КРЕСТОВЫЕ ПОХОДЫ




КОРОЛЬ БАЛДУИН II ( 1118 – 1131)

Победа Рожера Антиохийского над турками, выступившими против крестоносцев в 1115 г., ознаменовала некое отделение Сирии от исламского сообщества. Для сирийских феодалов, оставшихся безо всякой защиты перед неистовством франков, последствия «дня Данифа» были самыми пагубными; но последнее не ограничивалось Сиро-Палестинской географической единицей. Стратегическое превосходство толкало франков к завоеванию других стран мусульманского мира.
Поначалу король Иерусалимский Балдуин I пошел войной на Дамасский эмират. Основной целью был не столько сам город, сколько расположенные непосредственно рядом с ним богатые поля пшеницы: долина Бекаа (Боке), плоскогорье Хоррана и долина Гхор (к востоку от Иордана). Затем король Балдуин I упрочил свою власть в Идумее, к северу от Мертвого моря, построив Шаубак, великолепный замок, известный хронистам под именем Монреаля (1115 г.).
На следующий год король продолжил движение в Вади Араба и дошел до Айлы, расположенной на самом севере залива Акаба. Через этот небольшой город проходили все караваны, направляющиеся из Египта на арабский полуостров и в Сирию. Балдуин приказал укрепить его и недалеко от берега, на небольшом острове Грей (Джазире Фир'Авун) поместил небольшой сторожевой отряд.
Однако самым смелым походом следует считать тот, который был совершен в 1118 г. С малочисленным, но закаленным войском король выступил в поход еще до сезона, когда обычно велись боевые действия; он обошел стороной гарнизон Аскалона, достиг Синайского побережья Средиземного моря и занял Аль-Ариш. 21 марта небольшая франкская армия дошла до Эль-Фарамы, первого египетского города, который, впрочем, сдался без боя. Балдуин продолжил движение к восточному рукаву дельты и долго созерцал мир, столь новый для него. Именно тогда он почувствовал первые признаки болезни и умер на обратном пути в Аль-Ариш (2 апреля). Франки проложили путь в Египет. Вот как повествует об этом летопись Абу'ль-Феда:

«В тот год, говорил Ибн Халликан, Балдуин Франкский выступил на Египет! Придя в Эль-Фараму он захватил город, в котором поджег главную мечеть и другие почитаемые места. Там его настигла болезнь, и он умер, не успев вернуться в Аль-Ариш. Его соратники вскрыли ему живот и выбросили все внутренности туда, куда до сего дня мы продолжали выбрасывать камни. Они увезли его тело и похоронили его в Комаме. Себха Бардуила (соляные копи), что находится посреди песков на дороге в Сирию, получила свое название от его имени. Простолюдины говорят, что брошенные камни указывают на могилу Балдуина, но они ошибаются, ибо там находятся только его внутренности. Балдуин был повелителем Иерусалима, Акры, Яффы и множества других городов Сирийского побережья; именно он отнял их у мусульман».

Король Балдуин I умер бездетным (2 апреля 1118г.), его самым близким родственником был брат Евстафий, граф Булони, тогда находившийся во Франции. Но оставлять королевство без правителя на срок необходимый для приезда, посчитали опасным: иерусалимские бароны разделились на два лагеря – одна за Евстафия, другие против. Первые послали за графом Булони, а вторые, по подсказке графа Галилеи Жослена де Куртене, решили призвать на трон кузена умершего короля Балдуина де Бурка, бывшего тогда графом Эдессы. Последний 11 апреля 1118г. принял королевское помазание и стал Балдуином II (11 апреля 1118 – 21 августа 1131).

Балдуин де Бурк, сын Гуго, графа Ретеля и Мелизинды де Монлери, был родом из замка Бурк (Арденны, кантон Вузьер), располагавшегося в графстве Ретель. Откликнулся на призыв Урбана II и отправился в Первый крестовый поход (1096-1099) в составе армии своего кузена Годфруа Бульонского. После восшествия на иерусалимский престол Балдуина Бульонского, стал графом Эдессы.

Король не забыл услуги, которую ему оказал его кузен Жослен де Куртене, оставив ему во владения графство Эдесса. Евстафий, который отправился в Иерусалим получать корону, по прибытию в Италию узнал (скорее всего, летом 1118г.) о коронации Балдуина II и, несмотря на наличие своих сторонников, признал свершившийся факт, и не захотел предъявлять свои претензии к Балдуину на престол. Так в иерусалимское право вошел принцип, по которому корона должна переходить к самому близкому родственнику покойного короля, живущему на Востоке.
Балдуин II был более благочестивым королем, нежели его предшественник, Балдуин I. Как и его предшественник, двоюродный брат, он женился на армянке (1101), Морфии. Балдуин II был экономным правителем, не пристрастным к роскоши. Именно в период царствования Балдуина де Бурка к нему за поддержкой обратились девять рыцарей, которые возжелали защищать дороги и пути от нападений разбойников и бандитов, для того, чтобы обеспечить безопасность пилигримов идущих из Яффы в Иерусалим. Случилось это в 1118г., пред королем предстали почтенные Гуго де Пейн и Годфруа де Сент-Омер. Король даровал им на время местожительство в южном крыле дворца, близ Храма Господня. Так при поддержкой короля Иерусалима родился орден Храма.

В апреле 1119 г. Ильгази собрал в Мардине внушительное войско туркменов, пообещав им богатую добычу и приказав уничтожить приверженцев «многобожия» и заблуждающихся. Он вторгся в графство Эдесское, перешел Евфрат и направился к Алеппо. В середине мая туркмены собрались вокруг столицы северной Сирии.

«Их было очень много, сила их была очевидна; они были похожи на львов, выслеживающих добычу, или на соколов, кружащих над своей жертвой. Стало известно, что Рожер, правитель Антиохии, ушел из города, взяв с собой кого только мог собрать из своих провинций и областей и создав франкские и армянские полки: более двадцати тысяч всадников и пехоты, не считая слуг. Это войско было прекрасно снабжено и вооружено с головы до ног. Они стали лагерем в месте, называемом Шармада или Дамит аль-Баках между Антиохией и Алеппо. Как только мусульмане узнали об этом, они кинулись на них, словно соколы, защищающие свое гнездо. Так же быстро, как встречаются два взгляда, встретились и противники. Мусульмане атаковали и окружили франков со всех сторон, рубя их саблями и пуская стрелы; Всевышний — да будет благословенно Его имя — даровал победу над восставшим сбродом Исламу; 7 Раби 1513 (18 июня 1119 г.) меньше чем за час франки были повержены и лежали на земле вперемешку, рыцари и пехотинцы с лошадьми и оружием, так что никто из них не ускользнул, чтобы донести до своих это известие, и их правитель Рожер тоже был среди трупов. Множество очевидцев этого рассказывают, что они сами прошлись по полю битвы, чтобы посмотреть на неопровержимый знак, данный Всевышним, что они видели трупы людей и лошадей, ставших похожих на ежей, так они были утыканы стрелами. Эта победа была одной из самых блестящих; никогда еще Ислам не покрывал себя такой славой. Антиохия, лишенная войска, осталась беззащитной... став легкой добычей для того, кто захотел бы напасть на нее, удачным случаем для того, кто ждал его. Но никто не обратил на это внимания, потому что туркмены ринулись в бой безо всяких приготовлений — так было угодно Аллаху, и еще и потому, что воины были заняты сбором добычи, которая оттягивала руки, ожесточала сердца и удовлетворяла разум, познавший столько красоты. (Ибн Аль-Каланиси «История Дамаска»).

Антиохию можно было захватить, но туркмены, опьяненные убийствами, резней и отягощенные добычей, посчитали, что кампания окончена, и, ликуя, разошлись. Нормандская столица оставалась легкой добычей, но первым в нее прибыл новый король Иерусалима Балдуин II . Его армию пополнили отряды Понса Триполийского. Горожане устроили в честь него праздник и признали его регентом Антиохии, до того времени пока на Восток не прибудет Боэмунд II, сын Боэмунда Великого. Балдуин укрепил город, чтобы он мог выдерживать атаки, женил вдов, восстановил феодальную иерархию и, набрав войско из тех, кого мог собрать, выступил в поход. Волей судьбы, в которую он более или менее верил, он стал лагерем в окрестностях Телл Данифа (где ранее Рожер разбил наголову сельджукский поход против крестоносцев). Там произошло большое сражение между королевской армией, туркменами, сохранившими верность знаменам Ильгази, и турками Дамаска. На Ильгази, которому все труднее и труднее было управлять своим ненадежным недавно набранным воинством, произвела впечатление сплоченность христианской армии, и он отступил.
Так король Балдуин II одержал вверх над противником и смог вернуть большую часть земель, отобранных у нормандского княжества. Поскольку людские ресурсы туркменов были неисчерпаемы, их поражение носило лишь временный характер; что же касается королевской армии, она не могла позволить себе допустить стратегическую ошибку, которая привела бы к военному краху.

Артукидское государство простиралось на северо-восток от франкских государств. От высокого анатолийского плато до плодородной долины Джазиры, от Мардина до Алеппо оно, словно в тисках, сковывало северные владения христиан. Опасность была столь велика, что со смерти князя Рожера король Балдуин II ежегодно покидал Палестину, чтобы отправиться из Святого града в дальний путь защищать владения от нападений Ильгази. (Читайте статью «Джихад атабека Мавдуда» )

Короля Балдуина II считают королем-законодателем, он положил начало составления компиляции, известной под именем «Иерусалимских Ассизов». В 1120г. в Наблусе был созван собор, состоящий из баронов, прелатов и самого короля. На нем были установлены двадцать пять статей, которые предусматривали наказания за преступления. Именно эти первые статьи и положили начало Ассизам. По Ассизам сроилась вся жизнь Иерусалимского королевства.

В 1122 году эмир Балак, племянник Ильгази, правивший в Алеппо, решил наведаться в свое владение Харапут в восточной Анатолии, для этого он выбрал кратчайший путь через Эдессу. Будучи предупрежден заранее, Жослен де Куртене, уже некоторое время управлявший княжеством, бросился за ним в погоню. Действительно, какой это был бы подвиг — схватить уже известного Балака ибн Бахрама ибн Артука, племянника Ильгази! Однако в яму попал тот, кто ее копал:

«Балак с восемью сотнями всадников ожидал его в месте, где текла река, окруженная со всех сторон болотами; он занял укрепленную позицию. Словно одержимые, франки бросились на турок, но не смогли преодолеть глубокие овраги, защищавшие их. Неверные ранили стрелами лошадей, которые рухнули оземь. Они взяли в плен Жослена и Валерана (Галерана) и разбили остальных христиан. Оба графа, закованные в цепи, были уведены в Харпут и брошены в темницу» (Матвей Эдесский).

Помимо регентства в Антиохии Иерусалимскому королевству пришлось взять на себя еще и правление Эдессой. Однако 3 ноября 1122 г. смерть Ильгази несколько ослабила давление на франкские колонии. Артукидское княжество было поделено на три части, что немедленно привело к раздроблению его военной мощи. Балдуин II снова направился на восток и начал жесточайшую войну с Алеппо. Все торговые пути караванов были перерезаны, и город был обречен на голодную смерть. Доведенные до отчаяния, жители Алеппо снова признали себя вассалами франков. Добившись этого признания, король пересек Эдесское государство — свое старинное владение — и отправился сражаться с Балаком на его земле.
От Турбесселя король поднялся по западному берегу Евфрата до Самосаты; он остановился на восточном берегу Сании (напротив римского порта Синге). Именно там он приказал разбить лагерь, не догадываясь, что Балак с большим войском уже устроил для него засаду. Когда палатка короля была поставлена, он захотел развлечься соколиной охотой. Внезапно Балак со своими воинами напал на христиан, устроил резню и захватил в плен короля Балдуина (18 апреля 1123 г.). Он привел его в Харпут, где тот и встретился в темнице с Жосленом и его двоюродным братом Валераном.

Латинский феодализм лишился вождей: князь Антиохии умер, граф Эдессы, король Иерусалима и регент Антиохии были в тюрьме; оставался лишь Понс Триполийский.
Окружённый ореолом славы, ввиду своих подвигов, Балак в июне 1123 года триумфально вступил в Алеппо. Повторяя действия Ильгази, он вначале женился на дочери Рыдвана, а потом, не теряя времени и не испытав ни одной неудачи, стал методично отвоёвывать франкские владения вокруг города. Военное умение этого сорокалетнего турецкого эмира, его решительность, его отказ от любых компромиссов с франками, его умеренность и, наконец, список его побед резко контрастировали с ошеломляющей посредственностью других мусульманских князей.

Один город, особенно, видел в нём ниспосланного богом спасителя. Это был Тир, вновь осаждённый франками, несмотря на то, что их король попал в плен. Положение защитников оказалось гораздо более трудным, нежели во время их победной обороны двенадцать лет назад, ибо иноземцы в этот раз обеспечили господство на море. Могучая венецианская эскадра, насчитывавшая более 120 кораблей, появилась у берегов Палестины весной 1123 года. Она напала на египетский флот, стоявший на якоре у Аскалона, и уничтожила его. В феврале 1124 года, заключив с Иерусалимом договор о разделе добычи, венецианцы начали блокаду портового города Тира, тогда как франкская армия разбила лагерь у восточной части города. Перспективы у осаждённых были неважные, но жители сражались ожесточённо. Например, однажды ночью группа отличных пловцов достигла венецианского корабля, охранявшего вход в гавань, и сумела увести его в город, где с него сняли оружие и уничтожили. Но, несмотря на такие блестящие акции, шансы на успех оставались незначительными. Разгром фатимидского флота сделал невозможной всякую помощь по морскому пути. Наряду с этим появились трудности в снабжении питьевой водой. Тир – и это было его главной слабостью – не имел питьевых источников внутри стен. В мирное время пресная вода поступала снаружи по системе каналов. В случае же войны город мог рассчитывать только на резервуары и интенсивное обеспечение водой с помощью маленьких барж. Плотная венецианская блокада не давала использовать этот способ. Жители понимали, что если тиски не ослабнут, капитуляция станет неизбежной через несколько месяцев.

Не ожидая уже более египтян, своих постоянных покровителей, защитники обратились к тогдашнему герою Балаку. Эмир в это время осаждал крепость Манбиж около Алеппо, в которой поднял восстание один из вассалов Балака. Когда он узнал, что его зовут жители Тира, он немедленно решил поручить дальнейшую осаду одному из ближайших помощников, а самому идти на выручку Тира. 6 мая 1124 года, прежде чем отправиться в путь, он совершил последнюю инспекцию. Со шлемом на голове и со щитом в руке, Балак приблизился к крепости Манбиж, чтобы выбрать место для установки мангонел. Когда он отдавал распоряжения, стрела, вылетевшая из-за крепостного вала, попала ему под левую ключицу. Он сам выдернул стрелу и, презрительно сплюнув, сказал: «Это смертельный удар для всех мусульман!» После чего умер. Балак был прав. Как только известие о его смерти достигло Тира, жители утратили мужество и уже не могли думать ни о чём ином, кроме переговоров об условиях капитуляции.

«7 июля 1124 года они прошли между двумя рядами солдат, и франки их не тронули. Все военные и гражданские лица покинули город, в нём остались только немощные. Часть изгнанников направилась в Дамаск, остальные рассеялись по стране». (Ибн Аль-Каланиси «История Дамаска»).

Кровавой бойни удалось избежать, и тем не менее достойная восхищения оборона Тира окончилась позорно. Не только жители Тира пострадали вследствие гибели Балака. В Алеппо власть досталась Тимурташу, сыну Ильгази, молодому человеку девятнадцати лет, «единственным занятием которого, – по словам Ибн аль-Асира, – были развлечения, и который решил покинуть Алеппо и вернуться в свой родной город Мардин, ибо он полагал, что в Сирии слишком много воюют с франками». Мало того, что он покинул свою столицу: этот неспособный Тимурташ поспешил отпустить короля Иерусалима за 20 тыс. динаров. Он надел на него почётные одежды: на голову – золотой убор, на ноги – расписные сапоги и вернул ему лошадь, которую отнял у короля пленивший его Балак. Вне сомнения, это было по-княжески, но совершенно безответственно, ибо через несколько недель после своего освобождения Балдуин II прибыл к Алеппо с твёрдым намерением захватить город.

19 октября 1124 г. Балдуин II осадил город: войскам Антиохии и Эдессы помогали арабы — кочевники эмира Дюбаиша. Осаждавшим также помогал один из сыновей покойного эмира Ридвана, которого Ильгази изгнал из города. Ситуация стала еще интереснее, когда к нападавшим присоединился представитель боковой ветви Артукидов. Все три мусульманских претендента надеялись получить власть над городом: королю оставалось лишь выбрать самого покорного, чтобы он успешно правил от его имени.
Алеппо был доведен до последнего предела: пропитания не было, население начало поедать собак и трупы, свирепствовала дизентерия, увеличивавшая и так уже длинный список жертв. Нескольким священнослужителям удалось выскользнуть за городские стены, пересечь линии франков и добраться до Мардина, где предусмотрительно укрывался жалкий наследник Ильгази. Вместо того, чтобы оказать помощь посланникам осажденного города, этот представитель вырождающегося рода Артукидов приказал бросить их в темницу. Они сумели скрыться и добрались до Мосула, где их сетования были внимательно выслушаны. Должность правителя города с недавнего времени занимал Ак Сонкор Бурзуки. Старый атабек собрал войско и форсированным маршем подошел к Алеппо. Его появление было полной неожиданностью для осаждавших:

«Когда он пришел им на помощь в месяц зу-л-хиджа (январь 1125 г.) и когда франки узнали, что он находится рядом с ними и какой силой и наступательной мощью он обладает, то спешно отступили и обратились в беспорядочное бегство, преследуемые легкой конницей, которая хватала в их рядах тех, кто сдавался на ее милость; ни один из убегающих не остановился, пока не добрался до Антиохии. Франки построили в лагере дома и хижины, чтобы укрываться от зноя и холода, они решили остаться там. Но Всевышний — да будет благословенно Его имя! — сжалился над жителями Алеппо, избавил их от бедствий и несчастий. Этим прекрасным поступком Ак Сонкор Бурзуки заслужил общую признательность и похвалу; он вступил в Алеппо и, поведя себя достойно, установил хорошие отношения с жителями города и приложил все усилия, чтобы защищать и охранять его, так что город вернул себе былое процветание, земля вновь стала богатой, дороги — безопасными, и туда стали стекаться караваны, привозящие товары для продажи и обмена» (Ибн аль-Каланиси «История Дамаска»).

В 1126 году атабек пал под ударами ассасинов. Убийство атабека Алеппо и Мосула разом остановило реорганизацию мусульманской Сирии. Его сын беспрепятственно взошел на престол, но не стал следовать политической линии, намеченной отцом, попытавшись под предлогом улучшения организации походов против франков объединить под своим началом все мусульманские владения Сирии, что не понравилось местным эмирам. Анархия, едва притормозив в связи со случайной смертью претендента, набирала обороты.

В феврале 1130 года князь Антиохии Боэмунд II, пошедший воевать на север, попал в засаду, устроенную Гази, сыном эмира Данишменда, пленившего тридцать лет назад Боэмунда I. (Читайте статью «Княжество Антиохия») Менее удачливый, чем его отец, Боэмунд II был убит в бою, и его белокурая голова, тщательно бальзамированная и помещённая в серебряный ларец, отправилась в качестве подарка к калифу. Когда известие о смерти князя достигло Антиохии, его вдова Алиса устроила настоящий государственный переворот. По-видимому, при поддержке армянского, греческого и сирийского населения Антиохии, она обеспечила себе контроль над городом и вступила в контакт с Зенги. Такое любопытное поведение свидетельствовало о появлении нового, второго поколения франков, которое имело мало общего с пионерами вторжения. Армянка по матери, никогда не видевшая Европу, молодая княжна ощущала себя женщиной Востока и действовала соответственно.

Узнав о мятеже своей дочери, король Иерусалима Балдуин незамедлительно отправился на север во главе своей армии. Неподалёку от Антиохии ему случайно встретился рыцарь ослепительной наружности, незапятнанно белый конь которого был подкован серебром и от холки до подгрудного ремня облачён в украшенные чеканкой доспехи. Это был подарок Алисы Зенги, в дополнение к письму, в котором княжна просила атабека прийти ей на помощь и обещала признать его сюзеренитет. Повесив гонца, Балдуин продолжил путь к Антиохии и быстро овладел ею. После символического сопротивления в цитадели, Алиса капитулировала, и отец отправил её в изгнание в портовый город Латтакию.

В 1131 г. Балдуин II «заплатил дань смерти», как выражаются древние летописи; в последний свой час он велел перенести себя к Гробнице Иисуса Христа и тут же скончался на руках своей дочери Мелисанды и зятя своего Фулька Анжуйского. 18 лет был он графом Эдесским, 12 лет - королем Иерусалимским; два раза - военнопленным и семь лет просидел в оковах. Балдуин II обращал особенное внимание на внутреннее устройство государства. Чтобы предохранить Иерусалим от недостатка продовольствия, он дал армянам, сириянам, грекам и даже сарацинам хартию, на основании которой им было дозволено привозить в город без пошлины вино, пшеницу и всякое зерно. Балдуин был погребен, как и все короли Иерусалима (до 1187г.) в часовне Адама у подножия Голгофы.




Назад Вперед