РОЖДЕНИЕ ИМПЕРИИ

Авторский сайт писателя Сергея Шведова

ПИРАТЫpirat1001.jpg"

ПИРАТЫ АНТИЧНОГО МИРАpirat01.jpg"

АРАБСКИЕ КОРСАРЫpirat02.jpg

МОРСКИЕ ПОХОДЫ СЛАВЯНpirat03.jpg

ВИКИНГИpirat04.jpg

УШКУЙНИКИpirat05.jpg

ПИРАТЫ БАЛТИЙСКОГО МОРЯpirat06.jpg

АЛЖИРСКИЕ ПИРАТЫpirat07.jpg

ПОРТУГАЛЬСКИЕ ПИРАТЫpirat08.jpg

ФРАНЦУЗСКИЕ КОРСАРЫpirat09.jpg

ФЗЭНСИС ДРЕЙКpirat011.jpg

ТОМАС КАВЕНДИШpirat012.jpg

ГЕНРИ МОРГАНpirat013.jpg

ПИРАТЫ НОВОГО СВЕТАpirat014.jpg

ПИРАТЫ ИНДИЙСКОГО ОКЕАНАpirat015.jpg







об издательстве
ПИРАТЫ

ПИРАТЫ КОРОЛЕВЫ ЕЛИЗАВЕТЫ

Через два года после вступления на престол в 1558 году английской королевы Елизаветы I испанский посол в Лондоне епископ Квандр попросил у нее аудиенции, чтобы от имени своего монарха Филиппа II заявить решительный протест против разбойничьей деятельности англичан-пиратов. Посол знал, что в английском порту Дувр в то время существовал рынок торговли захваченными во время пиратских вылазок испанскими дворянами. За каждого хорошо одетого испанца, один вид которого предполагал возможность получения выкупа, посредники платили по 100 фунтов стерлингов.
Особое негодование посла вызывало дело двух английских пиратов – Пула и Чэмпни. Они нападали на испанские корабли в районе между Азорскими и Канарскими островами. В 1560 году пираты высадились на Канарских островах, но там были пойманы испанцами и посажены в крепость. Во время рождественской мессы, когда все жители находились в церкви, оба пирата бежали, пробрались на пристань, захватили стоявшее на якоре судно и благополучно добрались на нем до Англии.
Вторая половина XVI века предвещала неизбежную схватку между Англией и Испанией. Мир, поделенный между Испанией и Португалией папской буллой, был закрыт для английских кораблей. Богатства Востока и Нового Света проплывали мимо кошелей английских и голландских купцов; серебро, выкачанное испанцами из колоний, позволяло им вмешиваться в политику и внутренние дела всей Европы, в том числе и Британии. Решающая схватка состоится в конце века. Пока Англия еще слишком слаба, чтобы бросить вызов Испании. Но это не значит, что энергичная королева Елизавета и ее советники сидят сложа руки. Их политика, направленная на сокрушение величия католической Испании, предусматривает нанесение ударов испанцам везде, где только можно. И пиратство — один из путей к этому.
Английские, французские (гугенотские) и голландские капитаны, ведшие свои эскадры к сердцу испанских владений — в Карибское море — и нападавшие на тяжело груженные галеоны, на которых вывозились богатства Америки, не считали себя пиратами. Когда они возвращались домой, их встречали как героев; в снаряжении их кораблей с охотой участвовали вельможи и короли. Но война между пиратами и испанцами была беспощадной, и если пират попадал в руки врагов, живым он не уходил. Жестокость войны усиливалась тем, что помимо материальных соображений никогда не забывался религиозный аспект проблемы. Английские, голландские и французские протестанты были для испанцев еретиками хуже дикарей, исчадием дьявола. И эти чувства были взаимны.
Именно в такой обстановке развернулась деятельность корсаров ее величества – Хокинса, Дрейка , Фробишера, Кавендиша и многих других.

В XVI в. одним из главных центров экспансии Англии был порт Плимут. Его выдающаяся роль в освоении новых морей англичанами не подлежит сомнению. Многовековое господство Британской империи в мире начиналось в торговых конторах и гаванях этого города, где сходились нити, связывавшие Европу, Африку и Вест- и Ост-Индии. Именно отсюда открывались морские ворота в Атлантику, к сокровищам Новой Испании. Но если этот порт для Англии был ключом в Новый Свет, то центральное место в системе предпринимательства и торговли Плимута принадлежало семье Хокинсов, наиболее почтенной и уважаемой в городе. Три поколения семьи Хокинсов были образцом смелых моряков, оборотистых бизнесменов-политиков и ловких авантюристов, не побоявшихся поставить на карту свою репутацию вкупе с богатством.
Однако среди представителей дома Хокинсов встречаются и настоящие законопослушные буржуа, уважаемые и прагматичные торговцы, свои дела они вершили с размахом, но без того авантюрного риска, который поставил бы их в один ряд с «рыцарями» морского разбоя.
Таким был глава семьи, плимутский магнат Уильям Хокинс (1490/1500 — 1554), или, как его прозвали, Капитан Уильям, — бескомпромиссный бизнесмен, твердо защищавший свои интересы. Он начал свою деятельность, ориентируясь на рынки Западной Европы: вывозил ткани и олово и импортировал сахар и перец из Португалии, соль и вино из Франции, мыло из Испании и рыбу с Ньюфаундленда. Одним из первых в Англии Капитан Уильям уяснил выгоду торговли с Африкой и Новым Светом и организовал экспедиции в Гвинею и Бразилию. В родном городе торговец заслужил добрую репутацию и дважды избирался мэром (1532 — 1533; 1538 — 1539).
Его старший сын Уильям, или Уильям-младший (1519 — 1589), продолжал дело отца. Респектабельный бизнесмен и надежный деловой партнер, он не уронил репутацию семьи. Трижды избираемый мэром Плимута (1567 — 1568; 1578 — 1579; 1587 — 1588) и много сделавший для родного города, этот уважаемый человек не оставлял вниманием пиратство. Снаряжаемые им корабли успешно крейсировали в Ла-Манше и действовали против французов и испанцев. Да и сам Уильям не чурался участвовать в морских экспедициях и в 1568 году возглавил плавание в Бразилию. Но, конечно, его биографию не сравнить с тем калейдоскопом событий, которыми изобилует жизнь его младшего брата, сэра Джона Хокинса. Джон занялся самым прибыльным в то время делом – торговлей неграми-невольниками. Ведущие купцы Сити, включая лондонского лорд-мэра, стали членами предложенного Хокинсом «работоргового синдиката». На деньги синдиката Хокинс в октябре 1562 года снарядил три корабля и направился к западным берегам Африки, где хозяйничали португальцы, которые считали этот район своей вотчиной и не допускали туда иностранцев. Обманув их бдительность, а может быть, и сговорившись с ними, Хокинс загрузил в трюмы своих кораблей 400 негров-невольников. В пути через Атлантику почти половина негров умерли. На Гаити Хокинс заставил испанцев обменять своих рабов на жемчуг, кожи и сахар. Реализовав эти товары в Англии, он сумел купить и оснастить несколько кораблей.
Следующую экспедицию Xокинс организовал в 1566 году. Из-за протестов испанского посла Xокинс был вызван в адмиралтейство и дал обещание не плавать к берегам Вест-Индии. Поэтому в экспедицию отправилось четыре корабля под общей командой капитана Джона Лоувелла. В составе экипажа одного из кораблей был племянник Xокинса – Фрэнсис Дрейк.
На этот раз англичане захватили у берегов Африки пять португальских судов с невольниками и грузом воска и слоновой кости. Одно судно со слоновой костью и воском было отправлено в Англию, а четыре остальных, с рабами, ушли в Вест-Индию, где англичане повторили торговую операцию по обмену рабов на товары, заставив испанцев все же вступить с ними в торговый обмен. После реализации всех товаров в Англии Xокинс сумел организовать третью экспедицию, в которую отправились уже шесть кораблей.
Елизавета выделила в экспедицию два своих военных корабля: «Иисус из Любека», купленный еще ее отцом Генрихом VIII в Любеке 30 лет назад (большой корабль водоизмещением 700 тонн, вооруженный 22 тяжелыми и 42 легкими орудиями) и «Миньон» (водоизмещением 340 тонн). Первым командовал сам Xокинс, возглавивший экспедицию, а вторым – капитан Xэмптон. Кроме этих судов в экспедицию пошли небольшие суда «Уильям и Джон», «Ласточка», «Ангел» и «Юдифь». Барком «Юдифь» командовал его владелец, Фрэнсис Дрейк. Всего на кораблях, участвовавших в экспедиции, было 500 моряков.
Суда вышли из Плимута 2 октября 1567 года. На африканском берегу Xокинс воспользовался войной между негритянскими племенами. Он помог одной из сторон победить своих противников, а в награду ему отдали всех пленных (около 500 негров). Кроме того, была захвачена португальская каравелла, которой дали новое название «Божье благословение». В марте 1568 года суда Xокинса с живым товаром добрались до Антильских островов. Два судна – «Юдифь» и «Ангел» – он отправил торговать рабами к берегам Колумбии, а сам с остальными направился к побережью Венесуэлы (тогда приморские области этих стран назывались Новой Андалузией).
В небольшой гавани Рио-де-ла-Ача испанцы отказались от торговли и встретили Дрейка огнем орудий, но он не ушел с якорной стоянки. Через некоторое время туда подошел Xокинс, которому так и не удалось реализовать живой товар. Несчастные невольники, запертые в трюмах, гибли один за другим. Xокинс высадил десант в составе 200 моряков и опустошил Рио-де-ла-Ача. Жители успели убежать в окрестные леса. Xокинс отправил к ним своего посланника, который передал последнее требование пирата: если у него не купят всех черных рабов по сходной цене, то он сожжет город. Пришлось местным плантаторам согласиться и забрать оставшихся в живых невольников.
В Мексиканском заливе английские суда попали в сильный шторм. Особенно пострадал старый «Иисус из Любека». Xокинс направился в порт Сан-Xуан-де-Улоа, находившийся в 15 милях к югу от города Вера-Круз, из которого вывозилось в Испанию серебро, добываемое в рудниках Мексики. Через два дня в порт зашла испанская эскадра из 13 кораблей, предназначенная для охраны испанских судов, перевозивших из Америки в Испанию золото и серебро. Испанскую эскадру возглавлял новый вице-король Мексики Мартин Энрикес.
В порт были стянуты испанские войска, и испанцы попытались захватить английские корабли, несмотря на подписанное Xокинсом с вице-королем соглашение об обеспечении безопасности англичан и возможности их свободного ухода из гавани. Англичанам удалось орудийным выстрелом взорвать пороховой погреб на испанском вице-адмиральском корабле. При этом погибло до 300 испанцев. В маленькой гавани (шириной всего в полмили) шел бой между 20 кораблями. У англичан были потоплены «Ангел» и «Ласточка». Судно «Божье благословение» было сильно повреждено. Корабль зажгли и направили в сторону испанских судов. Испанцы потеряли четыре корабля.
Большой ущерб испанцам нанесла артиллерия «Иисуса», которой командовал сам Xокинс. «Иисус из Любека» почти тонул от многочисленных попаданий испанских ядер. Xокинс приказал «Юдифи» и «Миньону» подойти вплотную к флагману, чтобы забрать людей и перебросить ценные грузы. Когда работы по перегрузке были в разгаре, англичан атаковали два испанских брандера (частные торговые суда, заполненные горючими и зажигательными материалами). Xокинс понял, что «Иисуса» ему не спасти, и решил уходить на «Юдифи» и «Миньоне».
В результате только «Юдифь» и «Миньон» сумели вырваться из порта, а остальные английские суда затонули. Xокинс возглавил экипаж «Миньона», а Дрейк повел на восток «Юдифь». Затем суда потеряли друг друга в океане. Дрейк благополучно возвратился в Плимут только в январе 1569 года; судно было в хорошем состоянии, на его борту находилось 65 моряков. На «Миньоне» при уходе из Сан-Xуан-де-Улоа находилось 200 моряков и очень мало продовольствия. 100 человек добровольно остались на американском берегу, чтобы остальные все же сумели добраться до Англии. Из высадившихся лишь двоим через много лет удалось возвратиться на родину, остальные были схвачены испанцами и погибли в застенках инквизиции.
Xокинс на «Миньоне» добрался до берегов Англии через четыре месяца и прибыл в Плимут через пять дней после прихода Дрейка. Из-за голода и цинги на «Миньоне» остались в живых только 15 моряков. Дабы отомстить испанцам за коварство и нарушение соглашения Xокинс стал двойным агентом. С согласия английского правительства он оказался участником заговора против королевы Елизаветы. Заговорщики хотели сделать английской королевой королеву Шотландии Марию Стюарт, находившуюся в заточении в Англии. И испанский посол в Англии, и испанский король Филипп II поверили в искренность Xокинса, который обещал своими 16 кораблями охранять подступы к Испанской Америке от пиратов всех национальностей. За свои услуги Xокинс просил освободить его матросов из испанских тюрем и возместить ему все расходы. К концу августа 1571 года его матросы были освобождены и отправлены на родину, получив по 10 дукатов каждый, а Xокинс получил от испанцев 40 тысяч фунтов стерлингов. Он вошел в такое доверие к испанскому послу, что тот сообщал ему обо всех обстоятельствах заговора против Елизаветы. Ясно, что эти сведения сразу же передавались Xокинсом английскому правительству. Ясно и то, что заговор был раскрыт, но испанцы так и не узнали о роли Xокинса в провале заговора.
В 1571 году Джон Хокинс был избран мэром Плимута, вошел в доверие к королеве, был назначен казначеем флота (1577) и ответственным за его строительство. Когда к берегам Англии подошла «Непобедимая Армада», Хокинс командовал собственным новопостроенным кораблем «Виктори» («Победа») и состоял третьим по рангу командующим в английском флоте, вслед за адмиралом Чарлзом Хоуардом, лордом Эффингемом, и своим племянником сэром Френсисом Дрейком. Заслуги Джона Хокинса были вознаграждены. 26 июля 1588 года, когда боевые действия в Ла-Манше были еще в разгаре, на борту флагманского корабля «Ак Ройял» («Королевский корабль») он был возведен адмиралом Хоуардом в рыцарское достоинство.
После разгрома Армады сэр Джон, инициатор идеи морской блокады Испании, выдвинулся на первый план. В 1590 году он отправился с эскадрой из шести судов к побережью Пиренейского полуострова в надежде заполучить ценную добычу. Король Филипп II, узнав о подготовке эскадры, отдал приказ отменить все плавания из Вест-Индии. Хокинсу пришлось довольствоваться отдельными призами, и ценность захваченной добычи не покрыла расходы на организацию плавания. Через несколько лет, в августе 1595 года, сэр Джон совместно с Дрейком отправился в плавание в Вест-Индию. Для пожилого человека с ослабленным здоровьем климат Карибского моря оказался губительным. Хокинс заразился малярией и лихорадкой. В ноябре 1595 года в море близ Пуэрто-Рико он скончался на борту своего судна и был похоронен в соответствии с морскими традициями.

Самой героической фигурой среди Хокинсов был, несомненно, сын сэра Джона от первого брака Ричард, родившийся в 1560 году. О ранних годах его жизни известно немного. По-видимому, они прошли в будничной суматохе порта, приобщении к делам отца и к жизни на корабле. В первое плавание он ушел в 1582 году, когда со своим дядей Уильямом Хокинсом отправился в Вест-Индию. Через несколько лет, в 1585 — 1586 годах, он уже командовал галиотом «Дюк» («Герцог») в экспедиции Ф. Дрейка в Вест-Индию. С ним же он крейсировал у берегов Испании в 1587 году, но нет сведений о том, какие функции он выполнял. В 1588 году в сражении в Ла-Манше он командовал судном «Свэлоу» («Ласточка»), а два его торговых корабля использовались как брандеры при атаке испанцев в Кале. В 1590 году Ричард вместе с отцом охотился за золотыми галионами у побережья Испании, однако масштаб подобных рейдов не устраивал молодого человека. Уже со времени разгрома Армады у него созревал поистине фантастический план. Его реализация затмила бы легендарное плавание Дрейка вокруг света, заложив основы английской империи на Востоке. Ричард намеревался построить судно и отправиться к берегам Южной Америки. Пройдя Магеллановым проливом и войдя в Тихий океан, он предполагал двинуться вдоль побережья Чили и Перу и за счет грабежа испанцев возместить расходы на снаряжение корабля и получить дополнительный доход. В дальнейшем Ричард надеялся добраться до Калифорнии, отремонтировать судно, пересечь Тихий океан и достигнуть стран Восточной Азии. В соответствии с его замыслом, предполагалось наладить здесь английскую торговлю и начать колонизацию новых территорий.
Построенный корабль первоначально назвали «Рипентэнс» («Покаяние»), но королева настояла, чтобы судно переименовали в «Дэйнти» («Лакомство»). В июне 1593 года корабль вышел из Плимута. Начало плавания складывалось удачно. Пройдя Атлантическим океаном, «Дэйнти» подошло к Фолклендским островам, а затем углубилось в Магелланов пролив. Выбравшись в Тихий океан, Ричард, как и было задумано, направился на север, атаковав испанцев у Вальпараисо. Однако выяснилось, что те не дремлют. Новости о появлении англичан уже достигли вице-короля Перу маркиза де Канете, и на корабль Хокинса была устроена облава. Шесть кораблей и две тысячи человек вышли под командованием дона Бельтрано де Кастро на поиски «Дэйнти» и семидесяти пяти человек его экипажа. Хокинс попал в кольцо. От первого столкновения он сумел отбиться, но испанские корабли новой конструкции, маневренные и хорошо вооруженные, вновь настигли его в одном из заливов побережья. Они прижали «Дэйнти» к берегу и принялись методично расстреливать корабль. Англичане сражались до последнего — девятнадцать человек было убито, сорок ранено, иссякли боеприпасы, — и Хоукинс был вынужден капитулировать (22.06.1594). Это было первое судно, взятое испанцами в южных морях и выставленное как трофей в Панаме. По условиям сдачи, принятым Хокинсом, испанцы обязались отправить захваченных англичан домой — они попали в Англию через три года.
Судьба самого Хокинса сложилась иначе. Три года он провел в плену в Перу, затем был переправлен в Испанию. Ричард пытался бежать, был пойман и брошен в Мадридскую тюрьму. Испанцы предложили выплатить за него выкуп и назначили огромную сумму в 3 тыс. фунтов стерлингов. Несомненно, семья Хокинсов располагала требуемой суммой, но сэр Джон к этому времени умер, и делами распоряжалась его вторая жена, мачеха Ричарда. Она не спешила расставаться с деньгами, и только в 1602 году выкуп был выплачен и Ричарда освободили.
В следующем, 1603 году при вступлении на престол Якова I Хокинс-младший был возведен в рыцарское достоинство. Сэр Ричард становится вице-адмиралом Девоншира, мэром Плимута (1603 — 1604) и членом парламента от Плимута. Впрочем, новоиспеченного вице-адмирала вскоре арестовали по подозрению в содействии пиратам, но дело замяли, В 1620 — 1621 голах он участвовал в экспедиций против корсаров Магриба, в результате которой удалось освободить из неволи захваченных мусульманами англичан. Через несколько месяцев после возвращения из похода сэр Ричард скончался.

Октябрьским днем 1618 года во дворе Старого Вестминстерского дворца в Лондоне был приведен в исполнение смертный приговор. В то утро площадь была заполнена народом. Ничего удивительного в этом не было — масштаб личности приговоренного и высокий пьедестал, с которого он теперь был низвергнут, возбуждали праздное любопытство толпы. Сам осужденный не преуменьшал значения события и знал, что казнь вызовет огромный интерес. Приглашая одного из своих друзей на процедуру собственной казни, он предупредил его о необходимости заранее подыскать удобное местечко. Он встретил смерть с непреклонной решимостью и твердостью духа. Топор опустился под вздох ошеломленной толпы. Окровавленную седую голову насадили на шест, но палач молчал и не мог выкрикнуть положенной по процедуре фразы: «Смотрите на голову предателя!». И в этот момент в толпе кто-то воскликнул: «Другой такой головы у нас больше не найдется». Эти слова прозвучали как горькая эпитафия — эпитафия сэру Уолтеру Рэли, одной из самых ярких фигур елизаветинской эпохи.
Сэр Уолтер Рэли оставил в истории немалый след как государственный деятель, поэт, ученый, географ, философ, историк, придворный, солдат, писатель, моряк. Многогранность талантов, кипучая энергия, широкий размах задуманных проектов выдвинули его на первый план мировой истории конца XVI в. Даровитый, ловкий политик-царедворец, он был олицетворением курса на военное столкновение с католической Испанией, организатором морской войны, объявленной англичанами испанской торговле. Рэли вовсе не претендовал на то, чтобы лично командовать кораблями и в поисках испанских призов блуждать по морям. Он руководил действиями из Лондона. Пиратские флотилии, снаряжаемые Рэли, подкарауливали суда «Золотого» и «Серебряного» флотов, нападали на испанские владения в Америке и приносили огромные убытки испанской казне.
Биография Рэли ошеломляет. Выходец из семьи бедного английского сквайра из Девоншира, он родился предположительно в 1552 году. Ни состояния, ни титулов Рэли не имел, был пятым ребенком в семье и рассчитывать мог только на себя. Солдат, он начал свой военный путь как участник гугенотских войн во Франции, сражался при Жарнаке и Монконтуре (1569) и был свидетелем ужасов Варфоломеевской ночи (1572). В 1577 году его забросило в Нидерланды, где вместе с гёзами он бился против испанцев. Затем он вернулся в Англию. Его образ жизни необычен и далек от однообразия. Как человек, тянущийся к науке, Рэли обучается в университете, постигает древние языки, юриспруденцию, занимается историей, философией, богословием, математикой. Но неотступно присутствует и другая сторона его жизни — жизнь веселого легкомысленного кутилы, завсегдатая трактиров, неизменного заводилы в веселых кутежах и попойках, баловня судьбы, пользующегося славой заядлого бретера, одного из самых опасных дуэлянтов Англии. Последнее, правда, не мешает ему разрабатывать проекты открытия Нового Света. В 1578 году Рэли отправился в плавание к Азорским островам и в Вест-Индию. Эту экспедицию организовал его сводный брат, полковник Хэмфри Джилберт, с намерением основать на побережье Северной Америки английские колонии, сокрушить испанское могущество в Карибском море и отобрать у испанцев золотые и серебряные прииски. Дело кончилось плачевно — в первом же морском бою с испанцами англичане были разбиты и вернулись на родину. Но счастливая звезда уже светила Рэли. В 1580 году он попал в Ирландию и участвовал в подавлении восстания графа Десмонда, поддерживаемого Испанией. Здесь он познакомился с фаворитом королевы, графом Лейстером, и, оказавшись через год в Лондоне, попал в ближайшее окружение Елизаветы и вскоре стал ее фаворитом. Словно по мановению волшебной палочки делает он головокружительную карьеру. В 1584 году он возведен в рыцарское достоинство, в 1585-м получил пост правителя оловянных рудников, лорд-наместника Девоншира и Корнуолла, чин вице-адмирала; Рэли становится богатым и влиятельным вельможей. В период 1583 — 1589 годов он снаряжает за свой счет шесть экспедиций в Новый Свет, пытается организовать английские поселения на берегах Виргинии, участвует в синдикате, основанном для поисков Северо-западного прохода в Тихом океане, однако все начинания оканчиваются неудачами. Впрочем, благодаря экспедициям, организованным Рэли, в Англию привезли картофель и табак, и не подлежит сомнению, что в распространении этих продуктов велика заслуга сэра Уолтера. Правда, в диковинных американских растениях зачастую ценили тогда совсем не то, что ценим сегодня мы; к примеру, картофель привлекал горожан не клубнями, а своими цветами, и его выращивали в оранжереях, подобно розам.
В год «Непобедимой Армады» Рэли управляет обороной побережья Западной Англии, в начале 90-х годов он выступает инициатором новой стратегии борьбы против испанского могущества, организуя блокаду Пиренейского полуострова с целью перехвата «Золотого» и «Серебряного» флотов. Однако весной 1592 года, когда во главе флотилии Рэли готовился выйти в море, его арестовали и посадили в Тауэр — таков был приказ королевы, разгневанной тайной женитьбой сэра Уолтера на одной из ее фрейлин. Впрочем, влияние экс-фаворита было еще достаточно велико, и вскоре он вышел на свободу. В 1593 году Рэли предложил направить экспедицию в Южную Америку, к устью реки Ориноко, на поиски сказочной страны золота — Эльдорадо. Организовав к берегам Венесуэлы разведывательную экспедицию (1594), Рэли сам отправляется туда в 1595 году, громит испанскую крепость Сан-Хосе-де-Оруна на острове Тринидад и делает попытку пройти по Ориноко. В многочисленных речных протоках и сырых джунглях экспедиция понапрасну растратила силы и вернулась на Тринидад. На обратном пути в Англию Рэли разграбил Сантьяго и Каракас, но привезенная оттуда добыча не могла заменить богатств «золотой страны». Однако влияние сэра Уолтера не уменьшилось. Блеск его красноречия, бесконечные рассказы о фантастических, легко достижимых богатствах и приключениях в тропических лесах Венесуэлы делали его положение все прочнее; он буквально завораживал современников магией своей личности. Королева вновь благосклонна к нему. В 1596 году с военной экспедицией под командованием графа Эссекса Рэли отправляется к берегам Испании и блестяще действует при атаке Кадиса, что еще больше упрочило его позиции при дворе…
В 1603 году, после смерти Елизаветы I, на престол Англии взошел король Шотландии Яков 1. Уже через полмесяца Рэли был обвинен в государственной измене: его подозревают в заговоре, цель которого — захватить короля. И вновь Рэли попадает в Тауэр; «исчадие преисподней» — так теперь называли некогда всесильного фаворита. Он приговорен к смертной казни, но казнь не состоялась. Долгих тринадцать лет проведет сэр Уолтер в тюремной камере под Дамокловым мечом неотмененного смертного приговора, его дух не сломлен, он работает с небывалым воодушевлением. Правда, теперь его энергия, стиснутая стенами тюремной камеры, находит иное проявление. Он организовывает химическую лабораторию, занимается опреснением морской воды, создает сильнодействующий сердечный препарат, пишет трактат о кораблестроении и морской тактике, работы по политическим и военным вопросам. Вершиной его писательской деятельности станет первый том «Всемирной истории». Наконец в марте 1616 года Рэли освобожден. Еще через год, в июне 1617 года, он отправлен с эскадрой в Эльдорадо на поиски золота. Это плавание окончилось полным крахом и стало последним трагическим ударом, сокрушившим Рэли. На этот раз он потерял все. Золотые миражи рассеялись. Никогда не осуществятся планы отыскать Эльдорадо: из-за раздоров со своими капитанами Рэли не сможет отправиться в глубь Венесуэлы и будет вынужден остаться в устье реки, чтобы прикрыть ушедшие по Ориноко суда в случае появления испанцев. Корабли вернутся без золота, принеся страшное известие: в безрассудной атаке погиб двадцатилетний сын Рэли. Так и не появится «Золотой» флот, на охоту за которым Рэли пустится на обратном пути. Верные соратники отвернутся от своего командующего, дезертируют из эскадры и отправятся пиратствовать в открытое море. Команда флагманского судна поднимет мятеж. Тот еще полный сил человек, каким был Рэли в начале плавания, превратится в истерзанного жизнью старика, с бессвязной речью, апатичного и безвольного. Крах потерпели и политические амбиции, которые Рэли связывал с этой экспедицией. Несмотря на запрещение короля вступать в схватку с испанцами, люди Рэли атаковали испанский гарнизон форта Сан Томе в Венесуэле. Рэли рассчитывал при поддержке местных индейцев поднять антииспанский мятеж и превратить эти территории в английское владение. По его замыслу, это могло заставить короля Якова I объявить войну Испании. Но капитаны отказались подчиниться своему командующему, и план провалился. К тому же внешнеполитический курс лондонских политиков тяготел к союзу с Мадридом: как раз в то время, когда осуществлялось плавание Рэли, король Яков I вел переговоры о браке своего сына Карла, принца Уэльского, с испанской инфантой. Возвращаясь на родину, командующий знал о том, что его ждет. По прибытии истрепанных бурями кораблей Рэли в Плимут, сэр Уолтер по требованию испанского посла был арестован. Командующему предъявили обвинение в пиратстве. На судебном процессе всплыл не отмененный смертный приговор 1603 года, который теперь, через пятнадцать лет, вступил в силу. Все было кончено.

26 июля 1588 года, на борту флагманского судна английского флота «Ак Ройял» адмирал Хоуард посвящал в рыцари моряков, отличившихся в сражении с «Непобедимой Армадой». На палубе, среди удостоенных высокой чести, стоял командир корабля «Триумф», самого крупного корабля королевских морских сил. Этот человек, блестящий представитель когорты «морских волков» Елизаветы, оказался, пожалуй, самой героической фигурой в сражении. После разделения флота на четыре эскадры, ему было поручено командование одной из них. И вот теперь прежние и нынешние подвиги были оценены по заслугам. Отныне этот человек стал именоваться сэр Мартин Фробишер.
Фробишер — человек грубоватого, неистового нрава, сокрушавший все препятствия на своем пути, был невероятно силен и храбр, как лев. Несмотря на ужасный характер, он снискал огромную популярность среди англичан и добился уважения самой Елизаветы.
Он родился в 1539 году в Йоркшире в уэлльской семье, переселившейся в Англию еще в середине XIV в. Его отец, Бернард Фробишер, был одним из наиболее почтенных в округе людей. Мать происходила из семьи сэра Джона Йорка, известного лондонского купца. В 1542 году отец умер, и мальчика отправили в Лондон к деду. Сэр Джон решил сделать из Мартина моряка. С ранних лет мальчик начал выходить в море. Его первые большие плавания состоялись к берегам Гвинеи в 1553 и 1554 годах. Во время второго из них произошли события, позволившие юноше проявить свой характер. Один из туземных вождей перед началом торговли потребовал от англичан оставить заложника. Мартин отправился на берег добровольцем. Скоро он оказался в руках португальцев, которые бросили его в тюрьму. Каким образом он сумел выбраться на свободу — неизвестно, но уже в 1559 году он находился в Англии и совершил плавание в Средиземное море к берегам Магриба.
Второй этап его биографии продолжался около десяти лет и охватывает 1563 — 1574 годы. В сообществе с Хокинсами и Киллигрью он захватил в море много призов. Когда ему не удавалось достать каперскую грамоту, он действовал на свой страх и риск. В мае 1563 года он привел в гавань Плимута пять захваченных французских кораблей; в 1564-м захватил в Ла-Манше корабль «Кэтрин», который вез в Испанию гобелены для самого короля Филиппа II. По возвращении в Англию, его засадили в тюрьму, но продолжалось заключение недолго. Уже в 1565 году он на свободе и на корабле «Мэри флауэр» вновь выходит на промысел. В последующие годы он грабил на «законных» основаниях. Так, располагая лицензиями, полученными от вождей французских гугенотов принца Конде и кардинала де Шатильона, он в 1566 году захватывал суда французских католиков. В 1569 году Фробишер получил патент на приватирство от принца Вильгельма Оранского. В эти годы его неоднократно арестовывали англичане, и правительство отправляло неукротимого разбойника в тюрьму, однако до судебного разбирательства дело ни разу не доходило. Знание и опыт молодого моряка, несомненно, делали его услуги необходимыми правительству, и оно закрывало глаза на его «проступки». В 1570 году Мартин Фробишер уже на службе у королевы.
Третий этап жизни Фробишера знаменателен тем, что удалой пират превратился в пионера покорения Арктики и поневоле стал одним из знаменитейших мистификаторов эпохи. XVII в. жил надеждой открыть Северо-западный проход в Китай, Японию и Индию. Фробишер, знакомый с географическими данными того времени, полученными им от португальских мореплавателей и английских ученых, зажегся идеей отыскать неизвестные пути в восточные страны. В 1576 году состоялась его первая арктическая экспедиция. Два корабля («Габриэль» и «Михаэль») вышли в июле из Дептфорда, прошли Северное море, обогнули Шотландские и Фарерские острова и добрались до южной оконечности острова Гренландия. Не выдержав трудностей перехода, одно из судов, «Михаэль», вернулось в Бристоль. Фробишер на «Габриэле» с командой из восемнадцати человек отважно пробивался во льдах, пока не вышел в залив, названный впоследствии его именем. Отсюда корабль Фробишера повернул обратно и вернулся в Харвич 2 октября. Его возвращение произвело сенсацию в Англии. Дело в том, что на пустынном берегу новооткрытого залива были найдены черные камни с прожилками, очень похожими на золото. Немедленно была организована компания с участием королевы, важных государственных сановников и магнатов Лондонского Сити. Цели следующей, второй экспедиции определялись не столько поисками Северо-западного прохода, сколько освоением открытой «Золотой земли», названной королевой «Мета Инкогнита» («Неведомая цель»), оттуда намеревались вывезти как можно больше руды. Трудностей с финансированием не возникло. Елизавета «пожертвовала» 500 фунтов стерлингов и предоставила военный корабль. Экспедиция вышла в мае 1577 года и вернулась в сентябре. Было привезено около 200 тонн неизвестной черной породы с «золотыми» блестками; прихватили также троих местных аборигенов-эскимосов — мужчину, женшину и ребенка. Если судьба несчастных северных туземцев была печальна, и они вскоре умерли, то шумиха вокруг руды не утихала еще долго. Известный немецкий ученый Бурхард Кренич исследовал новую породу и дал оптимистический прогноз по поводу возможного содержания в ней золота. Все наперебой помешали деньги в сказочно богатое предприятие. Королева вложила в дело 1350 фунтов, а граф Оксфорд — 2 тыс. фунтов. Было решено отправить в следующем году пятнадцать судов с горняками, каменщиками, золотодобытчиками, привезти 2 тыс. тонн камня, на месте находки заложить форт и организовать масштабную добычу руды. Отплыв в мае 1578 года, корабли Фробишера с трудом выдержали тяжелое плавание и в жалком состоянии добрались до Гудзонова залива, однако попытки освоить местность оказались тщетными, и пришлось возвращаться в Англию, загрузив на корабли новую партию «золотых» камней. Но после повторных исследований выяснилось, что никакого золота в руде нет. Компания потерпела полный крах; многие пайщики обанкротились. Горькая участь постигла и инициатора плавания — его арктическая одиссея потерпела фиаско.
Десятилетний период жизни Фробишера, предшествующий борьбе против «Непобедимой Армады», был отмечен несколькими важными событиями. После участия в подавлении Ирландского восстания 1578 года, Фробишер, по-видимому, вновь занялся пиратством. В 1582 году он должен был направиться к Молуккским островам в составе экспедиции Эдуарда Фентона, но из-за разногласий с командующим отказался от плавания. В1585 — 1586 годах Фробишер в качестве вице-адмирала участвовал в плавании Дрейка в Вест-Индию и сыграл важную роль в захвате Санто-Доминго и Картахены. Накануне битвы с Армадой он командовал флотом Ла-Манша и крейсировал в проливе, охраняя побережье Англии от испанского вторжения. После разгрома испанцев в 1588 году Фробишер продолжал играть ведущую роль в антииспанской борьбе. Будучи приверженцем теории Хокинса о том, что борьбу против Испании необходимо сосредоточить на ее «золотых» коммуникациях с Вест-Индией, Фробишер участвовал в нескольких операциях у Азорских островов по перехвату галионов (1589, 1590, 1592, 1593). В 1594 году, когда испанские войска высадились в Бретани и захватили Брест, создав угрозу вторжения в Англию, Фробишера назначили командовать маленькой эскадрой, направленной для помощи французским гугенотам, действующим против испанцев. В ноябре, при штурме форта Крозон в окрестностях Бреста, он был смертельно ранен и вскоре умер.

Едва ли не самой колоритной фигурой в когорте «морских рыцарей» Елизаветы был Джордж Клиффорд, III граф Камберленд. Военный моряк, он во время сражения с «Непобедимой Армадой» командовал кораблем «Елизавета Бонавентура», а в 1596 году участвовал в военной экспедиции против Кадиса. Этот блестящий аристократ по рождению стоял, конечно, несравнимо выше моряков-рыцарей, подобных Дрейку, Хоукинсу или Фробишеру, выходцев из средних слоев.
Жизнь Джорджа Клиффорда выглядит необычной даже на фоне невероятных биографий других героев эпохи Елизаветы. Он родился в 1558 году, обучался в привилегированных Оксфорде и Кембридже, был первоклассным математиком, географом и навигатором.
На первый взгляд перед нами — придворный, щеголь и ловелас. Светский лев, граф Камберленд был рыцарски предан своей королеве и в честь Елизаветы, дамы сердца, носил на шляпе ее перчатку. Королева, в свою очередь, отличала графа среди прочих придворных. Их отношения носили загадочный характер, и эту завесу таинственности современники так и не смогли приоткрыть. По-видимому, не одни личные симпатии связывали королеву и графа. Поклонник Елизаветы выступал ее доверенным лицом в ведении секретных дел, связанных с участием в финансировании экспедиции по захвату испанских богатств.
Но граф Камберленд — это и человек невероятной храбрости, наделенный безграничной энергией, бросавшийся очертя голову в самые отчаянные предприятия; он пользовался большой популярностью в среде простых людей. Его опыт, знания, готовность разделить все тяжкие испытания и лишения заслужили ему уважение моряков. Жизнь графа — это и история того, как предприимчивый и энергичный человек, баснословно богатый, амбициозный и полный великих планов, по какому-то невероятному стечению обстоятельств растратил все состояние в вихре жизненного потока.
Граф Камберленд снарядил за свой счет двенадцать экспедиций, правда, не слишком успешных. Впрочем, оговоримся — неудачных в финансовом плане. Перед смертью этот некогда богатый человек едва мог расплатиться с долгами, хотя часть состояния он все же сохранил. Джордж Клиффорд потерял около 100 тыс. фунтов стерлингов и так и не сумел выравнять баланс за счет удачи в морской охоте за испанскими галлонами. Ему фатально не везло — сказочные богатства были где-то совсем рядом, но овладеть ими никак не удавалось. Так, в 1592 году, когда англичане захватили знаменитый «Мадре де Диос», моряки с кораблей графа первыми взошли на борт захваченной каракки. Однако при разделе добычи граф мог претендовать на сумму, лишь немногим большую, чем расходы на снаряжение судов.
Самая большая неудача постигла графа в 1594 году. Его корабли наткнулись в море на каракку «Синко льягас», богатствами превосходившую «Мадре де Диос». Весь день корабли атаковали испанца «подобно трем добрым английским мастиффам, напавшим на испанского дикого буйвола». Каракка не сдалась и сумела уйти. Через две недели те же корабли обнаружили в море самый дорогой испанский галион «Сан Фелипе», стоимостью около 2 млн золотых дукатов. Сражение продолжалось до темноты: капитан испанца отказался сдаться и ночью оторвался от преследователей. Захват одного подобного корабля мог с лихвой возместить графу Камберленду все расходы, однако надеждам аристократа не суждено было сбыться.
Впрочем, в 1598 году граф Камберленд сумел снискать лавры триумфатора — если и не в качестве удачливого вкладчика финансов, то как человек, осуществивший блестящую военную операцию. Сформированная им эскадра из двадцати судов пересекла Атлантический океан и, прибыв в Пуэрто-Рико, захватила Сан-Хуан, свершив то, что не смог сделать сам Дрейк в 1596 году. Однако попытка обосноваться на острове и основать английскую колонию кончилась безрезультатно, как и сама экспедиция. Это было последнее предприятие графа Камберленда, скончавшегося в 1605 году.

Рыбаки Азорских островов были уверены, что сэр Ричард Гренвилл был самим дьяволом, принявшим человеческий облик. Все, что произошло в море, они видели своими глазами, и это было невероятно. Когда в 1591 году небольшая эскадра из шести судов под командованием лорда Хоуарда и Гренвилла пошла к Азорским островам на перехват «Золотого флота», никто не предполагал, что их поход закончится крупной неудачей и одновременно продемонстрирует миру героизм англичан.
В ноябре 1591 года испанский флот дона Алонсо де Базана перехватил эскадру Хоуарда у острова Флорес. Лорд Хоуард с пятью кораблями успел уйти, а корабль «Рэвендж» («Месть») под командованием сэра Ричарда остался, чтобы прикрыть отступление и забрать раненых с острова, Гренвилл вполне мог успеть вырваться из азорского капкана, но решил не уступать испанцам. Он пошел сквозь флот противника: один против пятидесяти трех. Исход боя был ясен, но англичане сражались, как дьяволы. Целый день, от рассвета до темноты, шел бой не на жизнь, а на смерть. «Рэвендж» отбил все атаки и повредил пятнадцать испанских кораблей, два из которых затонули. Тяжело раненный сэр Ричард, с упорством смертника, был готов взорвать свой корабль, но команда не допустила этого и сдала судно на условиях почетной капитуляции. Вскоре капитан Гренвилл умер от ран, так и не узнав, что произошло у острова Флорес через несколько дней. Здесь сконцентрировались «Золотой» и «Серебряный» флоты, пришедшие из Вест-Индии, и флот дона Алонсо — всего более ста двадцати кораблей. Поднялась ужасная буря, уничтожившая более половины кораблей, в том числе и захваченный испанцами «Рэвендж». Вот какова была «месть» умершего рыцаря — сэра Ричарда Гренвилла. Английский дьявол поднял со дна морского страшных демонов пучины и с их помощью погубил тех, кто убил его. Так думали рыбаки Азорских островов…
Сэр Ричард обладал крутым нравом, был невероятно упрям и славился своей грубостью. Выходец из древней корнуоллской семьи, он унаследовал неукротимый характер своих предков. В английском флоте жила легенда о том, как разъяренный Гренвилл во время обеда, сжав в руке стакан, надкусил его и грыз осколки до тех пор, пока кровь не закапала на скатерть. В 1562 году двадцатилетний Гренвилл, вовлеченный в уличную драку, убил своего противника. Вскоре он был помилован и, задыхаясь в тесных рамках Старой Англии, отправился на континент. В 1566 — 1568 годах Гренвилл сражался в Венгрии против турок. По возвращении из Европы он стал членом парламента от Корнуолла (1571) и тогда же задумал свой проект южных морей. Он решил нанести удар по испанской монополии над Америкой и Тихим океаном — по его замыслу, следовало преодолеть Магелланов пролив, проникнуть в Тихий океан и создать здесь английские поселения. Королева одобрила план, и Гренвилл в 1574 году получил патент на плавание. Однако обстоятельства переменились, и от замысла пришлось отказаться. Через три года другой англичанин, Френсис Дрейк, пройдет маршрутом, предложенным Гренвиллом, и совершит свое знаменитое кругосветное плавание. Но в это время инициатор идеи будет далеко от моря. Назначенный на должность шерифа Корнуолла (1576 — 1577), Гренвилл активно боролся против местных католиков и в награду за эту деятельность был возведен в рыцарское достоинство (1577). Его следующее появление на страницах морской истории связано с основанием в Северной Америке на острове Роанок в заливе Албемарл английской колонии. В 1585 году сэр Ричард, двоюродный брат сэра Уолтера Рэли, снарядившего экспедицию на остров, доставил туда 180 колонистов, а возвращаясь домой, перехватил испанское судно «Санта-Мария» с грузом имбиря, сахара, золота, жемчуга и серебра. В следующем, 1586 году Гренвилл с тремя кораблями вновь направился к побережью Северной Каролины, но никаких следов колонистов на острове обнаружить не удалось. Он оставил здесь продовольствие и пятнадцать человек для его охраны, надеясь, ч го колонисты все же появятся. На обратном пути Гренвилл решил повторить удачу 1585 года и захватить какое-нибудь испанское судно, но его ожидало разочарование — крейсерство у Азорских островов не дало результатов.
Тем временем приближалась открытая война Англии с Испанией. Накануне «Непобедимой Армады», в 1587 году, сэр Ричард занимался подготовкой к обороне приморских районов Запада. В 1588 году его не было в составе английского флота, он руководил войсками в Корнуолле. После разгрома испанцев в Ла-Манше, он был отправлен с небольшой эскадрой на перехват испанских кораблей, которые, огибая Шотландию, возвращались на родину. Следующие два года сэр Ричард провел в Ирландии, пика в 1591 году не стал одним из тех, кому доверили перехват «Золотого флота». И «дьявол» Гренвилл отправил его на дно, заплатив за «победу» собственной жизнью.

Джону Оксенхаму, или Окснаму, принадлежит слава первого в истории иностранного врага испанской короны в водах Тихого океана. Он был родом из зажиточной девонширской семьи и командовал одним из судов Фрэнсиса Дрейка во время его экспедиции в Карибское море в 1572-1573 годах. В июле 1572 года Дрейк совершил набег на поселение Номбре-де-Диос - конечный пункт карибского серебряного пути вдоль Панамского перешейка. В начале следующего года Дрейк, сопровождаемый Оксенхамом, вернулся и пересек перешеек приблизительно на расстоянии одной лиги от города Панама. По дороге пиратам улыбнулась удача, и они смогли захватить караван из мулов, груженный перуанским серебром, и именно после этого и Дрейк, и Оксенхам поставили себе целью совершать набеги на испанские поселения и грабить суда, крейсируя в девственных водах Южного моря.
Об Оксенхаме известно очень немногое, но из небольшого количества доступных источников следует, что он был талантливым и компетентным навигатором с большим воображением и храбростью, натурой необузданной и человеком, довольно сильно подверженным власти собственных эмоций.
По возвращении в Англию после панамского набега Оксенхам снарядил судно водоизмещением приблизительно в 140 тонн и выплыл из Плимута в 1575 году с командой, состоящей из 70 взрослых матросов и юнг. К концу года они приплыли к северному побережью Панамы, где Оксенхам возобновил свой предыдущий союз с маронами - беглыми негритянскими рабами, которые жили в джунглях и вели спорадические военные действия против испанцев. Пиратское судно было вытащено на берег и укрыто в зарослях мангровых деревьев, а Оксенхам с командой и маронами через джунгли и горы пешком преодолели путь в 12 лиг к верховью реки, несущей свои воды в залив Сан-Мигель, в Тихом океане. Здесь они провели несколько недель, строя пинас - полубаркас с 45-футовым килем, вооруженный двумя маленьким орудиями, которые пираты буксировали за собой через джунгли. Они пустили свой пинас вниз по течению и, выплыв в Южное море, взяли курс на архипелаг Жемчужных (Королевских) островов, простиравшийся прямо вдоль морского пути в Панаму с юга.
После десяти дней, проведенных в засаде, Оксенхам захватил свой первый трофей - маленькое судно, идущее из Кито в Панаму с 60 тысячами песо в золоте и большим запасом продовольствия на борту. Шесть дней спустя пираты захватили второй барк - большое парусное судно, идущее из Перу, на котором находилось 100 тысяч песо в серебряных слитках. Испанцы не были вооружены, и можно представить себе их изумление при неожиданном появлении врага.
Совершив набег на поселения ловцов жемчуга на архипелаге и вернувшись на материк с трофеями, Оксенхам отпустил захваченные суда и освободил всех своих узников, кроме испанской леди, которая сама пожелала остаться вместе с ним. Это стоило ему дружбы с маронами, которым он ранее обещал передать всех испанских пленников, а слухи о его милосердии быстро дошли до властей Панамы, тем самым известив о его присутствии.
Президент аудиенции Панамы снарядил четыре галиота - быстроходные парусные галеры - с сотней солдат под командованием Хуана де Ортеги, который настиг флибустьера в заливе Сан-Мигель около устья той самой реки, по которой пираты прибыли туда. К этому моменту в команде Оксенхама царил разлад. По всей видимости, Оксенхам успел рассориться не только с маронами, но и со своими людьми, которые были недовольны дележом награбленного. Во время отступления произошло несколько стычек с перестрелками, в результате которых была убита половина англичан. Остальные же вместе с Оксенхамом бежали в глубь страны, оставив награбленные сокровища, которые позднее были обнаружены испанцами.
Тем временем власти Номбре-де-Диос обнаружили судно Оксенхама, скрытое на северном побережье, и вскоре все пираты, кроме Оксенхама и нескольких человек, которых взяли в плен и увезли в Панаму, были убиты. Некоторые были приговорены к смертной казни, а Оксенхама и трех его офицеров увезли в Лиму и передали в руки инквизиции по обвинению в ереси. К октябрю 1580 года они все еще были живы, но вскоре их казнили.