СЛАВЯНЕ

ПОЛЯНЕ

Нестор летописец утверждал, что поляне жили в районе будущего Киева как до, так и после его основания. Судя по всему, слово «поляне» произошло от слова «пал», в смысле «жечь», поскольку именно в среднем Приднепровье Геродот помещает своих скифов-пахарей. А земледелие в ту пору было подсечно-огневым. Выжигалась часть леса, обычно на горе, или у ее склона (когда ветер дул в его сторону) для того, чтобы не вызвать неконтролируемого лесного пожара. Искусственно образовавшаяся поляна использовалась для застройки и хозяйственных нужд (выпаса скота и земледелия). Удобренная пеплом земля обладала высоким плодородием.
Готский историк VI века Иордан упоминает спалов, которых вполне можно идентифицировать с полянами «Повести временных лет». Диодор, римский историк говорил о существовании в античные времена скифов-палеев, а Плиний упоминал палеев.
Первым народом, широко применявшим подсечное земледелие на Киевщине, были носители Трипольской археологической культуры, которые обосновались на берегах Борисфена в IV тысячелетии до н. э. Напрашивается вывод, что именно трипольцы назывались полянами.
В материальных памятников трипольской культуры нет воинских доспехов. Не грозила им в Европе и связанная с подсечным способом хозяйствования экологическая катастрофа (превращение земли в пустыню) благодаря более влажному климату, распространенным здесь лиственным лесам и ранее накопленному опыту.
А вот что пишет по поводу прошлого славян академик Рыбаков:

«Еще до появления скифов-иранцев в степях Восточной Европы здесь, на краю степи, в удобной для земледелия лесостепной зоне, защищенной от степняков островами лесных массивов, на старой территории тшинецкой праславянской культуры, местное славянское население прогрессивно развивается. На рубеже 2 - 1 тысячелетий до .нашей эры появляется плужное земледелие, резко поднявшее всю систему хозяйства и позволившее к 6 - 5 векам до нашей эры перейти к систематическому экспорту хлеба в Грецию через черноморский порт Ольвию, который греки называли торжищем борисфенитов (днепрян).» («Рождение Руси»)

Археологическим соответствием среднеднепровскому славянству в эпоху этого подъема является так называемая чернолесская культура рубежа бронзового и железного веков. Ее славянский характер непреложно следует из работ известного советского лингвиста О. Н. Трубачева: составленная Трубачевым карта архаичных славянских названий рек во всех деталях совпадает с областью чернолесской культуры.

Вторым и чрезвычайно важным элементом прогресса было открытие железа. Если в бронзовом веке племена, не располагавшие залежами меди и олова, вынуждены были привозить металл издалека, то с открытием железа они необычайно обогатились, так как тогда использовалась болотная и озерная руда, имевшаяся в изобилии во всех славянских землях с их многочисленными болотами, речками и озерами. По существу, славяне перешли в железный век из каменного.

По мнению Рыбакова, социальный строй среднеднепровских славян еще за полторы тысячи лет до Киевской Руси оказался на пороге государственности. Об этом говорят не только упоминания сколотских «царств» и «царей» Геродотом, но и всаднические черты погребенных воинов и огромные «царские» курганы на Киевщине, и роскошь славянской знати. По всей вероятности, славяне Среднего Поднепровья жили дружественно с царскими скифами Причерноморья, что позволяло вести торг с приморскими городами и заимствовать ряд бытовых черт у скифов-кочевников.(Читайте раздел «Скифы» )

В III веке до нашей эры скифская держава в степях пала под натиском сарматов.(Читайте статью «Сарматы») Археологически поляне сарматского времени характеризуются так называемой зарубинецкой культурой III века до нашей эры, культурой довольно примитивной, вполне первобытной. Географически она охватывает не только Среднее Поднепровье, но и более северные области в лесной зоне, колонизированные славянами.

Однако во II - IV веках нашей эры в Поднепровье произошли удивительные перемены. Сложилась по существу новая система хозяйства, резко возросла плотность населения. Археологи находят свидетельства этих перемен на территории всей так называемой Черняховской культуры (названной по имени села Черняхов, где найден первый памятник).
Область Черняховской культуры на севере доходит до Припяти, на востоке - до Северного Донца, на юге - до Дуная, на западе - до хребтов Южных Карпат в центральной части современной Румынии. Памятники этой культуры находят в непосредственной близости от античных городов Северного Причерноморья. Эта огромная территория во II веке нашей эры оказалась вдруг вовлеченной в стремительный процесс развития. Все менялось буквально на глазах. Этот скачок по своей значимости и достижениям равен предыдущему тысячелетию, если не более того. За сто лет появились ямы-зернохранилища, ротационные жернова и мукомольни, гончарные мастерские и горны. Заметно совершеннее стала выплавка металлов. Часть историков связывает эту культуру с римским влиянием, другие – с появлением готов. Однако не совсем понятно, каким образом римляне оказывали столь благотворное влияние на Поднепровье, если суда не ступала нога имперского солдата. Что же касается готов, то они появились в Причерноморье только в средине 3 века, то есть спустя столетие после начала столь бурного развития региона. Исследователь Щербаков в своей книге «Века Трояновы» высказал предположение, что перелом в жизнь Приднепровья внесли фракийцы бежавшие в эти места от произвола римлян. Зарождение Черняховской культуры по времени действительно совпадает с захватом римлян обширных областей к северу от Дуная, где была образована провинция Дакия. Академик Рыбаков полагал, что именно торговля зерном с римлянами и явилась толчком к развитию, повлекшему за собой многие изменения в жизни полян:

«В «трояновы века» славяне Среднего Поднепровья (северная лесостепная половина так называемой черняховской археологической культуры) пережили новый и весьма ощутимый подъем. Развилось ремесло, появился гончарный круг, домницы для варки железа, ротационные жернова. Славянская знать широко пользовалась импортными предметами роскоши: лакированной столовой посудой, украшениями, различными предметами быта. Возрождалась ситуация, близкая к той, которая существовала до сарматского нашествия, в эпоху расцвета соседней скифской державы.
В социальном отношении приднепровские славянские племена вновь достигли того предгосударственного уровня, на котором они находились в скифское время. Не исключена возможность, что во II -IV веках, до нашествия гуннов (около 375 года), у южной части восточных славян, занимавшей те же самые плодородные лесостепные пространства, где были в свое время расположены «царства» сколотов-земледельцев, уже возникла государственность.»
(Рыбаков. «Рождение Руси»)

Такое государство действительно возникло и просуществовало более восьмидесяти лет, а потом вошло на правах отдельной земли в империю готов. Называлось это государство Русаланией. Сформировалось оно приблизительно в 160 году стараниями ругов-русов, вытесненных с южного берега Балтийского моря готами. (Читайте статью «Русалания» ) А. Г. Кузьмин называет ругов «северными иллирийцами», что также в какой-то степени не лишено основания, поскольку древнейшее население Южной Прибалтики было родственно иллирийцам. Но в начале нашей эры, смешавшись с киммерийской и скифской волнами переселенцев и завоевателей, оно, разумеется, от иллирийцев уже сильно отличалось. Поэтому, чтобы не играть словами, ругов-русов, двинувшихся на восток и ставших одними из предков восточных славян, можно уверенно отнести к венедам. (Читайте статью «Венеды» )

«Это переселение отражает римская «Певтингерова карта», которая после вторжения готов обозначает венедов уже не на берегах Балтики, а возле западных склонов Карпат. Но здесь русы задержались недолго. Ведь эта земля была занята другими народами, а с севера напирали готы. А старинные предания рассказывали русам «о красном житье в степях» и о славе Великой Скифии. И они двинулись на родину своих предков, вероятно, вобрав в свой поток часть местных славян, по пути объединяя вокруг себя или покоряя родственные племена. Возглавил поход князь Кий.» (Шамбаров. «Когда оживают легенды»)

Само имя «Кий» восходит индоевропейскому обозначению божественного кузнеца, победителя Змея. Предания о «божьем ковале» или двух братьях-«ковалях», победивших Змея, создателях Змиевых или Трояновых валов, еще в новое время неоднократно записывались в Среднем Поднепровье. Согласно преданиям Поднепровья, Коваль-Кий – победитель чудовищного Змея. Змей нападал на земли, в которых поселился Коваль, разорял их, пожирал людей. Коваль выстроил себе огромную каменную кузницу за тремя железными дверями и в ней выковал первый, исполинский плуг с железным лемехом. Когда Змей снова прилетел за добычей, кузнец увлек его в погоню за собой, заманил к кузне и посулил – если тот языком пролижет насквозь все железные двери, позволить съесть себя. Змей поддался на уловку и, пролизав насквозь три заслона, проник в кузню языком. Коваль этого и ждал. Он схватил змеиный язык клещами и бил Змея по голове многопудовым молотом, пока сбежавшиеся люди впрягали схваченное чудовище в соху. Наконец, Змей был обуздан и сдался. Коваль велел ему пропахать межу до моря – между землями славянского народа и вражеским, «змеиным» краем. Змей вынужден был покориться, а Коваль сам пошел за плугом. Так славянская земля оказалась отделена от вражеской глубокой рекой, а по ее берегам воздвиглись высокие валы, след богатырской пахоты Божьего Коваля. Это Змиевы валы по берегам Днепра, на границе со степью. У устья Днепра Змей лопнул, напившись морской воды. В этом дошедшем до нас мифе прослеживается тождество основоположника княжеской власти с богом Перуном. А Змея – с его противником, богом-змеем Велесом. Кстати, Велес был весьма популярным богом среди скотоводов-сарматов. И этот древний миф, скорее всего, отражает в образной форме противостояние пришельцев ругов со степняками.

«Велесова книга», пусть и не признанный официальной наукой, но весьма интересный документ, сообщает нам следующее:

«Русы шли от Белой Вежи к Руси на Днепровской земле, и там Кий сотворил град Киев, и собрались поляне, древляне, кривичи и ляхи вместе с русскими и стали русичами».

В древности торная дорога из Южной Прибалтики в Причерноморье лежала по Висле, Западному Бугу, Припяти и Днепру — этим же путем позже шла экспансия готов. Согласно «Велесовой книге», Киев стал лишь временной опорной базой ругского вождя. Он оставил там наместником своего сына по имени Лебедян, а сам пошел на болгар. Шамбаров полагает, что под болгарами «Велесова книга» подразумевает угров, однако, на мой взгляд речь идет о сарматах, чьи исконные земли лежали между Доном и Волгой.(Читайте статью «Болгары» ) За триста с лишним лет до прихода Кия сарматы пересекли Дон и разгромили государство скифов и вытеснили значительную их часть из Причерноморья. Руги-русы и были как раз потомками этих самых вытесненных скифов. Скорее всего, племя росомонов-роксаланов тоже было скифским. Ибо сам этноним «рус» был связан с Приазовьем и Доном еще со скифских времен.

В первом веке в Приазовье переместилось из-за Арала племя аланов, принадлежащее к скифо-сарматскому кругу. Аланы претендовали на первенство не только на земли в междуречье Волги и Дона, но и на все Северное Причерноморье. Аланам удалось подчинить сарматские племена к востоку от Дона, но закрепиться в Причерноморье им не удалось. И помехой в завоевательных устремлениях пришельцев стала как раз Русалания.

Что касается Кия, то согласно «Велесовой книге» он «Голунь-град русский отобрал и обрел Донские земли и так оба края отобрал русского наследства». Напомню, что Голунь была столицей гелонов, о родстве которых со скифами писал еще Геродот. Собственно, образование Русалании стало в определенной степени реваншем скифской партии над сарматской. Две Руси, прибалтийская и приазовская, впервые сошлись на Дону.(Читайте статью «Донские русы»)
Напомню, что скифы и сарматы говорили на разных диалектах одного и того же языка (по Геродоту) и этот язык был славянским. Любопытно, что готы изначально принадлежали к сарматам и не этим ли объясняется их вражда с русаланами, вспыхнувшая на южном берегу моря Балтийского и продолжившееся на северном берегу моря Черного. Кстати, аланы, после того как готы прорвались в Причерноморье стали их союзниками.

Поначалу русаланы во главе с Кием успешно сдерживали готов на западе:

«И потом начал с готами биться, и сила народная одолела в битве. И так земля наша осталась от края до края Русколанью, в битвах данной нам богами и очищенной от врагов». («Велесова книга»)

Столицей Русалании стала Голунь — древний Гелон. Становление Русалании во II веке по археологическим данным соответствует возникновению здесь развитой Черняховской культуры.

«Первая восточнославянская держава просуществовала не так уж долго. «Велесова Книга» дает нам исчерпывающую хронологию. 30 лет правил Кий, 20 лет — его сын Лебедян, 20 — Верен из Великограда, 10 — Сережень, а потом Причерноморье было захвачено готами. Хотя, конечно, реальные даты не могут быть столь «круглыми», но даже приблизительная информация лучше, чем никакой. Итого получается около 80 лет. Если образовалась Русколань где-то в 160-х гг., как мы приблизительно определили ранее, то просуществовала она до 240-х годов, что действительно довольно близко совпадает с завоеванием готами этого края (235— 240 гг.).» (Шамбаров. «Когда оживают легенды»)

В «Велесовой Книге» говорится и о схватках с римлянами:

«Это римляне увидели и замыслили злое на нас и пришли с воинами своими в железных бронях и напали на нас, и потому долго оборонялись от них и отваживали»

Правда, если в «Велесовой Книге» римляне всегда выступают нападающей стороной, то римские хроники, наоборот, возмущаются постоянными набегами северных «варваров», в том числе и роксоланов. В те времена в Риме было даже модно обвинять покойного Траяна в том, что он, сокрушив Дакию, открыл доступ к границам империи для других агрессивных народов.
Однако археологические данные говорят не только о войнах с римлянами, но и о периодах интенсивной торговли с ними. При раскопках поселений Черняховской культуры находят множество амфор для вина и масла, импортной посуды, украшений и предметов быта, а клады содержат огромное количество римских серебряных монет II—IV вв.
Но главная опасность для Русколани грозила не от римлян, она таилась у нее внутри — сразу же после смерти Кия, т.е. в 190-200 гг., начался ее распад.

«И тут родичи стали делиться, кому старшим быть, ибо Кий отошел к отцам и праотцам умершим. Кий от нас ушел, и тут великая свара одолела Русь, которая стала ссориться до разделения и разделилась».(«Велесова книга»)

Кстати, именно в это время от Русалании отделяется Антия. Чему не приходится удивляться, если наши предположения верны и росомоны были скифским племенем, а возможно даже автохтонами Подонья. Анты были западной частью сарматского этноса и, видимо, в какой-то момент почувствовали себя чужими в среде ругов и росомонов. Во всяком случае, анты стали частью Готской империи без особых эксцессов, сохранив за собой свои земли. Однако затаили обиду на завоевателей. Во время готско-гуннской войны они встали на сторону гуннов, в отличие от русаланов, втянутых в чужую свару против своей воли. Впрочем, у ругов, судя по всему, были свои давние счеты с гуннами, которые вопреки распространенному мнению пришли на нашу землю вовсе не с востока, а с северо-запада вместе с готами. (Читайте статью «Гунны»)

Скифско-сарматское противостояние, именуемое историками Великим переселением народов, продолжались несколько столетий, охватив едва ли не всю Европу. Рим стал почти случайной жертвой этой грандиозной и по сути своей гражданской войны.
После разгрома Русалании значительная часть ее знати вместе с уцелевшими дружинами ушла на Дунай, часть отошла на север. После того, как гунны захватили Панонию и ослабили свой контроль над Приазовьем русаланы вновь сместились на юг, а смерть Аттилы и распад Гуннской империи и вовсе сделали их хозяевами Подонья. Что касается антов, то они распространили свое влияние практически на все земли, входившие в Русаланию.(Читайте статью «Анты» ) При этом следует учитывать, что после всех этих великих потрясений состав населения Среднего Поднепровья практически не изменился, там по прежнему жили поляне, хотя нельзя сказать что эта жизнь была счастливой. Пахари не князья, но, к сожалению, от войн в большей степени страдают именно они.

Возникновение Аварского каганата я подробно описал в статьях «Аварский каганат» и «Лангобарды», а потому не буду здесь повторятся. Скажу только, что и лангобарды и авары-аварины были венедскими племенами, возглавившими борьбу против Византии. Как я уже писал выше, венеды были потомками скифских переселенцев, смешавшихся с иллирийцами. Скифами в большинстве своем были и дунайские славяне-склавины, что, кстати, следует из их названия. Геродот писал, что самоназвание скифов – сколоты. Академик Рыбаков на мой взгляд правомерно выводил этноним «склавины-славяне» именно от «сколотов». Византийские хронисты Иордан и Прокопий Кесарийский утверждали, что венеды, славяне и анты говорили на одном языке, правда оговаривались при этом, что анты и славяне далеко не всегда и не во всем согласны друг с другом. И что вооруженные столкновения между ними далеко не редкость. Объясняется не только тем, что анты были самой западной частью сарматского этноса, но и их позицией в гостско-гуннской войне, когда анты встали на сторону гуннов. И выиграли, взяв под свой контроль территорию Русалании.

Поначалу анты и славяне вместе и поврозь грабили Византию, но в 545 году анты заключили с империей договор против болгар, обитавших в то время в Причерноморье. Что наверняка не понравилось дунайским славянам. Образование 567 году Аварского каната, наверняка насторожило антов и их отношения с империей стали еще более тесными. В 602 году разразилась аваро-антская война, в которой анты потерпели жесточайшее поражение. Именно в это время происходит продвижение венедских и славянских племен на восток, описанные в «Повести временных лет» и отмечаемых археологами. Практически одновременно с движением дунайских славян навстречу им со стороны Дона выступили савиры. (Читайте статью «Донские русы» ) Это были потомки тех самых росомонов-роксаланов, входивших в состав государства Кия. В сущности и движение со стороны Дуная и движение со стороны Дона не было завоеванием, скорее всего, это было реконкистой, то есть возвращением ранее утерянных земель. Любопытно, что возглавлял движение со стороны Дона князь по имени Кий. Возможно, речь идет о русаланской династии Киевичей, но не исключено, конечно, что Кий – это не имя, а титул, подчеркивающий прямую связь его обладателя с богом Перуном. Скорее всего, военных столкновений не было, пришельцы с Дуная и Дона договорились как между собой так и с местным полянским населением, ввиду надвигающейся с востока угрозы. Речь идет о Тюркском каганате, захватившим к тому времени земли бывшего Боспорского царства и вышедших к Дону. Судя по всему, объединение дунайцев, донцов и полян произошло в рамках Аварского каганата. Позднее к этому союзу присоединились венедские племена вятичей и радимичей. В любом случае именно к этому времени относится легенда об основателях Киева трех братьях Кие, Щеке, Хориве и сестре их Лебеде. В сестре Лебеде угадывается богиня Лада, чей культ еще со скифских времен был распространен в Приазовье.
Результатом договоренностей стало создание единого полянского племенного союза-«княжения» – и основание его стольного града, Киева. Кий в этом раскладе – вождь вторжения, северский ант. Именно в этом смысле он оказывается «перевозчиком» «с той стороны Днепра». «Киев перевоз» – не унижение достоинства полянского князя, как полагал летописец XII в., а память о переправе его и его людей. Спустя века, в XVII столетии, в киевской округе еще вспоминали, что Кий пришел «из диких полей».

Академик Рыбаков, опираясь на армянскую хронику Зеноба Глака, относит основание Киева на Днепре к 7 веку. Это расходится с утверждением «Велесовой книги» об основании Киева в эпоху Русалании. Но не исключено, что Киевом называлась изначально резиденция кия, то есть князя, благо местечки и городки с такими названиями встречаются и на Дунае и в Польше. Однако Киев, основанный в седьмом веке, является тем самым городом, который благополучно существует и в наши дни.

Вхождение полянско-донского союза в Хазарский каганат случилось скорее всего в виду арабской угрозы. В 733 году 150-тысячная армия арабского полководца Марвана не только разгромила хазар на Волге, принудив кагана к капитуляции, но и прорвалась на Дон, захватив здесь полон в 20 тысяч человек. Ситуация потребовала консолидации сил для отпора арабской агрессии, но уже к концу восьмого - началу девятого века, положение резко изменилось. Арабский халифат переживал не лучшие времена, давление его на соседей значительно ослабло, а вскоре и вовсе сошло не нет. Именно в этот момент в Хазарском каганате произошло событие, приведшее сначала к гражданской войне, а потом к расколу единого государства. Речь идет о принятии хазарской верхушкой иудаизма. Подробнее об этом вы можете прочесть в статьях «Хазарский каганат» и «Русский каганат» , размещенных на этом сайте, а также в моих романах «Шатун» и «Варяжский Сокол». А вот что пишет о создавшейся ситуации Васильева:

«Салтово-маяцкие крепости возникли во второй половине 8в.; поскольку они изначально строились для обороны на восточном направлении, надо полагать, что именно в это время весь Донской регион «отпал» от Каганата и стал ему непримиримо враждебен.» («Русская Хазария»)

Выводы Васильевой о так называемой Салтово-Маяцкой археологической культуре, созданной населением Дона и Северского Донца, поддерживает другой исследователь данной проблемы, автор книги «Тайна Русского каганата» Галкина. Тщательно проанализировав все имеющиеся источники, включая знаменитое «Письмо царя Иосифа» она пришла к выводу, что западная граница Хазарского каганата распространялась вплоть до Дона, но никак не далее. И что крепость Саркел как раз и прикрывала западные границы Хазарии. Следовательно, по мнению Галкиной, крепости, построенные на правом берегу Дона, принадлежали русаланам и именно они являются носителями Салтово-Маяцкой культуры. Таким образом мы можем констатировать, что разгромленная в результате готско-гуннской войны в конце 4 века Русалания в начале 6-го века возродилась, а в начале 8-го века окончательно освободилась от зависимости как Аварского, так и Хазарского каганата. Русский каганат, просуществовавший почти столетие стал прочным фундаментом и составной частью нового образования – Киевской Руси.





Назад Вперед