам посольских миссий подробно перечислялись цели и задачи посольства: поручения, возложенные на главу миссии, его обязанности и нормы поведения в чужой стране, а также излагались речи и ответы на возможные вопросы.
О результатах выполнения наказов местные воеводы и дипломаты сообщали в Посольский приказ в так называемых «отписках». В конце XV – начале XVI вв. «отписки» стали своеобразным отчетным документом дипломатов. Со второй половины XVI в. эту функцию исполняют «статейные списки», а «отписки» становятся сводками краткой, оперативной информации. Содержание статейного списка излагалось по статьям и пунктам наказа. Статейные списки составлялись дьяками или подьячими, а затем корректировались главой дипломатической миссии. В XVI в. статейные списки являлись главным источником информации о событиях за рубежом. Русские послы получали различного рода сведения от придворных, дипломатов, служилых людей, купцов, путешественников и др. Статейные списки, а также привозившиеся послами из-за рубежа различные документы имели решающее значение для выработки внешнеполитического курса Российского государства.
Посланному в 1563 г. к польскому королю Сигизмунду II Августу гонцу Андрею Каблукову наряду с легальными заданиями (как «править посольство», что говорить о разных делах) были даны тайные инструкции о том, какие собирать вести: «Да проведывать Ондрею, как ныне король с турским царем и с крымским царем». Польский король вел тайные, скрытые от Москвы переговоры с татарами и шведами, подговаривая их напасть на Москву; сношения Польши с татарами так и остались в этом случае для Москвы тайной, но сношения со Швецией были вскрыты благодаря перехвату грамот Сигизмунда II Августа к шведскому королю, в которых первый старался уговорить последнего к походу на Москву.

Когорту выдающихся российских карьерных дипломатов и разведчиков в годы царствования Ивана Грозного по праву открывает с 1549 года особый посольский дьяк, специально ведавший посольскими делами Иван Михайлович Висковатый. Происхождение и дата рождения этого думного дьяка нам неизвестны. Поначалу худородный Иван Михайлович не слыл любимцем царя, но через несколько лет оказывал на него большое влияние и благодаря своим природным дарованиям поднялся на самые высокие ступени служебной лестницы. Висковатов, или Висковатый Иван Михайлович был родом из дворянского дома Висковатовых, отрасли князей Мещерских. Царь пользовался им, как искусным дипломатом в важнейших делах как внутренней, так и внешней политики.
Первый глава Посольского приказа с 1549 года Иван Михайлович Висковатый вел дипломатическую подготовку к присоединению Казанского и Астраханского ханств, возглавлял инженерные работы при осаде Казани, вел дипломатическую переписку для подготовки Ливонской войны и ведал внешними сношениями Московии в первые годы войны. С 1553 по 1561 годы – печатник, то есть хранитель главной государственной печати, он рьяный сторонник ведения Ливонской войны. По тем же ливонским делам Висковатый был в посольстве в Дании, в 1563–1564 годы, сносился с Крымом.
По свидетельству историков, царь любил Висковатого, этого «превосходного мужа, выдающегося по уму и многим добродетелям канцлера, как самого себя». Висковатый, как никто другой при дворе, умел вникать в тексты посланий Иоанну Грозному от зарубежных государей и правителей, находить в них между строк подлинный смысл, интерпретировать содержание с выгодой для царя и государства.
Впервые имя Ивана Михайловича Висковатого упоминается в дипломатических делах 1542 года. Из них следует, что он был подьячим и писал перемирную грамоту с Польшей. Иван Михайлович продвигался по службе благодаря своим способностям и старанию. К тому же у него имелись покровители: скорее всего, ему благоволили родственники первой жены царя Ивана IV Анастасии – Захарьины. С января 1549 года в посольских книгах все чаще встречается указание на то, что привезенные послами грамоты царь приказывает принимать Висковатому. Вероятно, Иван IV имел основания, когда указал ему ведать посольским делом.
С 1549 по 1559 год в Москву приезжали 32 посольства из разных стран. Во всех переговорах участвовал Висковатый. Иван Михайлович, как руководитель Посольского приказа, ведал перепиской царя и Боярской думы с иноземными послами, участвовал в предварительных переговорах, решал вопросы, связанные с приездом и пребыванием в Москве иностранных дипломатов, готовил русские посольства для отправки в разные страны.
Как ближний государев дьяк Висковатый делал записи, которые затем использовались в качестве заготовок для официальной летописи. Кроме того, став главой Посольского приказа, Иван Михайлович получил в свое ведение Царский архив, содержавший огромное количество рукописных книг и различных государственных актов московских великих и удельных князей, их родословные, правительственное делопроизводство, всю документацию внешнеполитического характера, а также различные следственные материалы.
В конце XV – первой половине XVI века Царский архив находился в ведении великокняжеских дьяков, каждый из которых имел ларец для текущей документации. Во второй половине XVI века Царский архив окончательно оформился в самостоятельное учреждение во главе с посольскими дьяками. Первым из них стал Висковатый. Решая дипломатические задачи, Иван Михайлович и его подчиненные должны были учитывать всю историю взаимоотношений с другими странами. Иначе невозможно было наводить справки, делать выписки, ссылки на более ранние переговоры и грамоты. Висковатый систематизировал документы государственного архива и организовал его текущее делопроизводство.
Во время пребывания с важной дипломатической миссией в июле-августе 1562 года в Дании, где требовалось склонить ее к союзу с Россией, во время Ливонской войны 1558–1583 годов Висковатову пришлось добиться поставленной цели посредством приобретения агентуры влияния. Другими словами, Висковатый прибегнул к прямому подкупу нужных людей – работа очень деликатная, поскольку требовалось предлагать деньги сановникам, которые должны были непременно взять подарки-взятку. Очень неприятно получилось бы в случае, если сановник отказался и сообщил куда следует. Поэтому первоначально требовалось провести большую подготовительную работу, выясняя вкусы, запросы, слабые места предполагаемого объекта, чтобы заставить его работать на себя. Подобные приемы – подкуп влиятельных сановников – русские разведчики-дипломаты будут использовать в течение очень длительного периода времени.
Кроме того, Висковатый занимался анализом важных государственных донесений, в том числе работал и с посланиями царю из-за рубежа, подготавливал проекты ответов, планировал дальнейшие действия, используя собственные таланты и широкую эрудицию. Для получения секретных сведений Иван IV с помощью Висковатого прибегал к помощи перебежчиков. «У нас в Литве большое число московских перебежчиков, которые, разузнав наши дела, средства и обычаи, свободно возвращаются к своим, пока они у нас, тайно передают своим наши планы». Между московскими перебежчиками, которые в темные ночи убивали людей в Вильно-Вильнюсе и освобождали пленных своих земляков из темниц, был один священник, который посылал в Москву копии с договоров, указов и других бумаг, тайно добытых в королевской канцелярии. Иван IV назначил награду возвращавшимся перебежчикам, даже пустым и бесполезным: «рабу – свободу, про-столюдину – дворянство, должнику – прощение долгов, злодею – отпущение вины».
Во время Ливонской войны (1558–1583), которую вел Иван Грозный, при взятии Полоцка (1563) в плен попал воевода Вильно (Вильнюса) Ян Глебович. Он был завербован, а потом обменен на русских пленных. Вернувшись на родину, воевода начал регулярно сообщать в Москву новости. В 1569 г. он был, говоря современным языком, разоблачен польской контрразведкой и предстал перед судом. Его приговорили к смертной казни, но по указу короля Сигизмунда не только сохранили ему жизнь, но и выпустили на свободу. Другому агенту российской разведки – дворянину Орлику – повезло меньше. Его разоблачили и казнили в 1580 г. в Варшаве. Справедливости ради отметим, что кроме шпионажа этот человек занимался еще фальшимонетничеством, что и усугубило его вину . Попавшие в 1559 г. в русский плен ливонцы заявили, что у московского царя везде были свои агенты, которые знали все «лозунги» (секреты) Ливонии.

В царских указах часто требовалось, чтобы каждый воевода, независимо от того, каким полком он командует, обязан был от себя лично организовывать разведку и добывать «языка». Так же активно допрашивали перебежчиков и военнопленных. Нередко в этих беседах активное участие принимал сам Иван Грозный. Учитывая царившие тогда нравы, можно предположить, что к тем, кто молчал на допросах, применяли меры физического воздействия.
Если говорить конкретно о военной разведке, то Москву в период правления Ивана Грозного интересовали вопросы численности и дислокации войск противника (например, «где стоят литовские ратные люди» или «куда назначен им сбор»); причины кон-центрации войск у границы («нет ли у короля какого умышления на Московское государство»); соотношения родов войск, особенно конницы и т.п. Также Москву интересовали вопросы политического и экономического (например, цены на зерно, соль и т.п.; деловая активность иностранных купцов в отдельных регионах и т.п.). Также были интересны вопросы религиозной борьбы между православной и католической церквями. Несмотря на это, не было четкой специализации на политическую и военную разведку. Были лишь тайные агенты, которым поручалось выяснить тот или иной вопрос. Сегодня такой человек собирает информацию о дислокации подразделений иностранной армии в приграничной с Россией области, а через пару месяцев интересуется ценами на соль и зерно в том же самом регионе.
Также важно отметить, что большинство лазутчиков были профессионалами в своем деле. Они прекрасно знали приграничные районы, где им предстояло действовать; владели необходимыми иностранными языками; умели придумывать «легенды», объясняющие их нахождение в данном районе, и т.п.
Сроки пребывания тайных агентов колебались от нескольких дней (лазутчики или, говоря современным языком, агенты-маршрутники, которые действовали в приграничной полосе) до нескольких лет (дипломаты, сотрудники посольств, гонцы, резиденты, купцы и др. люди, длительное время находящиеся за рубежом).

Во второй половине XVI века Россия, не имевшая выхода к Балтийскому морю, поддерживала связь с Европой через Белое море. В 1553 году Иван IV пригласил англичан в Москву. После пышного приема английский посланник Ричард Ченслер получил дружественную грамоту для короля Эдуарда VI.
Через два года Ченслер вновь приехал в Россию с двумя агентами торговой компании. После официального приема переговоры с ними вел Висковатый совместно с лучшими московскими купцами.
Иван Михайлович понимал значение торговых связей России с Англией. В результате его стараний англичане получили льготную грамоту со множеством привилегий. В благодарность за это король Филипп, сменивший на престоле Эдуарда VI, разрешил русским подданным так же свободно и беспошлинно торговать в Англии, причем брал их под свое покровительство.
Был разрешен свободный въезд в Россию художников, ремесленников, различных мастеров, медиков, рудознатцев. Дружественные дипломатические связи России с Англией, выгодная торговля, военная и экономическая помощь продолжались вплоть до второй половины XVII века. Основа столь прочного союза была заложена Висковатым.

Для установления широких экономических связей с передовыми странами Западной Европы нужен был выход в Балтийское море. Этому мешали Польша, Литва и ливонский орден. Господства на Балтийском море также добивались Швеция и Дания. Особенно досаждала Москве Ливония. Ливонские купцы стремились держать в своих руках все торговое движение, не пускали русских людей к морю, а иностранцев в Россию. В 1558 году русские войска вошли в Ливонию, и началась война, затянувшаяся на 25 лет.
С первых же дней войны в правительстве образовались две партии. Любимец царя Адашев и его окружение считали необходимым продолжать военные действия на юге с крымскими татарами и Турцией. Московское дворянство вместе с начальником Посольского приказа Висковатым ратовало за продолжение Ливонской войны. Дворянство рассчитывало на новые поместные раздачи земель и расширение торговли со странами Восточной и Западной Европы. Победное завершение войны в Ливонии было совсем близко, но Адашев, руководивший войсками, не воспользовался благоприятным моментом, и вскоре наступление приостановилось.
Успехи русских войск в Прибалтике встревожили Литву, Польшу, Швецию и Данию, также претендовавших на Ливонское наследство. Они попытались дипломатическим путем прекратить вспыхнувшую войну. Основную роль в заключении перемирия 1559 года сыграло посредничество датского короля, приславшего для переговоров посольство в Москву. Во время переговоров Висковатый решительно заявил, что Дания не должна была принимать жалобы ливонцев, подданных московского государя. По мнению дьяка, обратившись к иностранным государствам, ливонцы уподобились неверным слугам, которые, украв имущество своего господина, продают его имущество другому. Он говорил, что московские государи не привыкли уступать, кому бы то ни было покоренные ими земли; они готовы на союз, но только не для того, чтобы жертвовать своими приобретениями.
Висковатый надеялся, что его решительность поможет Москве отстоять свои интересы в Прибалтике и вынудит европейские державы признать русские завоевания, сделанные в первые годы ливонской войны. Однако добиться успеха дипломатическим путем не удалось; ситуация складывалась неблагоприятно для Московского государства.

В 1562 году русское командование приступило к крупным военным операциям против Литвы. В походе участвовал и Иван IV. При царе находилась посольская походная канцелярия, которую вместо Висковатого возглавлял дьяк Андрей Васильев. Оставшись в Москве, Висковатый принял датское посольство. В результате был принят проект договора, по которому Дания отказывалась принимать участие в военных действиях против России.
Чтобы обратить все силы против Литвы, Висковатый предпринял по тем временам достаточно неожиданный для человека его звания и чина шаг. 12 августа 1562 года он выехал сам в Данию для подтверждения договорной записи. Благодаря успешным переговорам были заключены союзный договор с Данией и 20-летнее перемирие со Швецией.

Ливонская война продолжалась с переменным успехом. В 1566 году в Москву прибыло великое польское посольство для ведения переговоров о заключении мира. Польские дипломаты не желали уступать России морской порт Ригу, а русские Польше – Полоцк и Смоленск. Переговоры оказались под угрозой срыва. Висковатый на специальном Земском соборе рекомендовал заключить перемирие, не требуя у Польши уступки спорных ливонских городов, при условии вывода оттуда польских войск и нейтралитета Польши в Ливонской войне. Но участники Земского собора высказались против этого и заверили правительство в том, что ради полного завоевания Ливонии они готовы на любые жертвы.
В дальнейшем дипломатическая прозорливость Висковатого оправдалась. Неудачные переговоры 1566 года способствовали объединению в 1569 году на польско-литовском сейме в Люблине Польши и Литвы в единое крупное государство – Речь Посполитую. Висковатый слыл одним из образованнейших людей России. При Посольском приказе он создал библиотеку, которой сам постоянно пользовался.

После возвращения из Дании в ноябре 1563 года Висковатый постоянно назначался царем в состав боярских комиссий для переговоров с иностранными послами, но практически не занимался делопроизводством Посольского приказа. Иван Михайлович Висковатый многое успел сделать, пока Иван Грозный не поставил на его карьере крест.
Обстановка в стране становилась все напряженнее. Опричная Дума приняла решение о походе в западные районы. В январе 1570 года карательная экспедиция устроила жестокий погром в Новгороде. Сразу же после возвращения царя из Новгорода было затеяно так называемое московское дело высших приказных чинов, по которому среди прочих арестовали и казнили родного брата Висковатого – Третьяка. Иван Михайлович объяснился с царем, убеждая его прекратить кровопролитие. Однако Висковатый был обвинен в участии в боярском заговоре, сношениях с Польшей, Турцией и Крымом, обвинен в государственной измене и приговорен к смертной казни. Вслед за Висковатым казнили еще более 100 человек, в том числе и бывшего его помощника, главу Посольского приказа Васильева и государственного казначея Фуникова, которого сварили, обливая кипятком.
С 1583 года по указу царя Ивана Грозного во всех монастырях Руси стало регулярно проводиться «поминовение опальных». Одним из первых в трагическом поминальном списке оказался Иван Михайлович Висковатый.

Для регламентации деятельности пограничной охраны был составлен «Боярский приговор о станичной и сторожевой службе» от 16 февраля 1571 г., «чтоб воинские люди на государевы украины войною безвестно не приходили». Поскольку степняки придерживались стратегии опустошения, а не завоевания, основной задачей русских являлось перекрытие коммуникаций маневренного противника. Система пограничной охраны и обороны опиралась на базовые крепостные укрепления, между которыми возводилась полоса из валов и засек, препятствовавшая перемещению конных орд. Для наблюдения за противником за линию укреплений, в Дикое поле, направлялись посты (заставы и «сторужи») и подвижные наряды (станицы). Служба начиналась 1 апреля и продолжалась до тех пор, пока не ляжет снег, – сначала в три смены по шесть недель, затем по четыре недели, чтобы «сторужи без сторожей не были во весь год ни на один час».
Станицы высылались в дозор на пятнадцать дней, за это время они проходили до 200–250 верст. Если станицу «разгоняли» враги или станичники попадали в плен, на их место немедленно высылалась следующая станица. Служебные обязанности предписывалось выполнять в конном строю, у каждого из станичников был свой «справный» конь. Все крепостные гарнизоны, летучие отряды, заставы и население порубежья составляли единый военно-административный организм, функционировавший в соответствии с условиями пограничной жизни.
Подобная организованность пограничной службы была бы невозможной без подробной регламентации, вобравшей многолетний практический опыт и предписывавшей крайнюю осмотрительность. Расположение застав следовало хранить в тайне, запрещалось делать станы и устраивать остановки в лесах, категорически запрещалось дважды разводить огонь в одном и том же месте. Эти меры позволяли вводить «супостата» в заблуждение относительно численности и расположения постов и приучали пограничников к бдительности. При обнаружении неприятеля дозорным вменялось оповестить об опасности ближайший город или заставу и зайти в тыл противника для определения его численности и намерений. Добытые сведения надлежало доставить по команде и продублировать соседним заставам. За недобросовестное отношение к служебным обязанностям охранники подвергались телесным наказаниям и денежным штрафам. Постепенно от рубежа к рубежу создавалась глубоко эшелонированная система охраны и обороны Московского государства, одной из задач которой являлось заблаговременное выявление угрозы и предупреждение об опасности.



Назад Вперед


Статьи раздела