Разделы сайта

ГЛАВНАЯglav.jpg"

ИМЯ БОГАserg7.jpg"

РЕЛИГИЯ СЛАВЯНserg8.jpg"

ИСТОРИЧЕСКИЕ РОМАНЫserg9.jpg"

СТАТЬИ ПО ИСТОРИИistor.jpg"

АРИЙСКИЙ ПРОСТОРarii1.jpg"

ВЕЛИКАЯ СКИФИЯserg10.jpg"

ВЕЛИКОЕ ПЕРЕСЕЛЕНИЕ НАРОДОВserg12.jpg"

СЛАВЯНЕserg13.jpg"

КИЕВСКАЯ РУСЬserg11.jpg"

РУССКИЕ КНЯЗЬЯserg14.jpg

БЫТ КИЕВСКОЙ РУСИ
serg15.jpg

ГОРОДА КИЕВСКОЙ РУСИserg16.jpg

КНЯЖЕСТВА КИЕВСКОЙ РУСИserg17.jpg

СРЕДНЕВЕКОВАЯ ЕВРОПАserg18.jpg

ВИЗАНТИЯ И КРЕСТОНОСЦЫserg19.jpg

КРЕСТОВЫЕ ПОХОДЫ
serg20.jpg

РЫЦАРСКИЕ ОРДЕНЫ
orden1000.jpg

ОРДАorda1000.jpg

РУСЬ И ОРДАrusorda01.jpg

МОСКОВСКАЯ РУСЬmoskva01.jpg

ПИРАТЫpirat444.jpg

ЗЛОДЕИ И АВАНТЮРИСТЫzlodei444.jpg

БИБЛИОТЕКАserg21.jpg

ДЕТЕКТИВЫserg22.jpg

ФАНТАСТИКАserg23.jpg

ЮМОРИСТИЧЕСКАЯ ФАНТАСТИКАgumor.jpg

НЕЧИСТАЯ СИЛАserg24.jpg

ЮМОРserg25.jpg

АКВАРИУМserg26.jpg

Страницы раздела




ИСТОРИЯ АНГЛИИangl0.jpg"

БРИТАНИЯ И РИМangl01.jpg"

САКСОНСКИЕ КОРОЛЕВСТВАangl02.jpg"

АЛЬФРЕД ВЕЛИКИЙangl03.jpg"

ДАТСКОЕ ВЛАДЫЧЕСТВОangl04.jpg"

ВИЛЬГЕЛЬМ ЗАВОЕВАТЕЛЬangl05.jpg"

СЫНОВЬЯ ЗАВОЕВАТЕЛЯangl06.jpg"

ПЛАНТАГЕНЕТЫangl07.jpg"

ХАРТИЯ ВОЛЬНОСТЕЙangl08.jpg"

ЭДУАРД Iangl09.jpg"

СТОЛЕТНЯЯ ВОЙНАangl010.jpg

ВОССТАНИЕ УОТА ТАЙЛЕРА
angl011.jpg

ЛАНКАСТЕРЫangl012.jpg

ВОЙНА РОЗangl013.jpg

ЙОРКИangl014.jpg

ТЮДОРЫangl015.jpg

МАРИЯ КРОВАВАЯangl016.jpg

ЕЛИЗАВЕТА ТЮДОРangl017.jpg

СТЮАРТЫangl018.jpg

КРОМВЕЛЬangl019.jpg

РЕСТАВРАЦИЯ СТЮАРТОВangl020.jpg

ВИЛЬГЕЛЬМ ОРАНСКИЙangl021.jpg


СТАРЕЦ ГОРЫ

В Иерусалиме пахло гарью, железом и кровью. Саббах, чудом избежавший мечей и копий разъяренных провансальцев, в ужасе метался по гибнущему городу в надежде найти безопасное пристанище.Увы, смерть поджидала наместника халифа повсюду...

ГРОЗНЫЙ ЭМИР

Во времена Римской империи население Антиохии достигало четырехсот тысяч человек. В год от Рождества Христова 1119 в городе проживало от силы пятьдесят тысяч обывателей.

ИСТОРИЯ АНГЛИИ




ВИЛЬГЕЛЬМ ЗАВОЕВАТЕЛЬ

У герцога Роберта Нормандского, прозванного за буйный нрав Дьяволом, не было законных детей, но его любовница-простолюдинка (дочь кожевенника) родила ему крепкого малыша, которого он назвал Вильгельмом. В те дни сын короля, рождённый вне брака, вполне мог претендовать на трон, однако низкое происхождение матери давало повод для оскорбительных разговоров среди части нормандской знати, и Вильгельм, видимо, рано услышал такие разговоры и помнил их долго.
В 1034 г. Роберт решил совершить паломничество в Иерусалим. Однако перед тем как отправиться в долгий и опасный путь Роберт потребовал от своих вельмож, чтобы они принесли клятву верности его незаконному сыну Вильгельму. Бароны сделали так, как их просили, Роберт отправился в путешествие – и не вернулся. Таким образом, новым герцогом стал восьмилетний Вильгельм II.

У юного герцога Вильгельма было трудное детство. Его рвали на части бароны, претендовавшие на опасную роль покровителя, чтобы править герцогством от имени малолетнего герцога. Трое из них были убиты один за другим.
Благодаря своим способностям и помощи французского короля Генриха Вильгельм сумел стать хозяином положения. В двадцать лет он возглавил военный поход против несогласной с его главенством знати. С помощью французского короля он сокрушил своих врагов, а затем помог Генриху разгромить барона, чьи земли примыкали к Нормандии.
Однажды Вильгельм захватил замок, защитники которого попрекали его низким происхождением, и резня, которую он устроил затем, надолго отбила у людей охоту вспоминать о том, кем была его мать. Расправы, которые безжалостный герцог учинял над своими баронами, представляли собой нечто невиданное для Западной Европы. Он рассчитался с ними за все тяготы и опасности своего детства. Он заставлял их всех приносить клятву верности непосредственно ему в нарушение феодальных обычаев. Он не разрешал им строить замки без его позволения – которое он давал редко. Зато он щедро одаривал монастыри, используя церковь как сильного и полезного союзника против знати.
Вильгельм создал герцогство с отлаженной централизованной системой правления, которое, может, и было невелико по размерам, но сделало своего герцога богаче и сильнее многих западных правителей. Он заставил своих баронов жить в мире, а в отсутствие усобиц у Вильгельма хватало средств, чтобы содержать наёмников и экипировать их по последнему слову военного искусства того времени.
Он имел постоянную действующую армию из тысячи рыцарей, огромную силу по тем временам. Даже французский король (теоретически сюзерен Вильгельма) не мог с ним сравниться. Не могла с ним сравниться и Англия, ибо в те времена она была столь же слаба и дезорганизована, насколько сильна и организована была Нормандия.

«Ни в какой другой части феодального мира боевые качества новой военной организации не были вознесены на такую высоту, как в Нормандии. Вильгельм был мастером войны и этим создал своему небольшому герцогству престиж, подобный тому, который имела Англия тридцатью годами раньше под твердым и дальновидным управлением Кнуда. Он и его рыцари смотрели на мир бесстрашно и дерзко.» (Черчилль. «Рождение Британии»)

Состояние Англии в последние годы правления Эдуарда Исповедника можно охарактеризовать как далеко зашедшую политическую слабость. Потомки плодовитого Этельреда умирали с непонятной быстротой. И вот пришел момент, когда только болезненный мальчик, его сестра и престарелый король представляли воинственную династию, разбившую викингов и отвоевавшую захваченные данами области.

Англия, отвлеченная раздорами и внутренним соперничеством, уже давно обращала на себя внимание соседних стран. Скандинавы надеялись возродить империю Кнута . Норманны заявляли, что их герцогу король Эдуард обещал передать трон. Награда казалась достаточно велика, чтобы разжечь амбиции алчных держав.
Вильгельм, как и его отец, был тесно связан с саксонским двором и внимательно наблюдал за каждым шагом англо-датской партии, возглавляемой Годвином и его сыном Харольдом.

В январе 1066 г. Эдуард Исповедник умер. Перед самой смертью, несмотря на якобы данное им Вильгельму обещание, он, как считается, рекомендовал Харольда, своего молодого советника и помощника, как наилучшего кандидата на вакантный трон. В любом случае за Харольда в начале того рокового 1066 г. уже высказывались Лондон, центральные графства и юг. После этого его со всей торжественностью короновали в Вестминстерском аббатстве. Это событие и открыло ворота войне.

Первыми свое слово сказали скандинавы. Преемники Кнута в Норвегии вознамерились возродить свое господство в Англии. Экспедиция уже организовывалась, когда Тостиг, мстительный сводный брат Харольда, отправленный в изгнание и лишенный своих владений в Нортумбрии, прибыл с достоверными известиями о кризисе на острове и слабом состоянии его обороны. Король Харольд Хардрада двинулся на завоевание английской короны. Сначала он поплыл к Оркнейским островам, собирая рекрутов с Шетлендских островов и острова Мэн. Вместе с Тостигом он направился к северо-восточному побережью Англии, имея большой флот и армию. Это было в конце лета 1066 г. Таким образом, Харольд Английский столкнулся с двойной угрозой – с северо-востока и с юга. В сентябре 1066 г. он узнал, что норвежский флот, с Хардрадой и Тостигом на борту, поднялся по Хамберу, разбил местное ополчение под командой эрлов Эдвина и Моркара и стал лагерем у Стамфорд Бридж вблизи Йорка. Теперь Харольду представилась возможность проявить свои военные способности. Новость эта достигла его в Лондоне, где он дожидался развития событий, пытаясь определить, кто из его противников нанесет первый удар и откуда. Во главе своей дружины король поспешил на север по римской дороге к Йорку, созывая по пути местные силы. Скорость его маневра застигла скандинавов врасплох. Через пять дней после поражения Эдвина и Моркара Харольд вышел к Йорку и в тот же день предстал перед норвежской армией в десяти милях от города.

«Сражение началось. Англичане атаковали, но поначалу враг, хотя и без тяжелых доспехов, сохранял боевой порядок. Через какое-то время, обманутые ложным отступлением – привычной хитростью того времени, – скандинавы раскрылись и перешли в наступление со всех сторон. Этого-то и ждал Харольд. Противники сошлись в ближнем бою. Хардрада был ранен стрелой в горло, и Тостиг, принявший командование, занял его место у знамени, прозванного «Разоритель земель». Воспользовавшись этой паузой, Харольд предложил брату мир и обещал пощадить всех оставшихся в живых скандинавов, но те «все вместе ответили, что скорее падут как один, чем примут пощаду от англичан». Доблестные вилланы Харольда, в жилах которых текла та же кровь, что и у викингов, бросились вперед с боевым кличем, и сражение возобновилось.» (Черчилль. Рождение Британии.)

Одержавший победу Харольд похоронил Хардраду, но пощадил его сына Олафа и позволил ему уйти с миром, забрав оставшихся в живых. Тостиг заплатил жизнью за свою неуемную злобу. Хотя сражение у Стамфорд Бридж осталось в тени битвы при Гастингсе, его можно считать одним из решающих в английской истории. Никогда больше ни одна скандинавская армия уже не угрожала всерьез власти короля или единству страны. В миг победы королю доложили, что на юге, в Певенси, высадился Вильгельм.

Вокруг Вильгельма, по его призыву, кроме нормандских баронов собралось много французских и нидерландских рыцарей, искателей добычи и приключений. Герцог Вильгельм предложил наёмникам хорошую плату, возможность доброй битвы плюс славу, добычу и земли.
Для Вильгельма всё складывалось удачно. На континенте у него практически не осталось противников. Французский король Генрих I умер в 1060 г., оставив трон малолетнему Филиппу I. В 1066 г. Филиппу было всего четырнадцать лет, а во Франции царил хаос. У французских властителей, формальных сюзеренов Вильгельма, не было сил, чтобы оказывать на него давление или захватить Нормандию в случае его неудачи. В это время фактическим регентом Франции был Болдуин, граф Фландрии. Именно Болдуин опекал малолетнего короля, и этот самый Болдуин был тестем Вильгельма и весьма ему благоволил. Кроме того, графство Анжу, которое располагалось южнее Нормандии и вело с ней бесконечные войны, само страдало от очередной междоусобицы. Оно бы и радо было вмешаться в дела Вильгельма, но в данный момент ему было не до того. Затем Вильгельм заручился поддержкой папы Александра II благословившего его предприятие. Это очень понравилось воинам герцога и тем, кто собирался к ним присоединиться.

«Вильгельм высадился на южном побережье Англии 28 сентября 1066 г., через три дня после сражения у Стэмфордского моста, когда всё войско Харальда было на севере. Нормандское войско, в котором лишь треть составляли нормандцы, а остальные две трети – наёмники, спокойно выгрузилось на берег в Суссексе около города Гастингса.» (Азимов. «История Англии»)

Вести о вторжении Вильгельма достигли ушей Харальда 2 октября. Со всей возможной скоростью он устремился на юг. Харальду следовало бы сделать передышку, чтобы его воины отдохнули, а сам он смог собрать больше людей, призвав своих подданных к оружию. Но Харальд этого не сделал. Разгневанный на судьбу, которая вынудила его уйти с юга в самый неподходящий момент, и, видимо, слишком окрылённый своей блестящей победой над норвежцами, он рассчитывал на второй такой же молниеносный успех. Харальд прошёл через Лондон, не дав своим людям отдышаться, и был на южном побережье 13 октября, через одиннадцать дней после получения вестей о высадке Вильгельма.

Ядро нормандской армии составляли полторы тысячи конных рыцарей, огромная сила по тем временам, но не слишком впечатляющая для последующих веков. Имелись также лучники. Саксы, со своей стороны, отлично сражались секирами и копьями. У Харальда было семь тысяч человек, и численностью его войско превосходило нормандцев, однако это мало что меняло, поскольку большую часть его армии составляли ополченцы-крестьяне, которых набрали здесь же на месте.

«Едва битва началась, как рыцарь-менестрель Иво Тайллефер, заслуживший право первым пойти в атаку, поскакал вверх по склону и удивил англичан тем, что, подбросив в воздух копье и щит, сумел поймать их. Затем он вклинился вглубь английских рядов и был убит. Конные атаки неповоротливых, закованных в броню рыцарей Вильгельма разбились о плотную, организованную массу англичан. Ни стрелы, ни рейды конницы не брали их. Левое крыло норманнов было отброшено и в беспорядке поспешно отступило по склону холма. И вот тут правый фланг Харольда, состоявший в основном из местных крестьян, нарушил строй, устремившись в погоню. Находившийся в центре Вильгельм сразу же направил против них свои дисциплинированные части и всех уничтожил. Затем норманны перестроились и приступили к новым атакам на англичан, чередуя наступления конницы с ожесточенным обстрелом из луков. Как говорят, никогда еще нормандские рыцари не встречали столь упорных пехотинцев. Они оказались совершенно не в состоянии пробиться через стену щитов и несли тяжелые потери от секир, копий и палиц. Но и град стрел собирал свой смертельный урожай. Англичане, стояли так тесно, что раненых невозможно было унести, а мертвым не хватало места, чтобы упасть на землю.» (Черчилль. «Рождение Британии»)

Уже близился вечер, когда определился хоть какой-то результат, и произошло это после того, как Вильгельм применил проверенный временем прием ложного отступления. Он видел, с какой готовностью правый фланг Харольда оставил свои позиции для преследования отходивших после неудачи норманнов. Герцог организовал притворное беспорядочное отступление и в то же время оставил при себе мощные силы. Окружавшие Харольда воины сохранили дисциплину и не нарушили строй, но чувство облегчения, охватившее менее опытные войска при виде бегущего неприятеля, оказалось слишком сильным. Предвидя победу, они хлынули вперед и на середине склона были жестоко изрублены всадниками Вильгельма.
Сгущались сумерки, а вокруг английского короля и его знамени оставалась только его личная дружина. Два его брата, Гирт и Леофвин, уже погибли. Вильгельм приказал лучникам стрелять выше, чтобы стрелы падали за стеной щитов, и одна из них попала Харольду в правый глаз, смертельно ранив его. Он упал рядом с королевским штандартом. Судьба этой упорной битвы была решена. Последние организованные силы были расстроены, но не истреблены. Они отступили в лес, и Вильгельм, сражавшийся в первых рядах и потерявший под собой трех коней, мог наконец объявить о победе. Тем не менее преследования не получилось. На другой стороне холма оказался глубокий ров, куда попадало немало нормандских всадников и где их перебили разъяренные англичане, скрывавшиеся в лесу.
На следующий день после сражения его значение, разумеется, не было очевидным. Вильгельм захватил лишь прибрежную полоску суши, а Англия оставалась Англией.

Уцелевшие в битве эрлы собрались в Лондоне и избрал королём Эдгара Этелинга. И вновь, и теперь уже в последний раз, потомок старого королевского дома Уэссекса, внук Эдмунда Железный Бок и прапраправнук Альфреда восседал на английском троне. Это, тем не менее, был лишь жест. Эдгар всё ещё был юношей и едва ли мог управлять королевством. Хуже того, оставшиеся в живых саксонские эрлы, даже перед лицом грядущей катастрофы, не могли объединиться и полагали собственные дрязги делом более важным, чем борьба с нормандцами. Вильгельм мог беспрепятственно двигаться на север, потому что перессорившиеся разобщённые эрлы не оказывали ему никакого сопротивления.

«Когда герцог Вильгельм подошёл к Лондону, Эдгар Этелинг сдался ему сразу. Даже всесильные церковные иерархи, такие, как Стиганд, архиепископ Кентерберийский, не предприняли ничего, поскольку Вильгельм привез с собой папское благословение. Северные эрлы Мерсии и Нортумбрии не горели желанием сражаться за южные области, предпочитая сохранить армии, которые могли им пригодиться, чтобы отстаивать свои владения.
Так что Лондон в итоге подчинился без боя. Вильгельм повелел построить крепость для нормандского гарнизона, и она стала ядром того, что затем превратилось в лондонский Тауэр. Когда строительство завершилось, Вильгельм вошёл в Лондон и в Рождество 1066 г. был коронован как Вильгельм I, король Англии. Он достиг вершины своей карьеры отчасти благодаря собственным реальным возможностям, а отчасти благодаря удивительному стечению удачных для него обстоятельств в том необычном году.
Герцог Нормандский стал королём Англии, и Вильгельм Незаконнорожденный с тех пор вошёл в историю как Вильгельм Завоеватель.»
(Азимов. «История Англии»)

Тем временем северные эрлы наконец собрались, чтобы дать отпор нормандскому герцогу в надежде, что им удастся сохранить свой край свободным от нормандского влияния. К ним присоединились два оставшихся в живых сына погибшего короля Харальда. Более того, им на помощь пришёл датский конунг Свейн II.
Свейн был племянником старого Кнута и внуком по материнской линии Свейна Вилобородого. Он родился в Англии и стал конунгом Дании в 1047 г. С той поры он большую часть времени дрался с норвежским правителем Харальдом Суровым. После гибели Харальда Сурового и победы Вильгельма при Гастингсе Свейн подумал, что он вполне может предъявить претензии на английский трон, и послал флот на подмогу северным эрлам, выступившим против Вильгельма.
Шотландский король Малькольм III также послал войско на помощь восставшим. Эдгар Этелинг был номинальным предводителем этого войска. Относительно слабые северные нормандские гарнизоны поначалу потерпели поражение, и в 1069 г. Вильгельму пришлось лично отправиться на север. Он привёл с собой сильную армию, подкупил датский флот и обрушился на восставших. Чтобы проучить север и заставить его впредь вести себя смирно, он намеренно опустошил шестидесятимильную область между Йорком и Дарэмом. После этого «разорения севера» в краю начался голод, многие жители умерли или бежали, и последствия этого сказывались ещё долгие десятилетия, если не века, но Вильгельм достиг своей цели.
Никакие организованные выступления против Вильгельма были невозможны после 1070 г. Неудавшаяся попытка вторжения со стороны датчан не увенчалась успехом, и ещё более робкая попытка спустя два года закончилась ничем. Так завершился трехсотлетний период скандинавских набегов на Англию. Отныне Норвегия и Дания не представляли угрозы для Англии.
Спустя некоторое время Вильгельм вторгся в пределы Шотландии и сумел договориться с Малькольмом в 1072 г. Эдгару Этелингу пришлось срочно покинуть Шотландию и бежать во Фландрию, где Вильгельм не мог его достать.

Теперь Англия к северу от Хамбера находилась под нормандским контролем. Норманны сформировали огромное графство Ричмонд. Была реорганизована Даремская епархия, наделенная широкими правами местного управления. Cтало ясно, что Нормандии хватит силы, чтобы поглотить Англию целиком, но сохранит ли Вильгельм все свои завоевания, не подвергаясь нападениям извне, – оставалось большим вопросом до самых последних лет его правления.
Период покорения Англии был тяжелым и грозным временем. На протяжении по меньшей мере двадцати лет после захвата норманны находились на положении вражеской армии в чужой стране. Саксонское сопротивление продолжалось долго. Легенды и хронисты донесли до нас рассказ о последнем противостоянии завоевателям Хируорда Бодрого на болотистых просторах возле Эли. К нему примыкали многие саксонские таны, единственный класс, способный тогда выставлять новых лидеров. Конец этого периода символизирует постройка нормандской крепости Эли.

В 1075 г. в центральных областях произошло восстание недовольных норманнских рыцарей. Оно охватило Восточную Англию и распространилось до валлийской границы. К восставшим присоединился и один из оставшихся в живых саксонских вождей Вальтеоф, заключивший ранее мир с Вильгельмом. Находившийся в Нормандии король вынужден был спешно вернуться для подавления мятежников. Саксонское население, боявшееся наступления хаоса, поддержало Завоевателя. Собранный им фирд одержал победу. Возмездие постигло одного Вальтеофа, которого казнили на холме возле Винчестера.

« Поражение восстания означало также окончательное подчинение Англии. Нормандские крепости охраняли города, нормандские лорды владели землей, а нормандские церкви оберегали души людей. Вся Англия имела одного хозяина, завоевание завершилось, и началась работа по реконструкции.» (Черчилль. «Рождение Британии»)

Норманны прочно закрепились на английской земле, став ее полными хозяевами. Воин из Анжу, Мена, Бретани или даже из-за Альп или Пиренеев владел поместьем и графством соответственно своему рангу и доблести, и его первая задача состояла в том, чтобы обезопасить себя. Повсюду поднимались замки. Это еще не были массивные каменные сооружения, как в более поздние времена, они представляли собой простые укрепленные пункты, с земляным валом и частоколом, а также с центральной башней из бревен. Из этих укрепленных пунктов выезжали всадники, чтобы управлять прилегающей территорией и эксплуатировать население. Размещение замков зависело от общей стратегии: защиты портов Ла Манша, контроля за переправами через реки, заметной концентрации замков вокруг Лондона и Ковентри – двух основных узлов сообщения средневековой Англии.

«Англо нормандский король роздал держания приблизительно 180 светским баронам и выделил земли, также при условии несения воинской службы, епископам и аббатам. В целом, он мог рассчитывать на обязательную службу(servitium debitum) 5000 6000 рыцарей, вынужденных бесплатно служить два месяца во время войны и 40 дней в мирное время, не считая несения службы по охране замков.» (Контамин. «Война в Средние века»)

Над всеми, на самой вершине иерархической пирамиды, восседал Вильгельм, энергичный и беспощадный, довольный своей добычей, требующий исправной службы от своих приверженцев и хорошо платящий тем, кто исполнял свой долг.

В первое время норманны не воспринимали ни манер, ни обычаев англичан. Их единственной культурой была французская. Уцелевшая саксонская знать отправляла своих сыновей учиться во французские монастыри. Поначалу завоеватели, презиравшие неотесанных англичан, с их точки зрения грубых и невежественных, правили силой оружия. Но вскоре, что вполне совпадало с истинной норманнской традицией, они начали жениться на местных девушках и отождествлять себя с прошлым Англии.

Царствование Вильгельма в Англии примечательно тем, что все это время герцогу Нормандскому приходилось отвлекаться на бесконечные интриги и конфликты, возникавшие между ним и королем Франции. Хотя Англия была владением более ценным, чем Нормандия, Вильгельм и его сыновья проявляли больший интерес к своим континентальным землям. В свою очередь, французские короли ставили на первое место в своей политике ослабление нормандских герцогов, чье могущество значительно возросло и чьи границы проходили всего в двадцати милях от Парижа.
Старший сын Вильгельма, Робер, будущий рыцарь-крестоносец, непоседливый и расточительный, унаследовавший от отца любовь к сражениям и приключениям, но лишенный его непреклонности и не имевший твердых практических целей, возмущался тем, что Вильгельм столь настойчиво цепляется за жизнь, и нетерпеливо требовал своего наследства, Нормандии. Не раз приходилось отцу пересекать пролив, чтобы наказать мятежные города и предотвратить заговоры собственного сына с французским двором. Изгнанный из Нормандии, Робер нашел убежище в замке короля Филиппа. Неумолимый Вильгельм отправился туда. Там, за стенами замка, со спущенными забралами сошлись в бою отец и сын. Робер ранил Вильгельма в руку и сбросил с коня. Он и убил бы отца, если бы того не спас один англичанин, некий Токиг из Уоллингфорда, вовремя помогший поверженному Завоевателю вернуться в седло. Эта схватка охладила обоих, и на какое-то время они примирились.

С годами Вильгельм становился все жестче и суровее. Доведенный до ярости набегами французов, он перешел границу и двинулся к Монту, сея по пути разрушения и огонь. Норманны захватили город врасплох, и во время ужасного разграбления вспыхнул пожар. Когда Вильгельм проезжал по улицам, его конь споткнулся на пепелище, и герцога бросило на луку седла. Больного, его перевезли в монастырь Сен-Жерваз в Руане. Там, на возвышавшемся над городом холме, он пролежал жаркое лето 1087 г., сопротивляясь мучительной болезни. Когда смерть подошла ближе, к нему приехали сыновья, Вильгельм и Генрих. Вильгельм, чьим единственным достоинством была сыновняя преданность, был назван преемником Завоевателя в Англии. Неблагодарный Робер получил наконец Нормандию. Младшему, Генриху, досталось лишь 5 тысяч фунтов серебра и пророчество, сулившее ему власть над единым народом Нормандии и Англии. Пророчество оказалось вовсе не пустым. В четверг, 9 сентября 1087 г. Вильгельм умер, и вместе с ним пришел конец его власти. Достойные презрения слуги раздели умершего и обворовали помещение, в котором он лежал. Прах короля был предан земле, но обширное государство, созданное Вильгельмом, осталось.

«В целом Вильгельм – первый из нормандских королей – видимо, казался жестоким тираном тем саксонским эрлам, которых он лишил земли. Тем не менее, где было возможно, Вильгельм придерживался обычаев и законов Эдуарда Исповедника. Более того, он установил систему правления, достаточно эффективную и в разумных пределах справедливую, и материальное благосостояние Англии продолжало расти. Вильгельм превратил Англию из полуразвалившегося конгломерата отдельных областей в одно из самых хорошо организованных королевств Европы, и, хотя саксы того времени никак не могли бы с этим согласиться, нормандское завоевание в конечном счёте стало благом для Англии.» (Азимов. «История Англии»)

Историки до сих пор спорят о том, насколько сильно нормандское завоевание изменило политические и правовые устои Англии. Несомненно, однако, то, что нормандцы систематизировали и приспособили для собственных нужд ту организацию управления, которая сложилась к 1066 г. Вильгельм сохранил и англосаксонское административное деление на графства, а также более дробное – на «сотни», объединявшие несколько деревень. Главным представителем короля в графстве был шериф, командовавший местными войсками и возглавлявший местный суд. Эта должность была англосаксонским институтом, подобным каролингским графствам. В отличие от графов, шерифы не смогли сделать свою должность наследственной или превратить ее в инструмент укрепления личной власти на вверенной им территории. Большая часть средневековых графств сохранилась до наших дней, хотя в XII в. их границы были несколько изменены.
Вильгельм и его преемники усовершенствовали систему королевских судов и централизованного налогообложения, созданную англосаксонскими и датскими королями в X–XI вв. Это позволило значительно поднять доходы государства, в результате чего Англия приобрела обманчивую репутацию невероятно богатой страны. До тех пор пока нормандцы не создали в Южной Италии и Сицилии своих государств, ни один западный правитель не обладал такой властью в своей стране, как король Англии. Этот могущественный владыка оставался вместе с тем герцогом Нормандии, то есть формально считался вассалом французского короля, хотя на деле был значительно сильнее сюзерена. Для короля Франции это означало перспективу долгой и трудной борьбы за подчинение могущественного вассала, который, со своей стороны, всегда был готов присоединиться к его врагам.





Назад Вперед