Разделы сайта

ГЛАВНАЯglav.jpg"

ИМЯ БОГАserg7.jpg"

РЕЛИГИЯ СЛАВЯНserg8.jpg"

ИСТОРИЧЕСКИЕ РОМАНЫserg9.jpg"

СТАТЬИ ПО ИСТОРИИistor.jpg"

АРИЙСКИЙ ПРОСТОРarii1.jpg"

ВЕЛИКАЯ СКИФИЯserg10.jpg"

ВЕЛИКОЕ ПЕРЕСЕЛЕНИЕ НАРОДОВserg12.jpg"

СЛАВЯНЕserg13.jpg"

КИЕВСКАЯ РУСЬserg11.jpg"

РУССКИЕ КНЯЗЬЯserg14.jpg

БЫТ КИЕВСКОЙ РУСИ
serg15.jpg

ГОРОДА КИЕВСКОЙ РУСИserg16.jpg

КНЯЖЕСТВА КИЕВСКОЙ РУСИserg17.jpg

СРЕДНЕВЕКОВАЯ ЕВРОПАserg18.jpg

ИСТОРИЯ АНГЛИИserg33.jpg

ИСТОРИЯ ФРАНЦИИfr010.jpg

ВИЗАНТИЯ И КРЕСТОНОСЦЫserg19.jpg

КРЕСТОВЫЕ ПОХОДЫ
serg20.jpg

РЫЦАРСКИЕ ОРДЕНЫ
orden1000.jpg

ОРДАorda1000.jpg

РУСЬ И ОРДАrusorda01.jpg

МОСКОВСКАЯ РУСЬmoskva01.jpg

ПИРАТЫpirat444.jpg

ЗЛОДЕИ И АВАНТЮРИСТЫzlodei444.jpg

БИБЛИОТЕКАserg21.jpg

ДЕТЕКТИВЫserg22.jpg

ФАНТАСТИКАserg23.jpg

ЮМОРИСТИЧЕСКАЯ ФАНТАСТИКАgumor.jpg

НЕЧИСТАЯ СИЛАserg24.jpg

ЮМОРserg25.jpg

АКВАРИУМserg26.jpg

ПОЧТАserg27.jpg




Новые романы

ОКО СОЛОМОНА

Глебу де Руси крупно не повезло. Собственно, не повезло всем благородным шевалье, составлявшим свиту Гуго Вермондуа. Граф решил добраться до Константинополя первым, опередив Роберта Нормандского и Роберта Фландрского.

СТАРЕЦ ГОРЫ

В Иерусалиме пахло гарью, железом и кровью. Саббах, чудом избежавший мечей и копий разъяренных провансальцев, в ужасе метался по гибнущему городу в надежде найти безопасное пристанище.Увы, смерть поджидала наместника халифа повсюду...

ГРОЗНЫЙ ЭМИР

Во времена Римской империи население Антиохии достигало четырехсот тысяч человек. В год от Рождества Христова 1119 в городе проживало от силы пятьдесят тысяч обывателей.

ИСТОРИЯ ФРАНЦИИ




ЛЮДОВИК IX СВЯТОЙ (1226-1270)

Людовик IX, вступил на престол ребёнком двенадцати лет. Бланка Кастильская, его мать, показала себя очень умной и ловкой правительницей. Ей удалось поддержать престиж, который монархия приобрела со времен Филиппа Августа; она не только упрочила власть своего сына, но и научила его, как должно вести себя, дабы снискать уважение своих подданных и сделать свое королевство процветающим. Она стала первой женщиной среди Капетингов, которая официально правила Францией, и ее по праву можно поставить в один ряд с самыми выдающимися королями этой династии.
Соперничество между баронами стало главным козырем Бланки Кастильской — нельзя было дать им время договориться. По совету кардинала-легата и душеприказчиков Людовика VIII она решила поспешить с коронацией сына. Получив корону, он мог бы действовать от своего имени и требовать повиновения как законный государь; королева же, его мать, довольствовалась бы тем, что направляла его шаги.
Королева, не мешкая, привезла своего сына в Реймс. Они проехали через Суассон, где короля посвятили в рыцари в присутствии короля Иоанна Иерусалимского, графов Булонского и Дре, графини Фландрской и Шампанской и остальной знати.

Людовик был христианским государём, истово верующим в бога и старавшимся, в меру сил, приблизить на земле Царство Божие. Он был последователем святого Франциска; он создавал приюты для бедных, кормил за своим столом нищих и, одетый в грубую мешковину, с посохом в руках совершал паломничества в знаменитые монастыри. В свободное от молитв и государственных дел время Людовик сидел под дубом в Венсеннском лесу и выслушивал всех, кто приходил к нему с жалобами и просьбами. Чтобы восстановить справедливость, он создал королевские суды и постановил, что всякий, кто недоволен судом сеньора, может прийти к королевскому судье. Король запретил варварский обычай, когда дело решалось поединком и побеждал сильнейший – в новых судах всё решал закон, римское право, которому учили профессора университетов.
Частные распри не прекратились, но повсюду — в области административной, податной, полицейской, законодательной — водворился «государственный строй», средоточием и венцом которого был король. К нему обращались взоры всех, и от него все ожидали решающего слова в бесчисленном множестве случаев.

К такому устроению государства были привлечены, прежде всего, крупные вассалы: герцоги Нормандский, Гиенский, Бургундский, графы Шампанский, Тулузский и Фландрский. Эти шесть светских «пэров Франции» с равным числом духовных сановников: архиепископа Реймского и епископов Бове, Шалона, Нуайона, Лана и Лангра, — составляли верховный королевский совет, постоянно имевший значительное, но не тормозящее влияние на ход дел.

В 1234 г. король во главе своих войск усмирил баронов, восставших против графа Шампанского. Король установил мир между Тибо и его кузиной, королевой Кипра, оспаривавшей у графа свое наследство; чтобы откупиться от ее претензий, король выплатил ей 40 тысяч ливров, а взамен заставил Тибо уступить ему графства Блуа, Шартр, Сансерр и виконтство Шатоден. Так королевство расширялось мирным путем.
В том же году Людовик Святой, женившись на Mapгарите Прованской, заложил основу для присоединения к Франции новых территорий. Прованс, в принципе, все еще зависел от Священной Римской империи; но в силу своего географического положения втягивался в орбиту Франции.

Свою власть регентша передала королю в день его совершеннолетия, который наступил 25 апреля 1235 года. Но конец регентства Бланки Кастильской отнюдь не означал заката ее влияния в государстве. Людовик по-прежнему спрашивал ее советов.
Первые трудности у короля возникли из-за его некогда верного союзника — Тибо, графа Шампанского. Тибо, не испросив согласия Людовика, выдал свою дочь замуж за юного графа Бретонского. Так был возрожден союз крупных вассалов, направленный против короля. Людовик Святой немедленно потребовал себе три замка, которые Тибо обещал отдать ему в том случае, если выдаст замуж дочь, не спросив у него разрешения. Вместо того чтобы уступить, Тибо заключил соглашение с графом Маршским, пообещавшим ему и графу Бретонскому оказать помощь против любого лица в королевстве.
Не оставив новым мятежникам времени для того, чтобы набрать силу, Людовик созвал в Венсен своих рыцарей. Тибо отдал королю замки Брей и Монтеро. Однако Людовик не счел этот дар достаточным, и графу Шампанскому пришлось лично молить его о снисхождении. Совершить этот демарш ему посоветовала Бланка Кастильская. Людовик простил ослушника, но Тибо должен был окончательно отказаться от прав, которые он все еще имел на сеньории Шартр, Блуа и Сансерр, проданные королю в 1234 г.; кроме того, он обязался прожить семь лет в ссылке — либо в Наварре, либо на Востоке, куда он, как и обещал, отправился в крестовый поход.

Крестовый поход, к которому призывал Папа Римский и готовились многие сеньоры, казался тем более необходимым, что франкская империя Константинополя находилась в крайне опасном положении: ей угрожали болгары, греческие князья — исконные владельцы Царь-града, и особенно татары, приведенные Чингисханом из глубин Азии.

В 1238 г. Людовик Святой принял посольство мусульман, как говорили, прибывших от Старца Горы, который предлагал королю свою помощь против татар. Татарский хан послал передать императору Фридриху, что советует ему ради собственного же блага стать его вассалом. Ужас перед степными ордами был столь велик, что в этом году рыбаки Готландии и Фрисландии не осмеливались, как обычно, ловить сельдь у английских берегов, боясь оставить свои семьи на растерзание татарам. Именно тогда, по словам Матвея Парижского, Людовик Святой объявил: «Мы либо победим, либо станем мучениками».

20 мая 1242 г. король Англии Генрих III высадился в Руане с тремя сотнями рыцарей и тридцатью бочками с золотом, на которые он собирался нанять пуатевинских и гасконских воинов. Целью высадки стала поддержка графа Маршского и его соратников, восставших на своего сюзерена.
Людовик Святой собрал флот из 80 кораблей в Ла Рошели и созвал свое войско в Шиноне: в апреле там собралось четыре тысячи рыцарей и двадцать тысяч оруженосцев, сержантов и конных арбалетчиков. Затем король вторгся на земли графа Маршского в Пуату, осадил и взял крепость Вуван.
Вассалы графа Маршского отступали, разоряя все позади себя, дабы оставить перед королевской армией пустыню. Но наступление королевской армии продолжалось. Людовик осадил Фонтеней, который оборонял сильный гарнизон во главе с сыном Гуго де Лузиньяна, но крепость пала. Сына графа Маршского и сорок пленных рыцарей привели к королю. В назидание мятежникам их хотели повесить, но Людовик воспротивился этому. Взятие Фонтенея вызвало панику в рядах сторонников графа Маршского до самой Гаскони, и множество крепостей без сопротивления сдались королю. Самые слабые замки Людовик Святой приказывал разрушить, другие — укреплять и размещать в них гарнизоны.
Король Английский все же прибыл из Руайана в Пон, где был принят сеньорами Сентонжа. Затем он дошел до Сента и Тонне на реке Шаранте, где посвящал молодежь в рыцари и, как законный государь, раздавал почести и земли. У англичан было шестнадцать сотен рыцарей, шестьсот арбалетчиков и двадцать тысяч пехоты. Французское войско было больше: под стяг Людовика Святого прибыли его братья, графы Артуа и Пуатье, его кузен Альфонс Португальский (ставший графом Булонским после смерти Филиппа Лохматого), Пьер Моклерк и великое множество других баронов. Генриха III Английского сопровождали его брат Ричард, зять Симон де Монфор, граф Маршский, графы Солсбери, Норфолк, Глостер.
Убедившись в превосходстве французского войска, англичане отступили. Людовик начал их преследовать. Королевские фуражиры дошли до самых стен Сента. Граф Маршский захотел наказать их за дерзость и отомстить за свое поражение; он вышел из города со своими тремя сыновьями и английскими и гасконскими воинами и атаковал французов. До города донесся шум начавшейся битвы, и английский король пожелал принять в ней участие. Графу Булонскому донесли о нападении на французский авангард, и Людовик Святой спешно прискакал на поле сражения. Оба войска вступили в бой раньше, чем хотелось бы англичанам. Несмотря на всю их отвагу, они потерпели полное поражение. Французы преследовали их с таким пылом, что некоторые из солдат ворвались в Сент вслед за англичанами и тут же попали в плен. Людовику Святому пришлось сдерживать свои войска.
Генрих III, узнав, что Людовик Святой собирается начать осаду Сента, и предвидя, что граф Маршский в конечном счете его предаст, бежал во весь опор, приказав поджечь город, и остановился только в Блайе. Людовик Святой вступил в Сент и продолжил преследование врагов. Но король Англии успел укрыться в Бордо. После разгрома англичан их союзники думали только о повинной.
Людовик Святой велел продолжать преследование англичан. Но в его войске началась эпидемия, а сам он заболел дизентерией, осложненной горячкой, — бичом того времени. Французы очень боялись, что король умрет в этом, 1242 г., ибо он был слаб здоровьем. Войску не хватало еды и воды, поскольку враг, отступая, разрушал все позади себя, засыпал или отравлял родники и колодцы. Сильная летняя жара и усталость сгубили, как говорят, двадцать тысяч человек.
Однако положение Генриха III тоже было угрожающим. Он не получал никакой помощи из Англии, и средиземноморские союзники покинули его. 12 марта 1243 г. французы и англичане заключили пятилетнее перемирие. Людовик вернулся в Шинон, Генрих III остался в Гаскони, без денег, весь в долгах. Графы Тулузский и Фуа подчинились Людовику.

Едва татары отступили на восток, как христиане окончательно потеряли Иерусалим. Арабские князья Сирии заключили с ними союз, дабы вместе бороться против султана Египта. В ответ султан пригласил хорезмийцев завладеть Палестиной, и орда из 20 тысяч всадников со своими женами и детьми в 1244 г. захватила Тивериаду и Иерусалим, перебив стариков, калек и женщин, укрывшихся в церкви Гроба Господня. Египтяне перешли в наступление и, в свою очередь, захватили Аскалон, потом Дамаск. После этого султан порвал со своими союзниками хорезмийцами и в 1247 г. приказал истребить их или изгнать из Палестины.

В 1245 г. Людовик Святой собрал в Париже большой совет; много епископов, графов и баронов приняли на нем крест, и среди прочих — три брата короля со своими женами. Несмотря на свое стремление выступить как можно скорее, Людовик Святой смог отправиться на Восток только в 1248 г. Чтобы оплатить все расходы, Людовик Святой получил деньги от главных городов королевства: десять тысяч парижских ливров дал Париж, три тысячи — Лан, три тысячи четыреста — Бовэ. Но особенно большой налог он взимал с духовенства: Папа на три года предоставил ему право собирать десятину и позаботился, чтобы эти суммы для короля взимали представители Святого Престола.
К королю должно было присоединиться большое число английских дворян, и среди них граф Лестер, Симон де Монфор, Вильгельм Длинный Меч, бастард Генриха III в сопровождении двухсот рыцарей. Король Генрих III передал командование английскими крестоносцами своему брату Гуго де Лузиньяну и потребовал, чтобы они выступили в поход только после Людовика Святого. 38 кораблей дожидались Людовика Святого и его воинов, которых было так много, что королю пришлось оставить на суше своих итальянских лучников. Два адмирала флота были генуэзцами. Попутного ветра ждали два дня, и он подул в сторону Святой земли во вторник 25 августа 1248 г.

Остров Кипр завоевал у византийцев Ричард Львиное Сердце , который передал его во владение Ги де Лузиньяну. Он представлял собой единственное место по соседству со Святой землей, которое было недоступно для нападения мусульман; именно потому Людовик Святой выбрал Кипр в качестве места, куда свозили продовольственные запасы. В самом же намерении короля напасть на Египет, чтобы освободить Иерусалим — хоть этот план и был слишком смелым, — не было ничего удивительного, так как Палестину захватил именно египетский султан.
Людовик Святой высадился на острове Кипр в порту Лимасол в ночь с 17 на 18 сентября 1248 г. Один из его кораблей, ударившись о песчаную отмель, полностью развалился; все пассажиры утонули, за исключением одной молодой женщины и ребенка, которого она смогла вынести на берег. Людовик Святой хотел сразу же напасть на Египет, что было разумным с военной точки зрения. Но большая часть сеньоров еще не прибыла. Принцы и французские бароны, как и бароны Кипра, упрашивали короля дождаться отставших, но для этого пришлось зазимовать на острове. Уже одна весть о прибытии французского войска произвела большое впечатление на весь Восток. К несчастью, среди крестоносцев распространялась эпидемия, унесшая до Пасхи жизни более 240 рыцарей. Стремясь прекратить эпидемию, Людовик Святой велел расселить свои отряды по всему острову.

Людовик Святой написал султану Египта, что нападет на него, если тот не удовлетворит его требований. Несколько дозорных кораблей причалили в дельте Нила, чтобы совершить несколько налетов. Говорят, что султан, который тогда был очень болен, заплакал от досады. Он отдал приказ укрепить Дамьетту и поместить туда крупный гарнизон. Также он повелел подготовить к обороне Александрию.
Отплытие произошло в четверг вечером, 13 мая, в день Воздвижения. Гийом де Виллардуэн, граф Морейский, и герцог Бургундский присоединились к королю. На Востоке никогда не видели такого значительного флота — он насчитывал 120 крупных кораблей, не считая галер и лодок малого тоннажа, построенных на Кипре для того, чтобы пристать к египетскому берегу (которых было по меньшей мере 1600), на борту которых находились отряды из 2800 рыцарей и их приближенных.
В войске думали, что курс взят на Александрию. Но во вторник на море король велел поворачивать к Дамьетте. Однако много дней дул встречный ветер, и корабли не продвигались вперед. В воскресенье, на Троицын день, когда море, насколько хватало взгляда, было покрыто кораблями, поднялась буря, по большей части рассеявшая их. Некоторые корабли пригнало к Акре. Людовик Святой вернулся в порт Лимасола, где прослушал мессу; он нашел подле себя только 700 рыцарей и провел праздник в печали. Пришлось неделю дожидаться благоприятного ветра. Наконец 30 мая корабли крестоносцев смогли снова поднять паруса и во вторник, 4 июня, оказались в пределах видимости Дамьетты. 55 кораблей, рассеянные бурей, все еще не присоединились к основной эскадре.

Король собрал своих баронов. Кое-кто считал, что прежде чем начинать бой, надо дождаться отставших. Но Людовик Святой не желал больше тянуть с высадкой, ибо поблизости не было ни одного порта, где можно было бы укрыться в случае непогоды, а на Троицын день они уже достаточно испытали на себе силу бури.
Вскоре на горизонте появились четыре египетские галеры, чтобы убедиться, что это флот короля. Их окружили и три из них тотчас же потопили; четвертая ускользнула и сообщила гарнизону Дамьетты о прибытии французского государя. В городе зазвонили колокола. К полудню французский флот бросил якорь на рейде перед берегом, заполненным отрядами султана.
Ночью оберегали себя от всякой неожиданности, зажигая в великом множестве костры; арбалетчики были начеку, готовые отогнать сарацин, если те попытаются напасть. Утром христианский флот поднял якоря и направился к острову. Король спустился в шлюпку с легатом, несшим перед собой крест; в соседней шлюпке водрузили орифламму, которую охраняли братья короля, бароны и рыцари. Арбалетчики разместились в обеих шлюпках, дабы отгонять врага стрелами.
Как только орифламму вынесли на берег, Людовик Святой прыгнул из шлюпки в море, оттолкнув легата, пытавшегося его удержать. Вода доходила до груди. Когда король, вскочив со своими баронами на коней, доскакал до лагеря сарацин, завязалась довольно жаркая битва, в которой вражеские вожди были убиты; уцелевшие поспешно перешли мост из лодок, ведущий в Дамьетту, оставив французам западный берег Нила. Это произошло с наступлением ночи. Во время этой битвы крупные французские корабли атаковали сарацинские галеры и принудили их подняться вверх по течению реки.
В первый день жертв со стороны французов было очень немного — кое-кто утонул или был ранен, из которых самым значимым был Гуго, граф Маршский, тот самый сеньор, который некогда восстал против Людовика Святого. Чтобы искупить прошлое и видя, что его выставляют на посмешище другие бароны, он сразу бросился в самое пекло битвы. Его серьезно ранили, и спустя некоторое время он умер в Дамьетте.
Ночью на берегу моря поставили шатры. На следующий день, в воскресенье, 6 июня, крестоносцы решили завершить высадку и подготовить орудия для осады Дамьетты. Город был защищен двумя стенами со стороны Нила, тремя — со стороны суши, с огромным числом башен, и он считался самым укрепленным местом в Египте. Однако среди гарнизона Дамьетты распространился слух о смерти султана. Арабы покинули город ночью, перебив рабов и узников и устроив несколько пожаров; однако в спешке они позабыли уничтожить лодочный мост, ведущий в город.
Так крестоносцы вошли в город без боя. Король прибыл туда во главе процессии в три часа пополудни. Он отправился прямиком в мечеть, которую в 1219 г. христиане превратили в церковь Пресвятой Девы, и велел пропеть "Те Deum" легату и всем прелатам войска. Король провел лето в Дамьетте, вплоть до окончания разлива Нила. Он дожидался своего брата Альфонса де Пуатье, который должен был привести ему подкрепление из Франции. За это время крестоносцы восстановили городские стены; в укрепленном городе остались королева с дамами и ранеными. Лагерь самих крестоносных войск находился вне стен.

После этого первого неслыханного успеха все стали тешить себя надеждой, что завоевание Египта, а потом и Палестины произойдет без трудностей. Войско было хорошо снабжено и ежедневно возрастало за счет новых рекрутов — христиан Мореи, рыцарей из Европы. А в Каире арабы уже считали себя побежденными. Однако султан не умер. Разъяренный бегством своих отрядов, он велел повесить 50 человек из тех, кто ими командовал. Хоть он и был больным, все же повелел отвезти себя в Мансур, чтобы преградить путь крестоносцам. 25 июня начался разлив Нила, обрекший французскую армию на бездействие. Рыцари со своими людьми проматывали свою добычу на празднествах; глазам короля предстала позорная картина: тщеславие, ненависть, зависть царили повсюду. Большая часть сеньоров была сами себе хозяевами, ибо они участвовали в походе на свои собственные средства, и король пользовался властью над ними и их сопровождением только в отдельных случаях.
Сам граф Артуа не уважал своего брата; он поссорился с Гийомом Длинным Мечом и его англичанами, которые из-за этого ушли в Акру, хотя Людовик Святой и говорил им, что не одобряет поведения своих людей и боится, как бы их гордыня не навлекла на них гнев Божий. Впрочем, Длинный Меч вернулся в Дамьетту в ноябре. Султан предложил крестоносцам выгодный мир, но его отвергли из-за тщеславия графа Артуа.
Бедуины выставили дозоры и убивали всех христиан, отдалявшихся хоть немного от лагеря поодиночке. Ночью они проскальзывали мимо стражей крестоносцев, заползали в шатры, убивали спящих отдельно и отрезали им головы, чтобы унести, ибо султан пообещал награду в безант золотом за принесенную ему голову крестоносца. Король приказал, чтобы конные дозоры, мимо которых сарацины могли легко проскользнуть, заменили пешими патрулями; наконец, он повелел окружить лагерь широким рвом, чтобы воспрепятствовать налетам вражеской кавалерии. Каждый вечер арбалетчики и сержанты вставали на караул возле рвов и въездов в лагерь.

Состоялся новый совет всех баронов, дабы решить — нападать на Александрию или Каир. На сей раз Пьер Моклерк и большая часть баронов посчитали, что надо осадить Александрию. Граф Артуа, напротив, хотел идти прямо на Каир, столицу султана, потому что, говорил он, чтобы убить змею, надо раздавить ей голову. Король последовал совету своего брата; к тому же посланники одного из сарацинских военачальников, брата которого султан после утраты Дамьетты казнил, тайно пообещали, что сдадут королю Каир без сопротивления, дабы отомстить за эту казнь.
20 ноября 1249 г., с наступлением Рождественского поста, король с войском наконец пришли в движение, направившись к «Египетскому Вавилону», как посоветовал граф Артуа. Вести немедленно достигли Мансура, где умирал султан. Он вновь обратился к Людовику Святому с мирными предложениями: возвратить земли, некогда принадлежавшие Иерусалимским королям, равно как и христианских пленников, в обмен на Дамьетту. Людовик Святой отказал, полагая, что если он оставит султана владеть Египтом, тот не замедлит при первой же возможности снова отвоевать Палестину; впрочем, султан умер и занявший его место эмир прервал переговоры. Король оставил с королевой сильный гарнизон в Дамьетте. Когда он выступал в поход, то уже был болен.

Войско в боевом порядке покинуло дельту Нила, поднявшись по правому берегу притока к Дамьетте. Проходя, отряды грабили всех на своем пути. Людовик запретил убивать женщин и детей, приказав, чтобы их приводили для крещения; он потребовал также, чтобы по возможности мусульман брали в плен, а не убивали.
Эмир Фахр-эд-Дин, принявший бразды правления, некоторое время держал в тайне смерть султана, стремясь избежать смут, и спешно готовился к войне.
Из дельты Нила, по направлению на восток от Дамьетты, вытекал канал Ашмун. Вражеское войско расположилось в Мансуре, на противоположном берегу канала, в том месте, где он вытекал из реки, и стало лагерем на равнине, простиравшейся до речного берега.
В Фарескуре, довольно близко от Дамьетты, путь войску Людовика преградил ирригационный канал. Потребовалось засыпать его землей. Легат обещал отпущение грехов тем, кто возьмется за эту работу, так что Людовик пожелал лично подать пример, приняв участие в осушении канала.
По дороге отряд из пяти сотен арабов прибыл к французам, заявив, что они недовольны султаном и хотят присоединиться к крестоносцам. Людовик принял этих людей, но повелел следить за ними. 6 декабря на марше они набросились на отряд, шедший перед ними, намереваясь уничтожить его; но находившиеся по соседству тамплиеры их стремительно атаковали и перебили.
Прибыв к Мансуру и узрев арабов на противоположном берегу реки, Людовик велел разбить лагерь со рвами и укреплениями и установить метательные орудия. Обозы с продовольствием, приходящие из Дамьетты, могли добраться только по воде, и арабы их перехватывали. Начался голод. В самое Рождество пришлось отбивать вражескую атаку. Все, кто отходил от лагеря, погибали. Гуго де ла Тур, епископ Клермонский, умер 29 декабря 1249 г. Рукав Ашмуна был глубоким, зажатым между крутыми берегами, неудобным для переправы. В феврале 1250 г. решили возобновить маневр, удавшийся в Фарескуре, — соорудить плотину, которая удержала бы воду вверх по течению и перекрыла бы канал. Крестоносцы построили две крытые галереи с одной башней для арбалетчиков, чтобы защищать людей, строящих дамбу, от арабов, удерживающих противоположный берег, — эти сооружения назывались «кошачьими замками». Но здесь было много воды, чтобы ее затворить. А арабы разрушали дамбу по мере ее сооружения — они подрывали берег со своей стороны, и вода прорывалась, разрушая труд, стоивший христианам трехнедельных усилий.
С помощью своих метательных машин арабы могли не только отвечать на выстрелы христианских орудий, но и использовать против крестоносцев «греческий огонь».

После того как крестоносцы потратили много времени, пытаясь переправиться через реку, один бедуин предложил за 500 безантов показать брод. Ему выдали деньги. На совете решили, что герцог Бургундский и бароны Святой земли останутся охранять лагерь, а король с братьями переправятся на другой берег. Переправа состоялась в день Заговенья, 8 февраля 1250 г. Лошадям крестоносцев пришлось плыть через канал, покуда они не почувствовали дно; на противоположном берегу христиан ждал не только крутой подъем, но и готовые к бою арабы. Несколько рыцарей во время переправы утонуло. Построение войска было таково, что тамплиеры, как более выносливые бойцы, составляли авангард, а граф Артуа шел непосредственно за ними. Едва миновав брод, молодой принц обратил в бегство арабов, толпившихся на берегу канала, и, совершенно позабыв о всякой дисциплине, ринулся преследовать отступавших.
В лагерь арабов они влетели подобно урагану. Гийом Длинный Меч и Рауль де Куси мчались за графом Артуа. Эмир Фахр-эд-Дин, сидевший в своей ванной и занятый окраской бороды, вскочил на коня, не имея даже времени вооружиться, чтобы присоединиться к своим отрядам. Его догнали и почти тут же убили. Сарацин гнали в Мансур и дальше — по дороге на Каир. Беглецы стекались в столицу Египта, сообщая, что война проиграна.
Магистр Ордена тамплиеров хотел отговорить графа Артуа вступать в Мансур, который со своими узкими и кривыми улочками легко мог стать западней. Гордец, насмешник и человек дерзкий, граф не пожелал ничего слышать. Он оказался заперт в городе. В то время как его воины помышляли только о грабеже, жители набросились на них, бросая камни и балки с крыш домов, а спрятавшиеся мусульманские воины внезапно налетели со всех сторон. Мамлюки во главе с Бейбарсом вновь собрали убегавших и перешли в наступление. У графа Артуа не было арбалетчиков, чтобы отбить атаку. Ему пришлось покинуть занятый им дворец. Отступление по улочкам, слишком узким, чтобы рыцари смогли использовать свое оружие, превратилось в бойню. Вне стен города большая часть египетского войска перестроилась и напала на христиан, переходивших в это время брод. Граф Артуа и его люди сражались отважно, но к концу дня все погибли. 300 рыцарей было убито, среди них Гийом Длинный Меч, и большая часть англичан. Погибло много тамплиеров, а их магистр лишился глаза.
Жуанвиль преодолел брод впереди основной части войска и пересек лагерь египтян. Он столкнулся с сильным отрядом врагов, один из его сотоварищей был смертельно ранен, и он сам находился в большой опасности, от которой его спасло появление графа Анжуйского и короля. Рыцари из свиты короля вместе с остальными бросились в гущу сражения.
Один рыцарь, Жан де Валери, посоветовал королю двинуться направо к реке, чтобы быть поближе к герцогу Бургундскому и отрядам, охранявшим лагерь, и дать сражающимся напиться. Король велел вызвать из самой гущи боя своих советников; когда те одобрили этот план, он приказал привести его в действие. Едва движение войск началось, как граф Пуатье, граф Фландрский, и другие сеньоры, сражавшиеся поодаль, послали просить короля не двигаться, ибо они не могут последовать за ним. Король остановился. В тот момент, когда он вновь собирался двинуться в путь, прибыл коннетабль де Боже с сообщением, что брат короля, граф Артуа, обороняется в одном доме в Мансуре. Людовик Святой попросил коннетабля отправиться туда. Однако пробиться в Мансур Жуанвилю не удалось.
Возвращаясь, Жуанвиль и коннетабль увидели, что король отошел к реке, а сарацины теснят там королевские отряды. Они на лошадях бросились в воду, чтобы переправиться вплавь; но уставшие животные с трудом справлялись с потоком, крутившим щиты, копья, утонувших людей. Наконец арабов отбросили и захватили их лагерь.
Кажется, смерть брата тронула короля больше, чем все последующие несчастья. Говорили, что Робер Артуа желал умереть за Иисуса Христа; его сочли мучеником. Египтяне отрубили головы убитым и выставили их на пиках у ворот Каира. И с этого дня они воспряли духом.
Людовик Святой велел прежде всего соорудить деревянный мост через реку, дабы установить сообщение со своим первым лагерем. Через два дня, в пятницу 11 февраля, арабы хотели бросить все свои силы на штурм лагеря христиан. Но шпионы предупредили об этом Людовика Святого, велевшего своим людям быть готовыми к бою с полуночи. Атака началась только в полдень на следующий день. Граф Анжуйский находился в передних рядах; мамлюкам удалось посеять сумятицу в его отряде. Об этом сообщили королю, который помчался туда с мечом в руках и так далеко проник в ряды врага, что греческий огонь попал на круп его коня. Но атака была отбита.

Войско понесло крупные потери, и ситуация с каждым часом ухудшалась. Тела утопленников застревали у моста, канал был весь покрыт трупами на расстоянии брошенного камня. Потратили восемь дней, чтобы их вытащить: тела мусульман сбросили в реку, вниз по течению, тела же христиан похоронили в больших ямах. Из-за поста нельзя было ничего есть, кроме рыбы из Нила, питавшейся трупами. Так началась эпидемия. Арабы преградили реку и перехватывали все обозы с продуктами, идущими из Дамьетты. Крестоносцам пришлось, преодолевая отвращение, есть конину. Голод лишь способствовал всеобщему разочарованию. Людовик Святой посещал больных, чтобы утешить их, хотя его и предупреждали, что он может заразиться. И он действительно заболел — у него вновь начался приступ дизентерии.
Из Дамаска прибыл новый султан Египта Туран-Хан. Он сразу приехал в Мансур, приведя с собой новые отряды, дабы усилить оборону города. Одновременно он послал флот, чтобы изолировать Дамьетту с моря. После захвата врагами последнего обоза Людовик попросил у султана перемирия. Он предлагал вернуть Дамьетту, если ему вернут Иерусалим; дабы гарантировать выполнение договора, он обещал отдать своих братьев в заложники. Но султан требовал, чтобы король стал заложником сам; Людовик Святой согласился, но этому воспротивились французы, предпочитая, чтобы их всех перебили, нежели пойти на столь унизительное условие.
Наконец, по совету своего окружения, Людовик Святой решил снять осаду Мансура и отступить на другой берег реки, чтобы возвратиться в Дамьетту. Дорогу преградило войско султана. Король велел сначала перевезти тысячу больных и раненых на кораблях с продуктами для его свиты, приказав, чтобы эти продукты выбросили в воду, дабы освободить место. Сам Людовик все еще был болен и страдал от «перемежающейся лихорадкой и очень сильной дизентерии». Несмотря на просьбы легата и баронов, он отказался присоединиться к этой флотилии, ибо не хотел оставить своих соратников в опасности.
Отступление, как по суше, так и по воде, состоялось во вторник, после Фомина воскресенья, 5 апреля 1250 г. Отряд арабов прорвался в лагерь и перебил всех раненых, дожидавшихся, пока их отнесут на корабль. Перепуганные матросы перерубили швартовы, чтобы побыстрее отчалить. Но Людовик примчался и приказал им вернуться, чтобы закончить погрузку больных.
В спешке позабыли приказ, отданный королем, — не разрушили лодочный мост, сооруженный между двумя берегами, и арабы использовали его для своих целей. Людовик не только отказывался уехать со всеми остальными, но вскочил на маленькую лошадку и пожелал остаться в арьергарде с Гоше де Шатийоном. На следующее утро арьергард оказался отрезанным от основных частей. Филипп де Монфор, который уже вел переговоры с арабами, приехал к королю и предложил заключить перемирие. Король согласился.
В тот момент, когда Филипп де Монфор заключал перемирие с эмиром, из-за парижского сержанта по имени Марсель — то ли предателя, то ли горящего неуместным рвением — этот последний шанс был упущен. Он принялся кричать: «Сеньоры рыцари, сдавайтесь, приказывает король! Не дайте погибнуть королю!» Рыцари сложили оружие, и эмир ответил Филиппу де Монфору, что заключать перемирие слишком поздно, так как христианские отряды уже сами сдались в плен.
Короля передали под охрану евнуху Джемаль-эд-Дину; его двух братьев и главных баронов, их сопровождавших, схватили. Отряды, которые могли подойти на помощь из Дамьетты, были разбиты на следующий день. Никто из отступавших по суше крестоносцев не ушел от врага. Орифламма также попала в руки сарацин. Людовика Святого и его соратников привезли в Мансур. Говорят, короля заковали в цепи и содержали с братьями в доме судьи Факар-Эд-дина-Ибрагима. Он так отощал, что кости просвечивали сквозь кожу, и был так слаб, что думали, он вот-вот умрет.

Флотилия, подходившая к Дамьетте, столкнулась с цепью вражеских кораблей, забросавших ее греческим огнем; конный эскорт, который сопровождал христианские корабли по берегу, также подвергся обстрелу и бежал в Дамьетту. Крупным кораблям по большей части удалось прорваться, но остальные сгорели вместе с больными, которых сарацины добивали или бросали в воду. Королева Маргарита собиралась рожать; через три дня на свет появился ее сын Жан, получивший прозвище Тристан Дамьеттский. В этот же день королеве сообщили, что пизанцы и генуэзцы со своими кораблями и простой люд вот-вот покинут город, что уничтожило бы всякую надежду договориться об освобождении Людовика и его соратников. Королева позвала итальянцев в свои покои, умоляя их сжалиться над ней и королем. Те жаловались на нехватку продовольствия, и тогда Маргарита приказала снабжать их едой бесплатно, за счет короля. Эта раздача шла месяц и обошлась казне в 360 тысяч ливров, то есть почти во столько, сколько султан запросил за выкуп короля и остальных пленников. Но Дамьетта осталась в руках французов и могла стать предметом торга за короля.

Бланка Кастильская и оставшиеся во Франции сеньоры велели было вешать как смутьянов первых вестников с Востока, сообщивших о пленении короля, настолько эта весть казалась невероятной после взятия Дамьетты. Когда же убедились, что катастрофа действительно произошла, всех охватили печаль и безграничное уныние.

Несколько очень богатых сеньоров пожелали сами выкупиться из плена. Людовик запретил им это, опасаясь, что они освободятся, а бедные крестоносцы навсегда останутся в плену; король объявил, что заплатит выкуп за всех.
Сарацины требовали отдать не только Дамьетту, но и крепости Палестины. Людовик Святой ответил, что не может этого сделать, так как они принадлежат не ему, а германскому императору либо рыцарям — тамплиерам или госпитальерам. Сарацины затребовали миллион безантов золотом. Король, не торгуясь, пообещал эту сумму в качестве выкупа за своих людей, а Дамьетту — лично за себя, «ибо он — не то лицо, кого должно выкупать за деньги». Султан восхитился подобной щедростью и от себя сделал скидку в выкупе на 100 тысяч ливров.
Король и султан заключили перемирие на 10 лет, которое распространялось на все Иерусалимское королевство. Каждый удивлялся такому быстрому освобождению и столь малой цене. Христиане даже посчитали произошедшее чудом. Обе стороны начали выполнять условия договора. Короля и знатных людей посадили на четыре судна, взявших курс на Дамьетту. 28 августа 1250 г. их привезли в лагерь султана близ Фарескура. Короля поместили в шатер по соседству с лагерем. Через день его должны были освободить.

У молодого султана Туран-Хана было много врагов. Прежде всего это были родственники военачальников, которых его отец велел обезглавить или лишил милости; а также те, кому не нравились заносчивость и самоуверенность султана. Другим поводом для недовольства стал выкуп, который должны были выплатить французы. Эмиры поняли, что султан торопится договориться с французским королем, чтобы затем расправиться с ними, и они решили его опередить. Окончательно договор был заключен 1 мая. А 2 мая заговорщики убили султана. Сначала они ранили его в шатре, он бежал, укрылся в деревянной башне, которую преследователи подожгли. Султан выбрался из нее, пал к ногам Актая, вождя мамлюков, моля о пощаде, но его оттолкнули. Он ринулся к реке, взывая о помощи и крича, что отказывается быть султаном, тогда как по нему стреляли из луков. Один мамлюк ударил Туран-Хана копьем, засевшим у того в боку. Султан добежал до реки, пытаясь броситься в нее, но его прикончили ударами сабель. Затем Актай вырвал ему сердце.
Христиане, все еще находившиеся под стражей на галерах, присутствовали при этом убийстве. Впрочем, на судьбе французского короля убийство султана не отразилось. Договорились, что, как только Дамьетта будет передана мамлюкам, король и сеньоры обретут свободу. Простой люд, которому сохраняли жизнь, отводили в Каир. Король обязался выплатить 200 тысяч ливров до отъезда из Дамьетты и 200 тысяч по прибытии в Акру. В свою очередь, мусульмане обещали не трогать в Дамьетте больных, продовольствие и орудия до тех пор, пока король не сможет их забрать.
На следующий день, 6 мая 1250 г., день Вознесения, Жоффруа де Сержин на восходе солнца отправился в Дамьетту и велел вернуть ее эмирам. Королеву, еще не оправившуюся после родов, посадили на корабль, шедший в Акру. Христиане удерживали Дамьетту 11 месяцев. По договору арабы обязались охранять больных крестоносцев, продовольствие и орудия до тех пор, пока король не сможет их забрать. Но едва став хозяевами города, они перебили больных, разрушили орудия и продовольственные склады, сложив вперемешку солонину, деревянные обшивки стен, орудия и трупы, все сожгли. Затем они сровняли с землей город, чтобы крестоносцы больше не могли его захватить.

По словам хрониста Матвея Парижского, по возвращении во Францию Людовик Святой некоторое время пребывал в унынии и грусти, и ничто не могло его утешить. Он не желал отказываться от обета крестоносца. Он уменьшил, насколько мог, расходы своей семьи не только из смирения, но и для того, чтобы скопить деньги на войну, ибо предпочитал брать деньги из своих средств, нежели у своего народа. Но не стоит считать, что Людовик позабыл о своих обязанностях короля. Со времени своего возвращения он с необычайным рвением трудился.
В 1258 г. Людовик запретил частные войны, которые сеньоры могли вести меж собой по феодальному праву; он учредил «40 дней короля» — обязательное перемирие на 40 дней, в течение которых оскорбленный сеньор должен был ждать, прежде чем взяться за оружие; король запретил практиковать поджоги, нападать на крестьян и воевать там, где он обладает правом высшей юрисдикции. В 1265 г. он запретил частным лицам носить оружие.

После смерти Фридриха II власть в Италии захватил его сын Манфред. Папа, видя, что кольцо врагов вокруг него снова сжимается, передал Неаполитанскую корону королю Франции для одного из его сыновей. Сначала Людовик отказался, но затем поддался на уговоры Урбана IV (француза по происхождению) и разрешил своему брату Карлу Анжуйскому принять королевство в Неаполе, которое оставалось лишь завоевать. Он дал ему войско, позволил взимать десятину на крестовый поход против Манфреда и согласился, чтобы поход проповедовали во Франции.
В 1263 г. Карл Анжуйский с тысячью рыцарями сел на корабли в Марселе, прибыл в Рим, где Папа Клемент IV объявил его королем Неаполя, и начал завоевывать свое королевство. Манфред был убит в битве при Беневенте, в 1266 г. Двумя годами позднее Карл Анжуйский победил молодого Конрада и велел его казнить. Правя с помощью страха, не внимая советам и примеру своего брата, Карл, сам того не ведая, готовил Сицилийскую вечерню.

Это был последний из крестовых походов, и надо было быть святым, чтобы его предпринять. С 1259 г. тамплиеры и госпитальеры, вечные соперники, казалось, вознамерились уничтожить друг друга в Палестине. В следующем году татары захватили Сирию и уничтожили султанат Алеппо. Тщетно взывали христиане к государям Европы. Татары ушли, но египтяне с их новым султаном Бейбарсом захватили в 1263 г. Палестину, снесли Назаретскую церковь, монастырь в Вифлееме и множество городов, среди которых была и Кесарея, некогда укрепленная Людовиком. Акра была последней крепостью христиан; Бейбарс готовился к ее осаде. Его войска разбили последних христианских государей Востока, которые могли оказать помощь Святой земле: Боэмунда, графа Триполи и князя Антиохии и армянского царя. В 1268 г. Бейбарс лично возглавил штурм Антиохии, которая была разграблена; в ней погибло 17 тысяч воинов и сто тысяч ее жителей жителей были уведены в плен.

Святой престол возобновил проповедь крестового похода в 1260 г., во время очередного набега татар. Людовик желал лично возглавить крестоносцев; но прежде всего он хотел узнать мнение Папы. Климент не осмелился ему это советовать; за пределами Франции весь христианский мир был взбудоражен; с другой стороны, у Людовика было слабое здоровье, он не мог долго ехать верхом или носить доспехи; следовало опасаться, что король не вынесет тягот кампании и с его отъездом в Европе все ухудшится. В конце сентября 1226 г. Климент IV написал Людовику письмо, где он мягко отговаривал его от участия в крестовом походе. Но ни один христианский государь, кроме Людовика, не способен был защитить Святую землю. И когда Папа в октябре получил еще одно письмо от французского короля, в котором тот вновь просил его дозволения выступить в поход, он уступил этой настойчивой просьбе и в 1267 г. послал во Францию легата, который вручил крест Людовику Святому. 14 марта 1270 г., следуя обычаю королей, отправляющихся в крестовый поход, Людовик Святой совершил паломничество в Сен-Дени в сопровождении детей и большого числа баронов.
Во вторник после дня святого Петра, 1 июля 1270 г. король на рассвете прослушал мессу и поднялся на свой корабль с сыновьями Филиппом и Пьером; одновременно отчалили граф Неверский и граф Артуа. Людовик Святой потребовал от своих соратников, и особенно от сына Филиппа, презреть мирскую суету, всецело отдаться делу защиты веры. Весь день на королевском корабле ждали благоприятного ветра; парус установили только на следующий день, после восхода солнца, взяли курс на Каглиари, город на Сардинии, где должен был собраться весь флот.
Христианский флот поднял якоря 15 июля, а через день, к трем часам пополудни он уже был виден из порта Туниса. Мусульмане, которых появление крестоносцев застало врасплох, бежали. В гавани удалось захватить два брошенных корабля. Тем не менее крестоносцы смогли высадиться только на следующий день; операция прошла без потерь и сражений, но в великом беспорядке. На ночлег войско расположилось там же, где сошло на берег. Было несколько стычек с врагами; солдаты, ушедшие на поиски питьевой воды, погибли. Со следующего дня лагерь перенесли дальше, к Карфагену, на равнину, где была в изобилии питьевая вода. Карфаген являлся только маленькой крепостью, которую крестоносцы захватили без труда, но не нашли в ней ничего ценного. Людовик велел ее восстановить и укрепить на французский манер, чтобы там жили дамы, все еще находившиеся на кораблях, раненые и больные.
Захват тунисского порта открывал вход в страну. Этот успех, полный, быстрый и легкий, таил в себе огромную опасность. Арабы не были побеждены и не собирались уклоняться от битвы. Они перешли в наступление, причем так внезапно, что крестоносцам пришлось оставить свой обед и броситься к оружию.
Арабы постоянно тревожили крестоносцев и убивали тех, до кого могли добраться. Людовик ждал прибытия своего брата, сицилийского короля, чтобы вместе двинуться на Тунис; Карл в это время, как говорили, вел переговоры с султаном и просил, чтобы до его приезда не принимали никакого решения. Людовик послал к нему кораблей и послов.
Лето было в разгаре; у рыцарей не было никакого укрытия, кроме шатров, им не хватало пищи и питьевой воды. В войске началась дизентерия. Еда стоила очень дорого, да и те запасы, что привезли люди короля, заканчивались. В начале августа король послал в Сицилию и Сардинию закупить свежего мяса для больных. Вихри песка очень мешали крестоносцам; когда ветер был благоприятным, приходили в движение сарацины и бросали в воздух песок и пыль, которые летели на христиан.
От лихорадки, дизентерии, чумы в стычках погибало каждый день столько людей, что их не успевали хоронить. Тела бросали во рвы, окружавшие лагерь, и дурной запах отравлял воздух. Принц Филипп заболел дизентерией одновременно с отцом — 3 августа, в день смерти графа Неверского; но восемь дней спустя он почти выздоровел. Людовик Святой, напротив, оставался лежать в лагере; он продолжал отдавать приказы, принимал послов императора Михаила Палеолога. В постели он читал молитвы. Когда он почувствовал себя хуже, то повелел поставить перед ним крест и продиктовал последнее завещание, приказав, чтобы его гробница была оформлена очень просто. Он попросил, чтобы его тело перевезли в Сен-Дени, если он умрет не в христианской стране.
25 августа, между 9 часами и полднем, король, как показалось, заснул на полчаса, затем открыл глаза, оглядел всех присутствующих, потом обратился к небесам и процитировал начало псалма: «Я войду в ваш дом, я буду поклоняться в вашем святом храме и исповедуюсь вашим именем». Наконец, его уложили на пепел; он сложил руки крестом и к трем часам пополудни отдал Богу душу. Ему было пятьдесят шесть лет, из них 44 года он правил Францией.
Филипп III на месте был провозглашен королем и, наспех заключив с мавританцами 10-летнее перемирие, поспешил вернуться во Францию.





Назад Вперед


Династия Меровингов

Меровинги — первая династия франкских королей в истории Франции. Короли этой династии правили с конца V до середины VIII века на территории будущей Франции и Бельгии. Они происходили из салических франков, которые в V веке обосновались в Камбре (Хлодион Длинноволосый) и в Турне (Хильдерик I).

Каролинги

Пипин Короткий, умирая, разделил свое государство между сыновьями: Карлом и Карломаном. Они довершили начатое Пипином завоевание Аквитании, где еще держалась главная ветвь дома Меровингов. Карломан скоро умер (771), и тогда Карл (768—814) восстановил единодержавие.

Гуго Капет

Наследником Лотаря (954-986), предпоследнего короля из династии Каролингов, стал девятнадцатилетний молодой человек, без влияния к авторитета. Когда Гуго Капет и королевская знать возвели его на трон, стало очевидно, что король либо слишком молод, либо неспособен к правлению.

Людовик VI Толстый (1108-1137)

Еще при жизни своего отца Филиппа I (1060-1108 гг.) Людовик проявил себя главным образом в военной сфере, поскольку он был предводителем армии и «защитником королевства». Людовику исполнилось 16 лет, когда он впервые принял участие в военных действиях 1097 г.

Людовик VII (1137-1180)

Начало правления Людовика VII Младшего было ознаменовано заключением его брака с Алиенор, наследницей герцога Аквитанского (умершего в 1137). К этому времени королевский домен ограничивается лишь территорией острова Иль-де-Франс и, кроме того, находится под контролем главных епископатов, расположенных в Сансе, Бурге, Туре и Реймсе.

Филипп II Август (1180-1223)

Филипп Август взошел на трон в возрасте 15 лет; именно тогда он заявил, что желает, чтобы к концу его правления королевство стало таким же могущественным, как и во времена Карла Великого. Его ум, энергия, упорство были замечательны. .

Людовик IX Святой (1226-1270)

Людовик IX, вступил на престол ребёнком двенадцати лет. Бланка Кастильская, его мать, показала себя очень умной и ловкой правительницей. Ей удалось поддержать престиж, который монархия приобрела со времен Филиппа Августа; она не только упрочила власть своего сына, но и научила его, как должно вести себя, дабы снискать уважение своих подданных и сделать свое королевство процветающим.

Филипп III Смелый (1270-1285)

Филипп был вторым сыном Людовика IX и Маргариты Прованской. Своё имя он получил в честь своего прадеда . В 1260-м году, после смерти своего старшего брата Людовика он стал наследником престола. Филипп сделался французским королем во время Восьмого крестового похода 25 августа 1270 г. в лагере под Карфагеном.

Филипп IV Красивый (1285-1314)

Филипп IV Красивый родился в Фонтенбло в 1268 году, от Филиппа III и Изабеллы Арагонской. Филипп вступил на престол семнадцати лет от роду и прежде всего занялся разрешением сицилийского и арагонского вопросов, доставшихся ему по наследству от отца. Он сразу прекратил военные действия и не сделал ничего для поддержания претензий своего брата Карла Валуа, мечтавшего стать арагонским королем.

Сыновья Филиппа Красивого

Людовик после смерти матери (2 апреля 1305) стал королем Наварры, графом Шампани и Бри. Коронован в Памплоне в 1307. В момент смерти отца Филиппа IV Красивого(29 ноября 1314) находился в Наварре, и до его возвращения королевством правил его дядя Карл Валуа. Людовик X был коронован в Реймсе 3 августа 1315.

Франция Капетингов 10-13вв.

Начало существованию Франции как самостоятельного государства было положено Верденским договором 843 г., он оформил окончательный раздел империи Карла Великого и зафиксировал выделение Западнофранкского королевства из состава империи. Восточными границами этого государства являлись реки Рона, Сона, Маас и Шельда.

Филипп VI Валуа (1328-1350)

Карл IV не оставил сыновей. Его двоюродный брат Филипп, граф Валуа, был признан регентом. Когда у вдовы Карла спустя несколько месяцев родилась дочь, то Филипп с согласия баронов принял королевский титул под именем Филиппа VI, первого из Валуа.Недавно введенными кутюмами отстранения от власти наследников по женской линии Эдуард III (1327–1377 гг.) был лишен права на французскую корону.

Битва при Креси (1346 год)

В 1337 году корольЭдуард III объявил войну Франции; так же, как и французские короли, он мечтал овладеть богатыми фландрскими городами. Англичане уничтожили в битве при Слейсе французский флот и в 1346 году высадились в Нормандии, опустошив эту провинцию. Французский король Филипп VI собрал рыцарей со всей Франции и с огромным войском выступил против англичан,

Иоанн II Добрый (1350-1364)

Иоанн II Добрый — второй король Франции из дома Валуа с 1350 года, наследовал своему отцу Филиппу VI. Будущему королю Иоанну II было девять лет, когда его отец взошёл на престол. Иоанн достиг совершеннолетия 26 апреля 1332 года и принял титул герцога Нормандии, а также округа Анжу и графства Мэн. Его положение осложнялось тем, что большинство нормандской знати было тесно связано с Англией.

Карл V (1364-1380)

Когда наследник престола, дофин Карл, прибыл в Париж после битвы при Пуатье, где король, Иоанн Добрый, попал в плен к англичанам, он поспешил созвать Генеральные Штаты: ему нужны были деньги, чтобы собрать новое войско. Униженные дворяне были согласны на все, но горожане выставили условия; они требовали, чтобы дофин управлял вместе с представителями Штатов.

Карл VI Безумный (1380-1421)

Французским королем в 1380 г. стал Карл VI, вступивший на престол в 12-летнем возрасте. Новый король Франции был не только слабоволен, но страдал все усиливавшимися приступами безумия. История начала его сумасшествия печальная и довольно необычная. В 1392 г. любящий наслаждения и уже к тому времени слабый здоровьем Карл VI ехал во главе своих рыцарей в Бретань, чтобы покарать восставших вассалов.

Карл VII (1429-1461)

Генрих V умер. Герцог Бедфорд, брат покойного английского короля, назначенный регентом, предпринимал все возможное, чтобы его заменить. Но задача была не из легких. Английские войска распространились на огромную территорию, почти равную по площади английской территории к югу от линии, тянущейся от залива Уош до устья реки Северн.

Людовик XI (1461-1483)

Людовик родился в Бурже 3 июля 1423 года. Его женили рано, в возрасте тринадцати лет, исходя из государственных интересов. С этого момента Людовик вышел на историческую сцену. В феврале 1440 года, переговорив с Жаном Алансонским, дофин примкнул к фронде недовольных, возглавляемой герцогом Бурбонским. Этот мятеж — Прагерия — стал результатом тайных переговоров.

Карл VIII (1481-1498)
Людовик XII (1498-1515)

Карл VIII родился в Амбуазе во Франции, став единственным выжившим сыном короля Людовика XI и его второй жены Шарлотты Савойской. Карл вступил на трон 30 августа 1483 года, в возрасте 13 лет. По французским законам он считался совершеннолетним. Но так как он был слишком слаб и болезненен, то не мог самостоятельно управлять государством.

Франциск I (1515-1547)

Французский король, из династии Валуа. Франциск, родившийся в 1494 году, принадлежал к генеалогической ветви Валуа-Ангулемов и приходился прямым потомком Карлу V. Его мать, честолюбивая Луиза Савойская, мыслила политически, мечтая видеть своего сына на французском троне, а его сестру Маргариту будущей королевой Наваррской.

Генрих II (1547-1559)

Генрих II родился от брака Франциска I с Клод Французской, дочерью Людовика XII, из Ангулемской линии династии Валуа. При рождении получил титул герцога Орлеанского. Генрих был вторым сыном короля Франциска I и не считался наследником престола. Вскоре после поражения при Павии, в 1525 г., его отправили заложником в Испанию.

Франциск II (1559-1560)
Карл IX (1560-1574)

Старший сын Генриха II, назван в честь деда, Франциска I. 24 апреля 1558 года женился на юной королеве Шотландии Марии Стюарт; после заключения этого брака стал королём-консортом Шотландии. Соглашение об этом браке было заключено ещё 27 января 1548 года, и 10 последующих лет Мария воспитывалась при французском дворе.

Генрих III (1574-1589)

Последний представитель династии Валуа. Третий сын Генриха II Валуа и Екатерины Медичи. Король Речи Посполитой в 1573—1574. Король Франции с 1574 года. Как и все последние Валуа, с детства принц Генрих не отличался здоровьем, но с возрастом окреп. В юности Генрих много читал, любил беседовать о литературе, брал уроки риторики.

Генрих IV (1589-1610)

Генрих IV родился 13 декабря 1553 года в По, его родители — Антуан Бурбонский и Жанна д’Альбре. Он был наследником независимой от Франции короны (Наварра) и обширных, владений на склонах Пиренеев, что делало их обладателя одним из крупных феодалов Франции. Мать Генриха была убежденной кальвинисткой и воспитывала сына в протестантской вере, однако отец Генриха служил при французском дворе и был католиком.

Людовик XIII (1610-1643)

Король Франции из династии Бурбонов, правивший в 1610-1643 гг. Сын Генриха IV и Марии Медичи. Родился 27 сентября 1601 года. Умер 14 мая1643 года. От всех болезней – ребенок постоянно болел – у врачей того времени было два средства: кровопускание и слабительное. Несмотря на то, что эти средства использовались когда надо и когда не надо, Людовик выжил.

Людовик XIV (1643-1715)

Король Франции из династии Бурбонов, правивший в 1643-1715 годы. Сын Людовика XIII и Анны Австрийской. Людовик родился в воскресенье, 5 сентября 1638 года в новом дворце Сен-Жермен-о-Лэ. До этого на протяжении двадцати двух лет брак его родителей был бесплодным и, казалось, останется таким и впредь.

Людовик XV (1715-1774)

Приступая к рассказу о Людовике XV, должно напомнить об обстоятельствах его восхождения на престол. События развивались скоротечно и трагически. В 1711 г., не дожив до 50 лет, умер дофин - дед будущего короля. Особенно тяжелым стал для королевской семьи 1712 г., когда смерть от кори меньше чем за месяц унесла родителей мальчика — нового престолонаследника герцога Бургундского и Марию-Аделаиду Савойскую, а также его старшего брата герцога Бретонского.

Людовик XVI (1774-1792)

Король Франции из династии Бурбонов, правивший. Сын дофина Людовика и принцессы Марии Жозефы Саксонской. Людовик, получивший при рождении титул герцога де Берри, был вторым сыном дофина Людовика. Людовик-Август воспитывался при дворе и, хотя и не получил систематического образования под присмотром не прикладывавшего для этого особых усилий герцога Антуана де ла Вогийона, проявлял интерес к изучению истории и географии и первым из французских монархов овладел английским языком.