БЫТ КИЕВСКОЙ РУСИ

РЕМЕСЛЕННИКИ






Ремесленники и люди, связанные с различными промыслами и подённой работой, составляли основное население древнерусских городов. Наряду со свободными ремесленниками в городах жили ремесленники-холопы, зависевшие от князей и бояр. Об участии в городском ремесле и торговле княжеских и боярских холопов известно из Русской Правды, но юридически несвободные ремесленники (холопы) составляли особую категорию городских жителей и, возможно, населяли особые городские слободки. Такие же несвободные ремесленники жили в городах средневековой Европы, и это вызывало бесконечные споры феодальных владетелей с городами, так как зависимые ремесленники конкурировали на рынке со свободным городским населением.
Для обозначения людей, занятых ремеслом, в Древней Руси употреблялись названия: «ремесленники», «рукодельные люди». Однако упоминания эти сравнительно редки, так как древнерусские писатели чаще обозначали городское население общими выражениями: людье, чадь, иногда - простая чадь. Ремесленники входили в число «людей», «чади» наравне с остальным городским населением, которое, таким образом, мало дифференцировалось летописцами.
Тем не менее ведущее значение ремесла как занятия городских жителей нашло отражение в некоторых древнерусских памятниках. Новгородский архиепископ Илья обращается к подчинённому духовенству со словами: «сами ведь знаете, если который человек ремесло знает, а его не делает, может ли он обогатиться». В этом случае богатство непосредственно связывается с ремеслом.
Жилища ремесленников обычно были и мастерскими. Крайне любопытный и разнообразный материал в этом отношении дали археологические изыскания в древнерусских городах, в особенности показательны раскопки А. В. Арциховского в Новгороде. Район Славна (в том числе Ильиной улицы) в Новгороде был сосредоточием сапожных мастерских ещё в XVI в. Здесь и найдена была изба сапожника XII в. Длина избы - с севера на юг - 5,6 м; ширина - с запада на восток - 5,3 м. Общая площадь избы, таким образом равнялась 30 м. Следовательно, это было относительно небольшое помещение. Внутри избы сохранились остатки 11 столбов для печи и скамей. На брёвнах сруба в одном месте оказалась железная дверная накидка и железный дверной крючок. «В избе и вокруг неё встречены, в количестве нескольких тысяч, обрывки кожи, в том числе имеются целые вырезки, заготовки, подошвы, ремни и т. д. Замечательной особенностью избы сапожника является имеющийся в ней зольник для удаления волоса со шкур. Это указывает на то, что сапожник был одновременно кожевником - «усмошвецом», как сказали бы древнерусские сочинения. К избе сапожника примыкал частокол, огораживающий двор. На дворе стоял хлев (на его месте найден толстый слой навоза). Таким образом, домашний скот служил подспорьем для сапожника-кожевника XII в.
Свободный мастер-ремесленник был относительно зажиточным человеком. Сосновая изба новгородского сапожника и наземный дом киевского токаря - это типичное жилище средневекового ремесленника.
В жизни древнерусских городов ремесленники приобрели особенно большое значение с XII столетия. В тех «людях», которые поднимали восстания в Киеве и Новгороде, сидели или бушевали на вече, принимали участие в торжественных процессиях при встрече князей или на их похоронах, наконец, ходили на войну в составе городского ополчения, надо по преимуществу видеть ремесленников. Конечно, кроме ремесленников в городах всегда существовало некоторое количество пришлых людей, «гулящих», по терминологии XVII в., но не они придавали основную окраску городской «чади», а именно ремесленники, среди которых уже выделилась своя верхушка. Это особенно заметно в Новгороде, где развитие городской жизни шло в течение нескольких столетий без перерыва. Именно в составе новгородского ополчения находим ремесленников, храбро сражавшихся с врагами.
В 1234 г. в битве с литовцами были убиты новгородцы: Гаврила-щитник и Нежило-серебряник. В 1216 г. в битве при Липицах пали новгородцы: Антон-котельник и Иванко Прибышинич-опонник. Нет никакого сомнения в том, что под словом «людье», которым обозначались горожане, сражавшиеся на полях битв, скрываются обычно городские ремесленники. В битве при Липицах они бились с суздальцами босыми, соскочив с коней. «Не хотим умереть на конях, но как отцы наши бились на Колакше пешими»,- восклицают новгородские ополченцы, обнаруживая этим возгласом непривычку к конному бою.
Вооружённые ремесленники были такой силой, с которой приходилось серьёзно считаться князьям и боярству. Поэтому в древнерусских городах мы встречаемся с тем же явлением, что в средневековых городах Европы, - с борьбой ремесленников против городского патрициата, причём в Новгороде первой половины XIII в. ремесленники одно время имели даже перевес над боярской группировкой.
Конечно, это могло происходить только в больших пунктах, где городское население сделалось крупной политической силой, с которой приходилось считаться князьям и боярам. Два свидетельства летописи позволяют понять, каким весом пользовались порой ремесленники в политической жизни больших городов. В 1228 г. новгородская «простая чадь» прогнала наречённого владыку Арсения и водворила на его место бывшего архиепископа Антония, «и посадили с нимь 2 мужа: Якуна Моисеевича, Микифора щитника». Никифор-щитник - это мастер-щитник, игравший, видимо, большую роль в новгородских событиях начала XIII в. Характерно выражение «муж» в понятии свободного человека, которое применяется летописью по отношению к Никифору-щитнику.
Положение архиепископа в Новгороде было чрезвычайно высоким, но Антоний был болен и не в состоянии был управлять обширным хозяйством дома св. Софии. Якун и Никифор, следовательно, исполняли роль представителей новгородского правительства при архиепископе. Это было характерным для новгородской действительности начала XIII в.
Кроме ремесленников, непосредственно занятых производством различного рода изделий, в городах были люди, профессии которых только условно можно отнести к ремесленным специальностям. Таковы были, например, скоморохи и гусляры. Неизбежно, особенно в больших городах, была категория людей, занятых случайной работой или просто разорённых и доведённых до нищеты. Их называли сиротами, нищими, убогими людьми. Одно древнерусское поучение красочно описывает злоключения человека, разорённого ростовщиком, взимавшим великие проценты, «лихву». «Лихованый» обходит город в поисках пищи, а зимою ещё страдает от стужи в своих рубищах. Рукодельные люди, ремесленники, особенно беднейшие среди них, были тем элементом, среди которого особенно распространялись еретические воззрения, враждебные официальной церкви. Протест против феодального строя и господствующей церкви, освящавшей этот строй, распространялся именно в ремесленной среде.

Б. А. Рыбаков насчитывает в Древней Руси 64 ремесленные специальности и делит их на 11 групп. Одним из самых распространённых видов ремесленного производства было кузнечное дело. Как и в позднейшее время, кузнецы обычно селились при въезде в город, и соответствующие городские ворота иногда прозывались кузнечными (например, Кузнецкие ворота в Переяславле Южном).
Слово «кузнец» было производным от «кузнь», что означало всякую поделку из металлов, в том числе из драгоценных. Об этом убедительно говорит сообщение летописи про бегство в Холм кузнецов по железу, меди и серебру («кузнице железу и меди и сребру») Существовало и другое слово для обозначения ремесленника, обрабатывающего металл, - «ковачь», но в письменных памятниках оно употреблялось редко, как и слово «коваль», которое тем не менее известно уже по русскому переводу Хроники Георгия Амартола. Кроме того, известны ещё слова «вотрь» (вътрь), также обозначавшее кузнеца, в том числе и медника, «корчий», «железо-ковец».
Как особая специальность в летописи упоминаются кузнецы-гвоздочники, если только верить Никоновской летописи, текст которой отличается позднейшими подновлениями. Впрочем, «гвозди железные» появляются уже на первых страницах летописи в описании походов Руси на Царьград в 941 г.
Так же рано становятся известны замочные мастера, или «замочные кузнецы». Это название встречаем уже в таком раннем памятнике, каким является русский перевод Хроники Георгия Амартола.
К числу кузнецов можно отнести и ремесленников, занятых производством железной и медной посуды. Новгородская летопись под 1216 г. упоминает котельника. Котлы были распространённой посудой в Древней Руси и нередко упоминаются в наших памятниках. Можно допустить, что котельники делали и железные сковороды («сковрода»), известные по памятнику конца XIII в. Замечательнее всего, что это слово было заимствовано литовцами от русских и притом в очень древнее время в форме без полногласия - skavarda, что подчёркивает распространение железообрабатывающего промысла в Древней Руси.
Особую группу составляли в Древней Руси ремесленники, производившие оружие и военные доспехи. Эта отрасль ремесленного производства получила широкое развитие в Древней Руси, так как потребность в оружии в феодальные времена была всеобщей. Недаром же большое количество копий, щитов, топоров, мечей и пр. найдено в погребениях. Горожане, как правило, умели владеть оружием и примеры геройской защиты русских городов от врагов многочисленны. Различные виды оружия получили специальные названия или по способу их приготовления (харалужные копья из воронёной стали), или по внешней форме и окраске (червлёные щиты), или по основному месту их производства (русские кольчуги во французском эпосе, сулици ляцкие, т. е. польские, шеломы латинские и т. д. в русском эпосе).
Специализация в оружейном деле достигла больших размеров, так как она требовала особо умелых и тщательных приёмов обработки. Одно место Ипатьевской летописи говорит о мастерах-седельниках, лучниках и тульниках. Таким образом, производства луков и колчанов (тулов) являлись особыми ремесленными специальностями. Конечно, и другие виды вооружения и военного быта производились в особых мастерских. Надо предполагать специалистов-ремесленников по производству мечей, топоров, копий, шлемов и пр. Отсутствие указаний на мастеров подобных предметов объясняется только скудостью и случайностью наших письменных свидетельств. Но вот летописец упоминает о мастере «порочном», т. е. готовившем осадные машины - «пороки», и становится ясным, что специализация оружейного дела в Древней Руси была гораздо большей, чем мы предполагаем. Новгородская летопись знает щитников, дважды называемых по имени, как людей, известных в своём городе. Следовательно, даже случайные письменные свидетельства позволяют назвать ремесленные специальности тульников, лучников, щитников и порочных мастеров.
Слово «броня» также было широко известно в Древней Руси, в том числе и «броня дощатая», т. е. железные латы, но термин «бронник» в значении ремесленника, выделывавшего брони, в ранней русской письменности неизвестен.
Особая группа ремесленников Древней Руси была занята производством украшений. Эта область ремесленного производства имеет большой интерес для историков искусства, но как раз в ней труднее всего провести грань между ремеслом свободных горожан и зависимых княжеских и боярских людей. Ювелирное производство в средние века не мыслится без прямого покровительства ремесленнику со стороны феодалов. Новгородские серебряные сосуды XI-XII вв. слишком дороги, чтобы их делали для сбыта на рынке. Они были заказными предметами, чем объясняется обычай указывать имя владельцев на серебряных и золотых сосудах, державшийся в России даже в XVI-XVII вв.
Кажется, наиболее общим и древним названием ремесленника, работавшего над изделиями из драгоценных металлов, было «златарь», «златарин». В русских сочинениях для обозначения ювелира употреблялось слово «серебряник». «Серебряники» было общим названием, которое давалось ювелирам в Древней Руси, но это не значит, что в наших городах не было ремесленной специализации в производстве предметов роскоши и украшений, часть которых шла на более широкий сбыт. Таковы были серебряные и медные крестики, змеевики, гривны, поясные пряжки, женские украшения, в большом количестве находимые в древнерусских погребениях. А. В. Арциховский считает характерным женским украшением у славян височные кольца, которые производились «на месте у вятичей» и найдены были во всех пяти раскопанных вятических городищах. Действительно, распространение определённого вида украшений на определённой территории заставляет предполагать существование каких-то местных центров производства. Обнаруженные в развалинах Старой Рязани бронзовые с эмалью кресты оказались совершенно сходными с крестиком, найденным в курганном кладбище в Рузском уезде. Между тем в домонгольское время владения рязанских князей заходили в бассейне Москвы-реки, может быть, гораздо далее, чем позволяют об этом говорить письменные источники. Так, намечается один из центров ремесленного производства эмалей даже в такой отдалённой области, как бассейн Оки; этим центром была Рязань (Старая).
В более крупных городах, подобных (Киеву, Новгороду и Полоцку, производство дорогих изделий для рыночного сбыта прослеживается ещё легче, так как некоторые железные и медные изделия были рассчитаны на более широкий сбыт, чем обслуживание ближайшей округи. Таковы, например, медные крестики и иконки X-XIII вв., найденные в разных местах Руси.
Для характеристики распространённости производства в Киевской Руси ювелирных изделий представляют интерес слова монаха Теофила, автора «Трактата о различных художествах» (Diversarum artium schedula). Во введении к трактату Теофил обращается к «возлюбленному сыну» (fili dulcissime) со следующими словами: «Если ты внимательно его изучишь, то найдёшь там, что имеет Греция в разных видах и смешениях цветов; что изобрела Русь в искусстве эмали и разнообразии черни; что Аравия употребляет в работах при ковке, сплаве или чеканке; что украшает славную Италию в применении золота и серебра для различных ваз или для резьбы на драгоценных камнях и кости; что Франция находит в искусном разнообразии цветных стёкол; тонкость изделий из золота, серебра, меди, железа, дерева и камня, которыми славится изобретательная Германия».
О большом ювелирном искусстве русских говорит и свидетельство Плано Карпини, видевшего в ставке великого хана в Монголии русского мастера-ювелира, производившего предметы высокой художественности. Что недостатка в мастерах-ювелирах на Руси не ощущалось, видно из. того, что Владимир Мономах за одну ночь расклепал и позолотил доски на гробах Бориса и Глеба. Это было сделано русскими, а не иностранными мастерами, так как тут же говорится: «Многие приходящие из Греции и других земель говорили: «Нигде такой красоты нет».
Вероятно, рано стали выделяться и ремесленные отрасли по обработке цветных металлов, главным образом меди, олова и свинца. Медь и медные изделия неоднократно упоминаются в наших источниках. Летопись знает кузнецов меди и серебра. В одном памятнике ремесленник, занимающийся обработкой олова, обозначен словом «оловодъмець». Русские названия «медник» и «оловяничник» появляются в письменных источниках значительно позднее и получают особое распространение в XVI-XVII вв.
В особую группу ремесленных производств можно отнести ремесленников, занятых обработкой дерева - деревообработчиков. Наряду с этим существовало обычное русское обозначение строителей деревянных зданий - плотники. Это слово порой употреблялось и в презрительном смысле чернорабочих. «Вы ведь плотники. А поставим вас строить хоромы наши», - так дразнили новгородцев. Действительно, большое развитие плотничьего промысла в Новгороде подчёркивается существованием в нём старинного Плотницкого конца.
С деревянным строительством в Древней Руси было связано строительство крепостей. Городняя повинность населения, т. е. обязанность его принимать участие в укреплении городов, была повсеместной на Руси XIV- XV вв. В Пространной Русской Правде устанавливаются «уроки» (нормы оплаты) городникам. Крайне характерно само название статьи о городниках, прямо указывающее на постройку городских укреплений: «А се закладаюче город». Городник получает одну куну при закладке и одну ногату при окончании устройства городни - части городской стены. Ему идёт также пищевое довольствие (мясо, рыба, пшено, солод для пива или кваса), а также овёс на четырёх коней. Всё это городник получает пока не будут закончены городские укрепления («донеле город срубять»).
В Пространной Русской Правде говорится и о другой ремесленной специальности - мостниках. Потребность в городских мостах была очень значительной, тем более что мосты входили в состав городских укреплений. «Уроки мостникам» предусматривают поездку мостника с помощником (отроком) на двух конях для устройства или починки моста. Характерной особенностью «уроков мостникам» является более приниженное положение мостников по сравнению с городниками. Только кони мостника получают овёс, а отпускаемое ему довольствие определено неясными словами: «а есть, что можеть». На мостниках лежало устройство и городских деревянных мостовых, обнаруженных в ряде русских городов при раскопках.
С гораздо большим трудом устанавливаются другие ремесленные специальности, связанные с обработкой дерева. Так, Б. А. Рыбаков справедливо ставит под вопросом существование особой специальности столяра. Наши источники не знают столяров, хотя столы, стольцы, стулья были во всеобщем употреблении в Древней Руси. Неизвестно также, существовала ли особая специальность резчиков по дереву. Возможно, специализации резчиков и столяров не существовало, а мастера, занимавшиеся производством мебели и резьбой по дереву, обозначались теми же терминами древоделей и плотников. Ведь и в более позднее время строители деревянных зданий выполняли работы и по их украшению. Например, в числе 119 ремесленных профессий посадских людей города Казани в 1565-1568 гг. показано 13 плотников и нет ни одного столяра. В 1646 г. в Казани было 10 плотников и также ни одного столяра или резчика по дереву.
Весьма вероятно предположение Б. А. Рыбакова о выделении в особую профессию бочаров. Слова «ботарь» и «бочка» известны в древнейших русских памятниках наряду с заимствованным «дельва». Впрочем, профессия бочечника впервые названа только в новгородской писцовой книге 1500 г. О существовании токарей по дереву письменные источники не дают никаких сведений, но при раскопках в Новгороде найдено много деревянной посуды, изготовленной токарями.
В особую специальность выделяются строители кораблей и лодок. Переводное русское сочинение знает кораблестроителей - «корабльчии» (корабьчии). Но это - производное слово, наряду с которым следует предполагать существование термина «судовщик», хорошо известного по писцовым книгам XVI в. В особую группу могут быть отнесены ремесленники, связанные со строительством и отделкой каменных зданий.
С понятием «каменьник» (каменщик) в Древней Руси было связано представление о подневольном труде - холопстве. «Это ведь наши холопы каменьщики», - восклицают ростовцы о соперничающих с ними владимирцах. Вероятно, первые каменщики-строители в Ростовской земле действительно были зависимыми княжескими людьми, основным местопребыванием которых был Владимир. В этом находим объяснение презрительному возгласу ростовцев. Каменное строительство было так распространено на Руси XI-XIII вв., что не требуется доказательств существования значительного количества каменщиков-строителей.
К особой группе относятся ремесленники, занятые изготовлением одежды, тканей и обработкой кожи. Производство тканей хорошо было известно в Древней Руси, как и «художество ткальческое». Поэтому можно предполагать раннее происхождение слова «ткач», неизвестного по древним источникам. Вероятно, это объясняется всеобщим распространением ручного ткачества как домашнего промысла, в силу чего в ремесленную профессию выделилось только производство дорогих тканей.
Новгородская летопись упоминает о смерти Ивана Прибышинича «опоньника», т. е. мастера опонного дела. Опона - ткань, покрывало или занавес; так это слово употребляется в летописи. Но «опоньник», конечно, не просто ремесленник-ткач, а мастер, производивший особый вид ткани. В XV- XVI вв. русское шитьё достигло высокой степени процветания, но значит ли это, что оно возникло в эти столетия? С большой вероятностью можно думать, что художественное русское шитьё получило развитие ещё в домонгольское время. В средневековой французской литературе Русь считалась страной, богатой тканями.
В особую специальность должны были рано выделиться портные, шевцы, или швецы. Современное слово портной восходит к древнерусскому «порты» - одежда. Название это для обозначения ремесленника определённой специальности появляется довольно поздно, примерно в XIV в., но уже Печерский патерик знает о «портном швеце», который работал на сбыт. Городские портные, как и позже, являлись законодателями русских мод. Напомним здесь описание удивительного княжеского наряда, которым Даниил Романович Галицкий поразил венгерского короля. Даниил был одет «по обычаю русскому». Кожух Даниила был изготовлен из драгоценной шёлковой ткани греческой работы и обшит плоскими золотыми кружевами, а сапоги были из зелёной кожи с золотым шитьём. Под ним был достойный удивления конь, княжеское седло было украшено жжёным золотом, поражали художественной обработкой с золотом стрелы и сабля. Автор этого описания, видимо, присутствовал при встрече Даниила с венгерским королём, вернее, был лицом, принадлежавшим к свите русского князя, - так ярко и реально он описал наряд своего героя.
Рано выделилось в особую специальность кожевенное производство. Сын новгородского «кожевника» был убит во время Невской битвы . Сказание об юноше, победившем печенежского богатыря, рисует ремесленную обработку кожи на дому. Рассказывая о необыкновенной силе своего сына, отец отрока приводит такую деталь: «Однажды, когда я ссорился с ним, а он мял кожу, он разгневался на меня. и разорвал кожу руками».
Другую группу ремесленных профессий составляли ремесленники, занятые производством гончарных и стеклянных изделий.
При всеобщем употреблении глиняной посуды гончарное дело было развито и в деревнях и в городах. Урочища «Гончары» имелись в Киеве, Владимире-на-Клязьме; древний Людин конец в Новгороде носил ещё другое название - Гончарского, а письменные памятники знают гончаров как особых специалистов-ремесленников. Гончарное ремесло не было типичным только для городов, - оно было развито и в деревнях, но город в этом случае шёл впереди. Только грамотные люди могли, например, сделать надписи на глиняных сосудах. Клейма мастеров на глиняных сосудах, найденных при раскопках, указывают на стремление гончаров к выделению продуктов своего производства из общей массы приготовленных гончарных изделий. Глиняная посуда производилась различной вместимости и формы. Отсюда такое обилие названий для обозначения её различных видов: горнець, корчага, крина, или крин (ср. нынешнее кринка) и т. д.
Со значительно большим основанием можно предполагать существование особой ремесленной специальности стеклянников. Мастерская по производству стекла существовала в Киеве, как это Доказали раскопки В. В. Хвойка. Во всеобщем употреблении на Руси были стеклянные браслеты местного происхождения. Привоз стеклянной посуды из далёких мест был делом нелёгким, а что русские хорошо знали применение стекла, видно из употребления этого слова в наших памятниках.
Особую группу ремесленников составляли иконники и книжные писцы. Иконное дело было тесно связано с работой на заказ. Оно требовало не только уменья, но и значительных затрат на краски, золото и серебро, щедро применяемых в иконописи. «Иконная хитрость» представлялась делом очень выгодным, как это видно из рассказа Печерокого патерика об Алимпии-иконописце, который «сей же хитрости восхотел не богатства ради». Иконы делались «по найму», по особому соглашению, стоили значительных денег.
Значительное развитие письменности в Древней Руси объясняет нам появление переписчиков книг, или писцов. Количество книжных писцов-профессионалов, судя по записям, было ограниченным. В мелких городах, вероятно, писцов-профессионалов не было и вовсе, но в больших городах они могли занимать видное место среди других ремесленников, выполняя и функции наёмных писцов грамот и свидетелей («послухов»). Что касается переплётчиков, то существование их как особых мастеров подвержено сомнению. Переписчики книг, вероятно, были одновременно и переплётчиками. Только дорогие книги, чаще всего напрестольные евангелия, украшались золотом и серебром, но это была уже не переплётная, а ювелирная работа. Не случайно, само название «переплётчик» не известно древнерусским произведениям.
Иногда разные промысловые специальности сосредоточивались в руках одного ремесленника, в других случаях ремесленники занимались производством одного какого-либо предмета, рассчитанного на постоянный спрос. Таковы были седельники, лучники, тульники, сходившиеся в Холм к Даниилу Романовичу Галицкому.
В Серпухове, Коломне и Можайске конца XVI в. более 22% всех ремесленников было занято приготовлением продуктов питания. Это были хлебники, мясники, пирожники, квасники и пр. То же мы видим и в других русских городах того же столетия. Московский рынок XVII столетия был заполнен полками и скамьями колачников, яблочников и пивоваров. Так было не только в русских городах. Объединение мясников считалось крупнейшим из парижских цехов средневекового времени. Наряду с ним существовали объединения хлебников и пр. Естественно поэтому предполагать существование подобных же ремесленных профессий и в городах Древней Руси.
К сожалению, наши письменные свидетельства почти не дают сведений о существовании таких ремесленных занятий в XI-XIII вв. Только позднее летописное известие 1485 г. показывает, что в это время мясники в Пскове составляли корпорацию, обладавшую общей кассой; мясники платили мастерам за постройку нового моста через реку Пскову. Возможно, мясники были известны в Древней Руси под другим названием - прасолов. В русском языке (см. словарь В. Даля) под этим именем были известны скупщики мяса и рыбы для розничной, мелочной продажи, в более широком смысле - перекупщики товаров. В древнерусских памятниках это слово также обозначало продавца, а глагол «прасолити» был равнозначен понятию барышничать, торговать.
Небольшое количество даже не указаний, а намёков на существование ремесленников, производивших продукты питания, не может служить решительным доказательством того, что таких ремесленников в Древней Руси не было совсем. Тем не менее это является молчаливым доказательством незначительного количества ремесленников в русских городах XI-XIII вв. Производство пищевых припасов занимало, повидимому, очень ограниченное место в городском хозяйстве на Руси этого времени. Продукты покупались на рынке почти без участия посредников, да и то только в больших городах. Хозяйство горожан было ещё сильно связано с земледелием и животноводством. Нивы и огороды, пригородные луга по долинам рек и низинам играли большую роль в городском хозяйстве. Поэтому так относительно часты указания на «болонья» - низменные или прибрежные места, служившие выгоном для городского стада. Натуральное хозяйство ещё довлело над городом.


Назад Вперед