Разделы сайта

ГЛАВНАЯglav.jpg"

ИМЯ БОГАserg7.jpg"

РЕЛИГИЯ СЛАВЯНserg8.jpg"

ИСТОРИЧЕСКИЕ РОМАНЫserg9.jpg"

СТАТЬИ ПО ИСТОРИИistor.jpg"

АРИЙСКИЙ ПРОСТОРarii1.jpg"

ВЕЛИКАЯ СКИФИЯserg10.jpg"

ВЕЛИКОЕ ПЕРЕСЕЛЕНИЕ НАРОДОВserg12.jpg"

СЛАВЯНЕserg13.jpg"

КИЕВСКАЯ РУСЬserg11.jpg"

РУССКИЕ КНЯЗЬЯserg14.jpg

БЫТ КИЕВСКОЙ РУСИ
serg15.jpg

ГОРОДА КИЕВСКОЙ РУСИserg16.jpg

КНЯЖЕСТВА КИЕВСКОЙ РУСИserg17.jpg

СРЕДНЕВЕКОВАЯ ЕВРОПАserg18.jpg

ВИЗАНТИЯ И КРЕСТОНОСЦЫserg19.jpg

КРЕСТОВЫЕ ПОХОДЫ
serg20.jpg

РЫЦАРСКИЕ ОРДЕНЫ
orden1000.jpg

ОРДАorda1000.jpg

РУСЬ И ОРДАrusorda01.jpg

МОСКОВСКАЯ РУСЬmoskva01.jpg

ПИРАТЫpirat444.jpg

ЗЛОДЕИ И АВАНТЮРИСТЫzlodei444.jpg

БИБЛИОТЕКАserg21.jpg

ДЕТЕКТИВЫserg22.jpg

ФАНТАСТИКАserg23.jpg

ЮМОРИСТИЧЕСКАЯ ФАНТАСТИКАgumor.jpg

НЕЧИСТАЯ СИЛАserg24.jpg

ЮМОРserg25.jpg

АКВАРИУМserg26.jpg

Страницы раздела




ИСТОРИЯ АНГЛИИangl0.jpg"

БРИТАНИЯ И РИМangl01.jpg"

САКСОНСКИЕ КОРОЛЕВСТВАangl02.jpg"

АЛЬФРЕД ВЕЛИКИЙangl03.jpg"

ДАТСКОЕ ВЛАДЫЧЕСТВОangl04.jpg"

ВИЛЬГЕЛЬМ ЗАВОЕВАТЕЛЬangl05.jpg"

СЫНОВЬЯ ЗАВОЕВАТЕЛЯangl06.jpg"

ПЛАНТАГЕНЕТЫangl07.jpg"

ХАРТИЯ ВОЛЬНОСТЕЙangl08.jpg"

ЭДУАРД Iangl09.jpg"

СТОЛЕТНЯЯ ВОЙНАangl010.jpg

ВОССТАНИЕ УОТА ТАЙЛЕРА
angl011.jpg

ЛАНКАСТЕРЫangl012.jpg

ВОЙНА РОЗangl013.jpg

ЙОРКИangl014.jpg

ТЮДОРЫangl015.jpg

МАРИЯ КРОВАВАЯangl016.jpg

ЕЛИЗАВЕТА ТЮДОРangl017.jpg

СТЮАРТЫangl018.jpg

КРОМВЕЛЬangl019.jpg

РЕСТАВРАЦИЯ СТЮАРТОВangl020.jpg

ВИЛЬГЕЛЬМ ОРАНСКИЙangl021.jpg


СТАРЕЦ ГОРЫ

В Иерусалиме пахло гарью, железом и кровью. Саббах, чудом избежавший мечей и копий разъяренных провансальцев, в ужасе метался по гибнущему городу в надежде найти безопасное пристанище.Увы, смерть поджидала наместника халифа повсюду...

ГРОЗНЫЙ ЭМИР

Во времена Римской империи население Антиохии достигало четырехсот тысяч человек. В год от Рождества Христова 1119 в городе проживало от силы пятьдесят тысяч обывателей.

ИСТОРИЯ АНГЛИИ




ЭДУАРД I (1272-1307)

Когда умер его отец, Эдуард находился на Сицилии, но крупнейшие магнаты страны, сойдясь у еще не закрытой усыпальницы Генриха III, провозгласили его королем, с согласия всего народа.
Будучи на голову выше своих собратьев, Эдуард представлял собой величественное зрелище – идеал средневекового короля. Его прозвали Длинноногим, за необычайно высокий рост, когда он стоял в стременах. Подвиги короля на рыцарских поединках, в борьбе, соколиной охоте и охоте на крупного зверя прославлялись во всем христианском мире. Под восточным солнцем волосы Эдуарда, в юности льняные, как у всех Плантагенетов, потемнели, а кожа стала бронзовой. Он отличался превосходным здоровьем, энергией и хорошим чувством юмора.

Второго августа 1274 года крестоносец Эдуард Вестминстерский высадился в Дувре. Он не был в Англии более четырех лет и уже около половины этого срока был ее королем. Со времен победы Эдуарда над де Монфором, произошедшей в день рождения его отца, большинство главных замков Англии удерживались короной или ее подчиненными. Только далеко на севере и на западе, на границе с Шотландией и Уэльсом, неприступные замки все еще были в руках феодальной знати. Однако опасность, грозящая со стороны валлийских племен, заставляла короля и знать сплотиться воедино, и поэтому от короны не требовалось никаких объединительных санкций.

В воскресенье, 19 августа 1274 года, Эдуарда короновали в церкви Вестминстерского аббатства со всеми традиционными обрядами.
Во время отсутствия Эдуарда королевство управлялось из рук вон плохо. Шерифы и их подчиненные брали взятки, занимались вымогательством, отказывались исполнять приказы или продавали их за чрезмерную цену. И хотя страна, казалось, оправилась после долгих лет баронских раздоров, это было только внешне собственное спокойствие.
Вскоре после начала своей поездки Эдуард отрядил комиссаров, чтобы разузнать о злоупотреблениях и незаконных захватах, в особенности тех, что затрагивали королевские права и государственные доходы, имевших место во время отсутствия короля. Комиссары в изобилии предоставили информацию о противозаконных действиях землевладельцев, шерифов и бейлифов, а также о посягательстве на права короны. В девятнадцати графствах Эдуард счел необходимым снять шерифов с занимаемой должности за вымогательства и различные злоупотребления.

Весной 1275 года, как только отчеты членов комиссии были систематизированы чиновниками канцелярии и королевскими судьями, Эдуард созвал свой первый парламент, или великий совет, и государственный суд. Узнав благодаря проведенному дознанию, что неладно в королевстве, Эдуард решился на крупные перемены. Для этого ему были необходимы свидетельства и поддержка подданных.
В том же году, на втором парламенте, созванном в Вестминстере на день Св. Михаила и состоявшем из рыцарей графств, так же, как и из феодальных и церковных магнатов, король получил «помощь», заключавшуюся во взимании пятнадцатой части от всего движимого имущества светских лиц. Он также в 1276 году подтвердил Великую хартию Вольностей и лесную Хартию своего отца.

«Царствование Эдуарда памятно не возведением новых великих вех, а тем, что благотворные тенденции трех предшествующих правлений обрели четкие очертания. Многие ошибки были устранены, государственные структуры стали крепче, упорядоченней, обрели единство. Основные тенденции развития нации, складывавшиеся, как мы видели, с большим трудом, теперь вылились в форму, которая, затвердев, пережила трагедию «Черной смерти», Столетней войны с Францией, войны Роз и продержалась до конца средних веков, а кое в чем даже и дольше. В этот период мы наблюдаем, как рыцарская и буржуазная стадии общества постепенно сменяют чистый феодализм. Органы управления, землевладение, военная и финансовая системы, отношения церкви и государства – все обретает те формы, которые просуществовали почти до эпохи Тюдоров.» (Черчилль. «Рождение Британии»)

Наряду с крупными достижениями в законодательной сфере король провел длительную административную реформу, неустанно совершая личные инспекции. Эдуард постоянно разъезжал по своим владениям, персонально вникая во все случаи самых разнообразных злоупотреблений и поправляя превышения власти местными магнатами где острым пером, а где и тяжелой рукой. Король во всех отношениях наводил порядок в управлении страной и вытеснял личные интересы из сфер, принадлежащих не только ему самому, но и его народу.

В начале правления Эдуарда I отношения между Англией и Францией регулировались Парижским договором, заключенным баронской партией в 1259 г. Мир между двумя странами царил на протяжении более тридцати лет, хотя часто омрачался обоюдной враждебностью. Споры по поводу исполнения условий договора и стычки между английскими, гасконскими и французскими моряками в Английском проливе, кульминацией которых стало морское сражение в 1293 г. при Сен-Маэ, не привели бы к возобновлению войны, если бы присутствие англичан на юге Франции не было постоянным вызовом гордости французов и барьером к национальной интеграции. Даже когда французский король Филипп Красивый начал искать возможности спровоцировать Эдуарда, тот, пытаясь достичь компромисса, проявил долготерпение. Однако в конце концов Парижский парламент объявил герцогство Гасконь конфискованным. Теперь Эдуард осознал, что должен либо сражаться, либо потерять свои французские владения.

В июне 1294 г. он объяснил причины ссоры с французами перед собранием магнатов в Лондоне, уже называвшимся «парламентом». Его решение начать войну было встречено с одобрением, как часто бывает в регулярно созываемых ассамблеях.
Сама война не имела каких-либо существенных особенностей. Англичане вели кампании в Гаскони, совершали налеты на береговые укрепления, долго осаждали Бордо. Весь энтузиазм, проявленный ими вначале, быстро иссякал под неизбежным усилением налогового гнета.

Взимание налогов вызвало сильное недовольство, охватившее все классы. Зимой 1294 г. поднялись валлийцы, а когда король, подавив восстание, возвратился, то узнал, что Шотландия заключила союз с Францией. Начиная с 1296 г. война с северным соседом то затихала, то вновь разгоралась.
После октября 1297 г. французская война превратилась в серию перемирий, заключавшихся вплоть до 1303 г. Эти мирные договоры требовали немногим меньших расходов, чем настоящие боевые действия. То были годы жестокого напряжения сил и ресурсов как в самой Англии, так и за границей, особенно на севере. Хотя король без колебаний созывал парламент в Вестминстере для объяснения сложившейся ситуации, он не всегда получал ту поддержку, в которой нуждался. Парламент неохотно соглашался на новые налоги, требуемые от него Эдуардом.

Пришло время для оживления баронской оппозиции, которая поколением раньше бросила вызов деду Эдуарда. Некоторое время король не обращал внимание на их неуступчивость. Он торопил с приготовлением к войне, назначил заместителей вместо Херфорда и Норфолка и в августе отплыл во Фландрию. Оппозиция увидела в его отсутствии долгожданную возможность для действия. Она потребовала подтверждения «Великой хартии» и ее дополнения, «Хартии Леса», ставших окончательной версией уступок, вырванных у Иоанна, вместе с шестью дополнительными статьями. Изменения в эти документы должны были в будущем вноситься только с согласия общества; шерсть, хлеб и тому подобные товары не подлежали изъятию против воли владельца; духовенство и миряне должны получить назад свои древние свободы; два графа и их сторонники не подлежат наказанию за отказ служить в Гаскони; прелаты должны зачитать обе хартии вслух в своих соборах и отлучить от церкви тех, кто ими пренебрегает.
Осенью графы Херфорд и Норфолк, поддержанные воинским отрядом, явились в Лондон и потребовали принятия этих предложений. Регентский совет, не имея сил сопротивляться, подчинился. Статьи были подтверждены, а в ноябре в Генте Эдуард утвердил их, сохранив, однако, определенные финансовые права короны.
Эти неожиданные уступки были довольно крупными. И король, и оппозиция придавали им большое значение, и Эдуарда подозревали – вероятно, не без основания – в том, что он пытается отойти отданных им обещаний. Несколько раз баронская партия публично привлекала внимание парламента к этим документам, и наконец в феврале 1301 г. королю пришлось под давлением угроз и аргументов парламента, собравшегося в Линкольне, заново подтвердить обе хартии и некоторые другие статьи в торжественной обстановке.

Безуспешно пытаясь защитить французские владения, английские короли пренебрегали распространением своей власти на весь остров Великобритания. Время от времени предпринимались отдельные вторжения в Шотландию и Уэльс, но задача по поддержанию безопасности границ ложилась в основном на плечи местных баронов. Как только Парижский договор принес долгосрочный отдых от континентальных приключений, появилась возможность обратиться к решению остро стоящих проблем внутренней безопасности. Эдуард был первым английским монархом, который направил все королевские ресурсы на национальную экспансию на западе и севере, и именно ему страна обязана завоеванием независимых областей Уэльса и надежной защитой западной границы. Он сделал первый большой шаг к объединению острова. Он предпринял попытку завоевания там, где в свое время потерпели неудачу римляне, саксы и норманны.
В труднодоступных горах Уэльса вырос упорный и непокорный народ, который под предводительством внука великого Ллевеллина нанес в предыдущее правление крепкий удар по политике Англии. Эдуард, помогавший своему отцу, имел опыт отношений с валлийцами. Он не раз воевал с ними с сомнительным успехом. В то время ему часто приходилось убеждаться, что некоторые бароны на западе и юге пользуются своими военными привилегиями в ущерб интересам как валлийского, так и английского народов. Все утверждения о независимости Уэльса раздражали Эдуарда, но столь же противна была ему и система охраны границ Англии баронами-грабителями, не раз и не два бросавшими вызов авторитету короны. В конце концов он решил подчинить непокоренных князьков и диких горцев, живших в условиях дикой свободы еще со времен древности, и в то же время урезать привилегии пограничных баронов.

Использовав все местные ресурсы, накопленные баронами за многие годы постоянной вражды, Эдуард I завоевал Уэльс за несколько лет. Он тщательно и хладнокровно разработал план кампании и упорно вел боевые действия как на суше, так и на море. Его силы состояли главным образом из набранных на службу валлийцев, усиленных регулярными войсками из Гаскони и едва ли не последним феодальным ополчением, но главным, что сломило доблестных бриттов, был ужас зимних кампаний.
С независимостью Уэльса было покончено, что и закрепил соответствующий статут. Вся земля ллевеллиновского Уэльса перешла в королевские владения, а само княжество разделили на графства Англси, Карнарвон, Мерионет, Кардиган и Камартен. Сын Эдуарда, родившийся в Карнарвоне, был провозглашен первым английским принцем Уэльским.

Правление Эдуарда отмечено крупным конфликтом с Шотландией. На протяжении долгих лет оба королевства жили в мире и дружбе. В 1286 г. король Шотландии Александр III погиб, упав ночью с лошади, и оставил наследницей Маргарет, свою внучку. Шотландских магнатов убедили признать эту 14-летнюю принцессу его преемницей. Возник чудесный проект: Маргарет одновременно занимает шотландский престол и выходит замуж за сына английского короля, Эдуарда. Этим достигался бы союз королевских семей, способный устранить противоречия между Англией и Шотландией.
Практически все правящие силы обеих стран согласились с ним. Это была мечта, и, как всякая мечта, она закончилась: в 1290 г. Маргарет пустилась в путь в штормовую погоду и погибла, не достигнув земли. В Шотландии встала проблема наследования, в решении которой немаловажным фактором должны были стать английские интересы. Шотландскую знать связывали с английской королевской семьей многочисленные узы, и из дюжины спорных претендентов, некоторые из которых были бастардами, выделялись двое, Джон Баллиол и Роберт Брюс. Козырной картой Брюса были близкие родственные связи его престарелого отца с предками шотландских монархов. Баллиол, как более дальний родственник, аргументировал свои притязания правом старшинства. Сторонники одного и другого разделились примерно поровну.
Спор двух соперничавших здесь домов, Брюсов и Балиолов, и других претендентов на шотландский престол Эдуардом был решен в пользу Джона Балиола. Но шотландцы, отстаивавшие свою независимость, не успокоились, и война вспыхнула снова, угрожая затянуться из-за помощи, которую шотландцам оказывали французы. Для такой борьбы требовались большие денежные средства, а могущественный и властолюбивый король мог добывать их лишь при помощи парламента, которому за это вынужден был делать уступки, далеко выходившие за оговоренные Великой Хартией.
Сопротивляясь Эдуарду, шотландцы пошли на союз с Францией. Эдуард, уже воевавший с Филиппом, воспринял это как враждебный акт. Он вызвал Баллиола для встречи в Бервике. Шотландская знать отказалась отпустить своего короля, и с этого момента началась война. Эдуард ударил по соседям быстро и безжалостно. Он предпринял наступление на Бервик. Город, тогда бывший крупным центром северной торговли и в течении ста лет не знавший войны, оказался неподготовленным и не смог сопротивляться. Спешно возводились частоколы, горожане хватали все, что было под рукой. Английская армия почти без потерь смела эти импровизированные укрепления, и Бервик подвергся насилию и разграблению, невиданным с варварских времен. Тысячи людей были убиты. Самое упорное сопротивление оказали тридцать фламандских купцов, защищавших свой склад, пока он не сгорел. За несколько часов Бервик превратился из одного из самых активных центров европейской торговли в незначительный морской порт, существующий и поныне.
Этот акт устрашения заставил присмиреть самых горячих представителей правящих классов Шотландии. Перт, Стерлиг, Эдинбург уступили надвигающейся с юга силе.
Баллиол оставил трон, и Шотландия подпала под английское управление. Но, как и в Уэльсе, завоеватель принес не только чужестранное правление, но и закон и порядок, одинаково непопулярные в этой стране. Правящие классы Шотландии потерпели полный крах, и Эдуард мог тешить себя тем, что все уже позади. На самом деле все только начиналось.

«Уильям Уоллес, выступивший из своего укрытия в юго-западной Шотландии, сплотил, возглавил и повел к победе шотландский народ. Эдуарду, с переменным успехом воевавшему во Франции, то и дело приходилось выслушивать рассказы о непрекращающихся покушениях на установленный им в Шотландии порядок, в нерушимости которого он прежде был так уверен. Уоллеса поддерживал и укреплял дух твердого и решительного народа. К этому добавлялись высочайшие военные дарования. Имея в своем распоряжении неорганизованную массу отважных воинов, он выковал из нее, несмотря на жестокую бедность и примитивное управление, стойкую, неустрашимую армию, готовую сражаться в любых условиях и упорно преодолевать неудачи. Любопытна структура этой армии. Каждый пятый командовал своей четверкой, каждый десятый своей девяткой и так далее до тысячи. Наказанием за непослушание командиру любого подразделения была смерть.» (Черчилль. «Рождение Британии»)

Ресурсы короля Эдуарда ни в коем случае не позволяли ему вести войну с Францией и одновременно противостоять ожесточенному сопротивлению в Шотландии. Он решил любой ценой отразить ту угрозу, которая представлялась ему наиболее опасной, и сосредоточить все усилия на подчинении северных соседей. Эдуард начал затяжные переговоры с французским королем и после нескольких периодически возобновляемых перемирий в 1303 г. заключил наконец Парижский договор. Фактически мир наступил еще в 1294 г., когда удалось договориться о браке между Эдуардом и сестрой Филиппа, юной принцессой Маргаритой, и объявить о помолвке сына и наследника Эдуарда, Эдуарда Карнарвонского, и дочери Филиппа Изабеллы. Этот двойной кровный альянс подвел войну с Францией к завершению в 1297 г., хотя из-за осложнений в Риме ни мир, ни брак короля не были формально подтверждены до 1299 г. Таким образом, хотя официально состояние войны окончилось на несколько лет позже, уже в 1294 г. война с Францией завершилась. Благодаря этим дипломатическим успехам Эдуарду удалось, начиная с конца 1297 г., сконцентрировать всю мощь против шотландцев.

Уоллес, стоявший на этот раз во главе гораздо более значительных сил, принял сражение, находясь на оборонительной позиции. Конницы и лучников у него было мало, и все его надежды возлагались на копейщиков, победить которых можно было, только перебив их. Тяжелая конница английского авангарда была отброшена, понеся тяжелые потери от ударов копейщиков. Но Эдуард, расставив валлийских лучников в промежутках между всадниками второй линии, обрушил град стрел на ряды шотландцев, пытаясь проделать бреши в некоторых местах. Отчасти ему это удалось, и в образовавшиеся бреши, сминая раненых и топча мертвых, устремились английские рыцари. Стоило англичанам нарушить боевой порядок противника, как судьба копейщиков была решена. Побоище закончилось только в глубине леса, и Уоллес и его шотландская армия снова превратились в беглецов, преследуемых мятежников, терпящих всяческие лишения, но не складывающих оружие.
Шотландцы оказались непобедимыми. Лишь в 1305 г. Уоллеса захватили и предали суду в Вестминстер-холле, проведенному со всеми церемониями, после чего казнили в Тайберне. Но шотландская война была из тех, о которых один хронист заметил, что «каждая зима разрушает сделанное каждым летом». Факел борьбы перешел от Уоллеса к Роберту Брюсу.

В последние годы жизни Эдуард превратился в одинокого, подверженного вспышкам гнева старика. Рядом с ним выросло новое поколение, с которым он был плохо знаком и к которому питал мало симпатии. Королева Маргарита была достаточно молода, чтобы сойти ему за дочь, и нередко становилась на сторону своих приемных детей против их отца. Мало кто осмеливался перечить старому королю, но в семейном кругу он не находил ни любви, ни уважения.

Война в Шотландии вспыхнула снова, и связано это было с появлением на политической сцене Роберта Брюса, внука претендента 1290 г., возвысившегося отчасти по праву рождения, отчасти благодаря твердости характера.
Несмотря на преклонные годы, король Эдуард не дал повода усомниться в своей решительности. Когда известие о коронации Брюса в Скоуне дошло до Винчестера, где монарх находился со своими приближенными, его гнев был ужасен. Он начал кампанию летом 1306 г. Брюс потерпел поражение и спасся на острове Ратлин, у побережья Антрима. Там, согласно легенде, он укрепился духом, наблюдая за упорной работой паука – наверное, самого известного в истории.
Следующей весной Брюс возвратился в Шотландию. Эдуард уже не мог ни ходить, ни ездить верхом. Подобно императору Северу, жившему за тысячу лет до него, он передвигался на носилках и так же умер в пути, в очередной раз выступив против непокоренного народа. Последние его мысли были о Шотландии и о Святой земле. Он взял с сына обещание, что его кости будут сопровождать английскую армию, которая наконец приведет Шотландию к смирению, а его сердце будет отправлено в Палестину с отрядом из ста рыцарей для помощи в возвращении Святого города. Ни одно из его желаний так и не было выполнено его пустым и недостойным наследником.



Назад Вперед