КИЕВСКАЯ РУСЬ

Киевская Русьserg11.jpg"

Хазарский каганатkiev101.jpg"

Русский каганатkiev102.jpg

Варяго-русская империя kiev103.jpg

Призвание варягов kiev100.jpg

Ростовские русы kiev104.jpg

Начало Киевской Руси kiev106.jpg

Полюдье kiev110.jpg

Печенегиkiev107.jpg

Разгром Хазарии kiev108.jpg

Походы Святослава kiev109.jpg

Крещение Руси kiev111.jpg

Восстание волхвов kiev105.jpg

Половцы kiev112.jpg

Распад Киевской Руси kiev113.jpg


ВАРЯГО-РУССКАЯ ИМПЕРИЯ

23 декабря 679 года в Веврском лесу был убит король Драгобер Второй. По сути его смерть означала конец династии Меровингов и переход реальной власти в руки мажордомов, в частности Пипина Геристальского. Подробности этого события я описываю в главе « Переворот Каролингов» книги «Имя Бога», размещенной на этом сайте, а здесь лишь отмечу, что мажордом Пипин Геристальский был прадедом Карла Великого, с именем которого как раз и связывают образование огромной империи, включившую в себя земли Северной и Центральной Европы, заселенной по преимуществу славянами-язычниками. Катализаторами переворота Каролингов стали многочисленные беженцы из Сирии и Палестины, оккупированной арабами, сплотившиеся вокруг римского папы и сумевшие найти общий язык с галло-римской знатью, недовольной всевластием франков. В разногласиях между франками и галло-римской знатью немаловажную роль играла религия. Ибо даже если признать факт крещения короля Хлодвига из рода Меровингов, то все равно придется констатировать, что ни потомки Хлодвига, точнее Ладовича, (Подробнее о Меровингах и их именах читайте в книге «Имя Бога»), ни рядовые франки отнюдь не разорвали связи с религией своих предков, восходящей к ведической индоевропейской традиции. Собственно сама власть Меровингов, считавших себя живым воплощением одно из ведических богов, держалась именно на этой религиозной традиции. Эта традиция подпитывалась с земель Северной и Центральной Европы, заселенной славянскими и родственными им племенами, придерживающимися древней религии. И династия Меровингов и подвластные им франки, если и не были славянами в современном понимании этого термина, то, во всяком случае принадлежали к этническим группам, породившим нынешние славянские народы. Согласно средневековым источникам путь свой франки начали от Меотиды, то есть Азовского моря, какое-то время они обитали в Панонии(современная Венгрия, заселенная в первые века нашей эры славянами) и лишь потом они расселились по Рейну и на побережье Северного моря. Именно в низовьях Дона в ту пору находились древнейшие религиозные центры и именно оттуда вышли первые франкские короли, славянские князья, скандинавские конунги, словом едва ли не вся северо-европейская знать. Напомню, что дружинники франкских королей называли себя антрусами или, на, латинский манер, антрустионами. Русы, изначально, это не племя и даже не род, это каста или, если угодно, жреческо-воинское, правящее сословие. Власть и положение этих людей среди окружающих племен, как славянских, так и кельтских, прежде всего опиралась на ведическую традицию и ее замена на сиро-палестинский вариант христианства не могло не привести к болезненному расколу северо-европейской знати. Пипинидам, захватившим власть вопреки древней традиции, пришлось волей неволей опираться на папский престол, контролируемый сиро-палестинцами и галло-римской знатью. По сути война между Каролингами и нурманами-северянами, среди которых южнобалтийские и полабские славяне играли ведущую роль, носила не межэтнический, а межрелигиозный характер. К концу восьмого века арабское наступление на Европу окончательно выдохлось, что позволило новому альянсу, вызревшему в среде беженцев из Сирии и Палестины, галло-римской знати и франков-ренегатов, начать завоевательную политику в Северной и Центральной Европе. Эта политика поначалу не получила дружного отпора, по причине разрозненности многочисленных княжеств южного берега Балтики, частенько враждовавших между собой. Видимо, осознание опасности, исходящей от новой, католической по своей религиозной идее, империи, пришло к славянским князьям не сразу, да и силы были неравны. Часть элиты славянских земель, помня о прежнем духовном и этническом родстве с франками, охотно вливалась в ряды новой имперской знати, другая часть, видимо уже осознавшая гибельность этого пути, вынуждена была уходить из родных мест на восток, на Ладогу и далее на Оку и Волгу, в места отнюдь не пустынные, где обитали не только финно-угорские, но и славянские племена.(Подробнее об этом читайте в статье «Земля словен» , размещенной на этом сайте). Собственно именно эти переселенцы с южных берегов Балтийского моря и стали называться на новом для них месте проживания варягами. (Подробнее об этническом составе варягов читайте в статье «Славянская Германия») Замечу вскольз, что никакого отношения к Скандинавии эти варяги не имели. Наоборот, они пытались прибрать к рукам не только земли, заселенные славянами и финно-уграми, но и захватывали южную Скандинавию. Именно в это время на территории нынешней Швеции утверждается новый похоронный обряд сожжения в ладье, характерный для варягов с южного берега Балтийского моря, но практически неизвестный в срединной Скандинавии. Именно к этому времени относится конфликт, известный нам из «Повести временных лет», когда население будущей Новгородчины во главе с князем Гостомыслом изгнало варягов, обложивших их было данью, за море. Что, однако, в конечном итоге не остановило наплыв воинственных пришельцев, утвердившихся в конце концов в Приладожье в средине девятого века. Речь, разумеется, идет о Рюрике. (О Рюрике вы можете прочитать в статье с одноименным названием, размещенном на этом сайте.) Лев Гумилев одним из первых отметил связь представителя ободритской княжеской фамилии с Карлом Лысым, внуком Карла Великого, правившего в той части распадающийся империи, которая впоследствии будет носить имя Франции.(Подробнее о взаимоотношениях Карла Лысого и Рюрика вы можете прочитать в моем романе «Соколиная охота») По Гумилеву варяги Рюрика были частью варяжско-хазарского союза, направленного против славянства. Но, на мой взгляд, маститый историк крупно промахнулся. Рюрик принадлежал совсем к другому союзу, который как раз и противостоял как сиро-палестинскому в ту пору Риму, так и Хазарии, где к власти пришли в начале девятого века приверженцы сирийского монотеизма. В. Карпец в своей книге «Русь Мировеева» на мой взгляд совершенно справедливо связывает Карла Лысого, младшего сына Людовика Благочестивого, с так называемым Меровингским возрождением. Более того он самого Рюрика выводит из рода Рюэргов, чудом уцелевших потомков последнего меровингского короля Тьерри. В частности он полагает, что Рюриком наших летописей вполне может быть некий Фулькоальд, покинувший пределы Франкии приблизительно в то же время. Не отрицая родственную связь Рюриковичей с Меровингами, а возможно и с Каролингами, я все же полагаю, что Фулькоальд имеет куда большее отношение к князю Олегу, прозванному на Руси Вещим. (Подробнее об этом в статье "Князь Олег" и в главе "Вещий Олег" книги «Имя Бога»). Но вернемся к Карлу Лысому. Судя по всему, не только славянские князья, но и франки в конце концов уяснили, чем для них может обернуться политика насильственной христианизации, проводимая папским Римом. Начало борьбы между императорами и папами за власть над Западной, Центральной и Северной Европой положил именно Карл Лысый, принадлежавший к Меровингам по матери. Именно он вопреки воле папы, опираясь прежде всего на франкских епископов,канонизировал Драгобера Второго. И именно он помог Рюрику утвердится на берегах Ладоги. Впрочем, на это у него были чисто экономические причины. Дело в том, что Северная и Центральная Европа остро нуждалось в серебре, а торговые пути по которым драгоценные металлы и предметы роскоши попадали в Европу из Византии контролировались старшим братом Карла Лысого императором Лотарем, а в последствии его сыновьями, развязавшими, по наущению пап, войну с Константинополем за провинцию Иллирик. Альтернативой византийскому торговому пути мог стать путь волжский, но он жестко контролировался иудаистской Хазарией, успевшей к тому времени утвердиться не только в низовьях, но и в верховьях Волги. Именно поэтому первое, что делают варяги Рюрика после своего появления на берегах Ладоги, это прибирают к рукам верховья Волги и строят там, на месте финно-угорских и словенских городков две мощные крепости Ростов и Муром. Союзником Рюрика в борьбе против хазар становиться Русский каганат, возникший на правом берегу Дона в результате гражданской войны и раскола Хазарии. Причиной войны послужило принятие хазарской верхушкой иудаизма, так называемый переворот Обадии. (Подробнее об этом вы можете прочитать в моем романе «Варяжский Сокол», а также в статьях "Хазарский каганат" и "Русский кагаганат"). По-моему мнению, ключевыми фигурами в Русском каганате были Дир(каган) и Аскольд(каган-бек), хотя в данном случае это всего лишь гипотеза. В одном я практически не сомневаюсь, и Дир, и Аскольд не были пришлыми варягами, они как раз принадлежали к древней династии Киевичей, правивших легендарной Русаланией, возникшей на Днепре и Дону в средине второго века н. э. (Читайте статью "Русалания", размещенную на этом сайте). Русалания была разрушена в результате гуннского нашествия. (Об этом я пишу в своем романе «Золото императора») А представители династии Киевичей, скорее всего, положили начало династии Меровингов, ибо связь последних с Доном на мой взгляд совершенно очевидна. Вспомните хотя бы их дружинников антрусов, о которых речь уже шла выше. Анты, они же аланы, по мнению Вернадского, жили в Приазовье в до гуннскую эпоху, они же составляли большую часть населения Хазарского и Русского каганатов. Присутствие варягов на Дону и Волге в начале девятого века, то есть еще до Рюрика, никем из серьезных ученых сомнению не подвергается. Спор идет лишь о том, кем были эти самые варяги. Свое мнение на этот счет я уже высказал в статье «Русский каганат» и здесь мне остается только констатировать, что связи между Доном и южным берегом Балтийского моря никогда не прекращались, поскольку населявшие и тот, и другой регион племена и этносы принадлежали к скифско-сарматской цивилизации, говорили на близких друг другу языках, а их религия покоилась на прочном фундаменте ведической традиции. Аркона на Балтийском море и Артания(Йардония) в устье Дона были центром религии, охватывающей практически всю Европу, за исключением разве что территории Римской империи в пору утверждения там сирийского монотеизма. Что же касается римского и греческого язычества, то его связь со славянской ведической традицией подробно рассмотрел Ю.Д. Петухов в своей работе «Дорогами богов», а потому мне нет смысла здесь повторяться.
О причинах приведших князя Аскольда к конфликту с варягами я пишу в статье "Князь Аскольд" , здесь отмечу лишь то, что главной причиной вспыхнувшей между ними войны явилось принятие киевским князем христианства. В данном конкретном случае это было не столько даже вероотступничеством, сколько сменой политической ориентации, поскольку Византия в ту пору была союзницей Хазарии, а значит врагом Русского каганата и Новгородского княжества. Причем на стороне Хазарии и Византии выступили венгры, а на стороне Русского каганата – печенеги. Измена Аскольда обернулась для Русского каганата тяжелым поражением, зато открыла для преемника Рюрика Вещего Олега путь к власти над Южной Русью. Видимо шаг Аскольда не был поддержан ни его дружиной, ни боярством. Во всяком случае Олегу Киев достался почти без крови.

Этот успех на Востоке не удалось, однако, подкрепить успехом на Западе. В 876 году Карл Лысый добрался-таки до вожделенной императорской короны, но правил недолго. Вот как его смерть описывается в Ведастинских анналах:

«И в то время, как папа и император находились в Павии, внезапно пришло известие о том, что Карломан с сильным войском приближается к императору. Император был очень взволнован этим и, видя себя лишенным всяческих средств, чтобы противостоять ему, передал упомянутому папе дары, которые он вез с собой для св. Петра, среди них золотое распятие, подобное которому еще не было подарено никем из королей. Сам он хотел возвратиться через Альпы Прованса во Франкию, но, как рассказывают, был отравлен неким евреем по имени Седехия и умер в Альпах в местечке под названием Нантуя 16 октября, 11 индикта на 54 году своей жизни, на 37 своего королевского и на 2 году своего имперского правления.»

Еще через два года умер сын и преемник Карла Людовик Заика и тоже при весьма странных обстоятельства. Эти две смерти, последовавшие одна за другой, положили конец как Меровингскому возрождению, так в конечном итоге и династии Каролингов. Империя, созданная Карлом Великим разваливалась на глазах, что, естественно, резко ослабило давление христианского юга на языческий север, однако не остановило его. К сожалению, славянские прибалтийские и полабские княжества так не нашли пути к объединению, а одной из причин такого прискорбного для них положения вполне возможно явился мощный отток наиболее способных и одаренных людей на Восток, где уже отчетливо вырисовывались контуры новой Варяго-русской империи с центром в Киеве. Во главе этого бесспорно позитивного процесса стоял князь Олег, чья этническая принадлежность у меня не вызывает никаких сомнений. Конечно византийские источники далеко не случайно называют этого человека франком. Обилие кельтских имен среди его дружинников давно бы должно было навести на ту же мысль и наших историков, но они почему-то в большинстве своем продолжают называть Вещего князя норвежцем, бог весть по какой причине. Напомню, что Норвегия в ту пору была глухим захолустьем Европы, управляемая деревенскими старостами. О государстве там даже и не мечтали. Воля ваша, но государственный деятель, объединивший в единую империю целый сонм вполне себе боеспособных и готовых постоять за себя княжеств, просто не мог родиться в захолустной деревне. За Олегом чувствуется огромный опыт государственного я бы даже сказал имперского строительства. Это, конечно, не только его личный опыт, ибо на Русь он прибыл достаточно молодым человеком, но ведь прибыл-то он не один, с целой дружиной помощников, отлично знавших, что они собираются создавать, а главное, как это сделать! Конечно, Олегу повезло. Разгром Русского каганата венграми обернулся трагедией для Южной Руси, но зато расчистил ему путь к власти. Это ни в коем случае не обвинение в адрес Олега, просто так для него сложились обстоятельства. Войну Олега с венграми, поход на Константинополь, борьбу с Хазарским каганатом и смерть удачливого князя, я описал в романе «Сын Чернобога», а также в статье"Князь Олег" , размещенной на этом сайте, а потому не буду здесь повторяться. Скажу только, что его поход на Византию открыл новый торговый путь, получивший название «из варяг в греки», хотя на самом деле это был путь из Константинополя до славянского города Волина, ставшего, по свидетельству средневекового хрониста Адама Бременского, самым крупным городом Европы. (Читайте статью «Славянская Германия» ). Олегу не удалось уничтожить Хазарский каганат, но он, безусловно, приложил руку к закату этой, по выражению Гумилева, химеры. Хазарский каганат являлся бесспорно крупнейшим и самым сильным государством на юге Руси в течении нескольких столетий. Он достаточно успешно, хотя и не без тяжких поражений, противостоял арабскому нашествию. Однако принятие иудаизма, гражданская война и распад поставили Хазарию на грань гибели. Какое-то время Хазария продолжала играть важную роль в политической жизни региона, опираясь в основном на мусульманскую гвардию, но в конечном итоге пала под ударами витязей Святослава, чтобы уже никогда больше не возродиться. Кстати, утверждения некоторых историков, что власть хазарских каганов распространялась на все Приазовье и Причерноморье еще во времена Игоря, не соответствуют действительности. Крепость Саркел, построенная хазарами с помощью византийцев на левом берегу Дона являлась западным форпостом этого государства. При этом на Тамани, в знаменитой Тьмутаракани, княжил старший сын Игоря Олег, погибший впоследствии во время похода в Закавказье. (Читайте статью «Князь Игорь» ). Игорь продолжил политику Олега. Он совершил два похода в Византию, потеряв в первом из них большую часть своей дружины. Тем не менее, он не смирился с поражением и обратился за помощью к варягам. Увы, ситуация в Европе к тому времени изменилась. В 911 году пресеклась династия Каролингов на территории нынешней Германии. В 919 году магнаты избрали королем Генриха Первого Птицелова, положившего начало Саксонской династии (919-1024 годы). В своей борьбе против герцогов(племенных вождей) Генрих, а в последствии его сын Оттон опирались на христианских епископов, которые в этих землях были людьми пришлыми, их владения не были наследственными, а потому их благополучие во многом зависело от расположения короля. Естественно влияние епископов резко усилилось. Утвердившись на престоле Генрих начал войну против соседних славянских народов. Были подчинены и обложены данью лужицкие сербы. В результате ряда грабительских походов было захвачено одно из главных укреплений гаволян крепость Бранибор и починены области ратариев и укров. Ободриты вынуждены были признать зависимость от германского короля и платить ему дань. В славянских землях насильственно насаждается христианство, а кое где знать переходит в новую веру добровольно, дабы обезопасить свои земли от набегов хищников. Похоже, Игорь этого обстоятельства не учел, а возможно просто не понял насколько смена веры может изменить человеческую суть. Второй поход Игоря в Византию, тем не менее, закончился успешно. Константинополь принял условия кагана русов и выплатил ему огромную контрибуцию. Договор, заключенный когда-то Олегом, был подтвержден и скреплен взаимными клятвами. Торговля между Русью и Византией возобновилась. Зато самому Игорю эти походы стоили жизни. Подробно о смерти князя Игоря я пишу в одноименной статье, а потому не буду повторяться. Скажу только, что предательскую роль в смерти Великого князя Киевского сыграли те самые варяги-христиане во главе с воеводой Свенельдом, которым Игорь опрометчиво доверил свою жизнь. Именно Свенельд привел к власти молодую жену Игоря, правда в качестве регентши при малолетнем сыне Глебе, в обход ее старшего сына Святослава. Это была по сути вторая попытка крещения Руси после крещения Аскольда. (Подробности правления Ольги вы можете прочесть в статье «Княгиня Ольга») Византийские источники опровергают сообщения наших летописцев, о крещении Ольги в Константинополе. По сообщению императора Константина Багрянородного Ольга на момент приезда в его столицу уже была христианкой. Скорее всего, она ею была и в момент замужества, именно поэтому не слишком многочисленная, но влиятельная партия христиан сделала ставку именно на нее. Поездка в Византию была связана с тем, что и без того шаткие позиции христианской партии в Киеве год от года ослабевали по мере взросления Святослава. Языческая партия терпеливо ждала своего вождя и по всему было видно, что – дождется. Визит Ольги, судя по всему, не вызвал в Константинополе интереса. Главой христианской церкви в Византии был император, а потому крещение населения той или иной страны автоматически ставило эту страну в вассальную зависимость от империи. Киевская княгиня, видимо, пыталась избежать неприемлемого для нее в той ситуации хода событий и сохранить независимость Руси даже после принятия христианства. Однако в Константинополе отказались пойти ей навстречу. Столь же неудачным оказалось обращение Ольги к императору Оттону и, скорее всего, по той же причине. Приход к власти языческой партии во главе с возмужавшим Святославом стал свершившимся фактом. (Подробнее об этом читайте в моем романе «Каган русов» и статье «Княгиня Ольга», размещенной на этом сайте)

Именно во время правления князя Святослава Варяго-русская империя достигла пика своего могущества. Был разгромлен Хазарский каганат, и вся Южная Русь, включая предгорья Кавказа вошла в состав единой империи. Вот что пишет об этом Васильева в своей книге «Варяги и Русь»:

«В 965г. почти вся Восточноевропейская равнина оказалась объединена под властью новгородско-киевских правителей. Если учесть, что династия Рюриковичей была тесно связана с варяжской - вендской - Германией, то основным результатом падения Хазарии стало объединение Центральной и Восточной Европы в рамках одной политической системы.
Между прочим, эта ситуация получила недвусмысленное отражение в "канонической" Повести временных лет, в первых же строках которой ясно сказано: варяги "сидят" (то есть правят) к западу до "земли Агнянски и до Волошски" (то есть до Ютландии, места первоначального расселения англов, и до "волошских", т.е. кельтских, земель, под которыми следует понимать владения империи франков), а к востоку - до "предела Симова", то есть до самой Азии, которая, как тогда считалось, начиналась за Волгой…
Память об этой раннесредневековой Империи сохраняла русская национальная историография - вплоть до "великой чистки" источников, учиненной псевдо-Романовыми. Так, "Сказание о Русской грамоте" в 17-м столетии сопровождалось следующим комментарием: "И не токмо муравляне [моравы], чехи, козари [!], карвати, сербы, болгары, ляхи и земля мунтянская (Румыния), вся Далматия и Диоклития, и волохи быша Русь».

Поражение Святослава в войне с Византией могло стать лишь эпизодом в истории могучей империи, и даже его смерть еще не решала исхода борьбы. Причиной последующего распада стали не внешние причины, а внутренние. Принятие христианства князем Владимиром раскололо Русь изнутри, а амбиции удельных князей лишь довершили начатое им дело.