ОРДА


ХАН БЕРКЕ


В 1253 году решением курултая была организована военная экспансия ордынцев на Ближний Восток во главе с братом кагана Мункэ ханом Хулагу. Это вряд ли понравилось хану Батыю , поскольку до сего времени этот регион входил в сферу его интересов. А между тем Хулагу нуждался в подкреплениях, получить которые он мог только из Улуса Джучи. Дело в том, что одновременно с ближневосточной компанией Мункэ вел еще одну войну – в Китае. Каган нуждался в деньгах и рекрутах для пополнения регулярной армии-орды. Именно в этот непростой для империи Чингисидов период на Руси впервые была проведена перепись населения.

Ордынские чиновники, уполномоченные выполнять эти обязанности, появились в Восточной Руси – в Рязанском и Муромском княжествах и в Великом княжестве Владимирском – в 1257 году. Страна была разделена на военные районы (мириады, тысячи, сотни и десятки), что должно было упростить как рекрутирование, так и сборы налогов. Таким образом на короткий срок, до 1270 года, Русь стала частью империи Чингисидов. Кстати, каган Мункэ не требовал от русских ничего сверх того, что он требовал от татар. Перепись проводилась по всей территории империи, включая Улус Джучи, там точно так же брали десятину на содержание армии-орды и набирали в нее рекрутов.

Батый не стал противиться Мункэ, так что великому князю Суздальскому ничего другого не оставалось, как только поддержать переписчиков военной силой. Александр Ярославич рассчитывал на помощь орды для противостояния натиску католического Запада и внутренней оппозиции. Видимо, договоренность с Батыем у него была, этим, судя по всему, и объясняется его активная помощь в проведении акции.

Однако в 1256 году Батый умер, а вслед за этим был отравлен старший сын хана Сартак. Преемником отца и брата стал Улагчи, который, впрочем, недолго находился у власти. Смерть Улагчи (1258 г.) открыла путь к трону кипчаков брату Бату Берке, суровому и честолюбивому правителю. Хан Берке в юности принял ислам, а потому опирался как во внутренней, так и во внешней политике на мусульман. В начале своего правления он вырезал несториан в Самарканде и казнил свою родственницу Боракчин.

Однако неприятности, свалившиеся на голову Александра Ярославича Невского на этом не закончились. Против ордынской переписи восстал Новгород. А во главе этого бунта оказался старший сын великого князя Василий. Невскому удалось спасти ордынских переписчиков и подавить бунт. После чего он жестоко расправился с зачинщиками мятежа.

Смерть Мункэ в 1259 г. вызвала затяжной кризис в Монгольской империи, вылившийся в открытый конфликт между двумя братьями – претендентами на трон: Хубилаем и Ариг Бугой. Обострились отношения также между Хулагу и Берке, последний счел себя обделенным добычей после взятия ордынцами Багдада. Кроме того оба хана претендовали на контроль над Кавказом. Конфликт между Хулагу и Берке привел к тому, что в ходе разразившейся в империи Чингисидов гражданской войны они оказались по разные стороны баррикады – первый выступил на стороне Хубилая, а второй поддержал Ариг Бугу.
Именно этот конфликт, расколовший империю на две враждебные друг другу стороны, во многом предопределил политику Берке в отношении как Руси, так и других сопредельных стран.

«К и без того сложной ситуации на Ближнем Востоке добавился новый фактор, связанный с падением Латинской империи в Константинополе и реставрацией Византийской империи в 1261 г. Михаилом VIII Палеологом (императором Никеи с 1259 г.). Это привело к общей перестройке политических и коммерческих тенденций в Восточном Средиземноморье. Поскольку Латинская империя снабжалась венецианцами, Михаил вместо этого даровал привилегии генуэзским купцам, что дало последним преимущества перед их конкурентами. Никейская империя традиционно находилась в дружественных отношениях с монголами в Иране. Теперь, с перенесением греческой столицы обратно в Константинополь, Михаил VIII находился в выгодном положении также и для торговли с кипчакскими монголами. Политическая и коммерческая революция на Босфоре фактически открыла удобный морской путь между кипчаками и Египтом через Византию, который мог быть использован и для обмена посольствами между Берке и мамлюкскими султанами. Возвращение византийского императора и патриарха в Константинополь явилось также важным событием для Руси, поскольку Константинополь был более доступен для Руси, нежели Никея, что давало возможность возобновить отношения между русской церковью и патриархом, которому в духовном отношении она была подчинена.»(Вернадский. «Монголы и Русь»)

«Кипчакскими монголами» Вернадский называет население Улуса Джучи, поскольку, по его мнению, именно кипчаки-половцы-куманы составляли большинство населения государства более известного нам как Золотая Орда. Утверждение спорное, но сейчас не об этом. Хан Берке, человек, судя по всему, далеко не глупый, сходу уловил изменение политической ситуации, следствием чего стало учреждение православной епархии в его столице Сарае.

Занятый конфликтом в империи, так же как и широким кругом запутанных проблем ближневосточной политики, Берке, казалось, уделял меньше внимания русским делам, нежели его предшественники. Этим решил воспользоваться Даниил Галицкий, заключивший союз с литовцами против ордынцев. Увы, литовцы оказались ненадежными союзниками и в результате их коварства Даниил оказался в прискорбном одиночестве. Чем не замедлил воспользоваться хан Берке. В 1259 г. он заменил Куремсу энергичным Бурундаем (Боролдаем) и снабдил его большим количеством войск. Бурундай решил сделать упор на разногласиях между русскими и литовскими князьями и избрал Литву объектом своего первого похода, предложив русским князьям оказать ему поддержку своими войсками.
Начиная с этого момента ордынцы стали уделять значительное внимание литовским делам. По всей вероятности, они были озабочены растущей силой Литвы и распознали в ее экспансии, даже в этот ранний период, потенциальную угрозу их власти в Западной Руси.

В 1262 году в Суздальской земле на востоке Руси вспыхнул бунт против ордынский сборщиков налогов - баскаков. Его инициатива исходила от городов этого региона: Ростова, Владимира, Суздаля и Ярославля. После разрушения Владимира армиями Бату в 1238 г. Ростов стал крупнейшим городом в Суздальской земле, и, по всей видимости, он взял на себя руководящую роль в движении сопротивления. Восстание стало выражением протеста против тягот, которые испытывало население из-за обременительной системы налогов, широко применявшейся в империи Чингисидов, а также использовавшейся и в Суздальской земле. Собирателям налогов – главным образом, мусульманским купцам из Центральной Азии – ордынцы позволяли забирать неплательщиков и заставлять их работать в счет неуплаченных налогов или даже продавать их в рабство. Суздальцы частично перебили баскаков, частично изгнали их из своей земли.

Обеспокоенный грядущими неизбежными последствиями Александр Невский отправляется в Сарай, где неожиданно легко уговаривает хана Берке сменить гнев на милость. Странное поведение хана Золотой Орды, не посчитавшего нужным мстить за убитых ордынцев, ставило в тупик многих историков, хотя ответ, что называется, лежал на поверхности. Суздальцы перебили баскаков, присланных центральным, каракорумским, правительством, с которым хан Берке был не в ладах, а точнее в откровенной конфронтации. Кроме того, Берке уже втянулся в борьбу за Кавказ и отчаянно нуждался как в рекрутах для регулярной армии, так и в деньгах. Надо полагать великий князь Владимирский обещал ему и то, и другое. Правда, выполнять это обещание пришлось уже его преемникам. По возвращении из Сарай Александр Ярославич Невский умер на 48 году жизни.

Гражданская война между Хубилаем и Ариг Бугой продолжалась до 1264 г., и в этой атмосфере общей неопределенности и путаницы конфликт между Берке и Хулагу со временем перешел в открытое противоборство. Хулагу прочно обосновался в Иране, но его попытка перенести военные действия в Сирию закончились провалом. Египетские мамлюки нанесли ордынцам поражение, остановив тем самым их экспансию не только в Сирию, но и Палестину. Папа римский проводил в это время двусмысленную политику. Часть крестоносцев в лице князя Антиохийского присоединилась к татарам, другая часть во главе с тамплиерами заняла резко враждебную ордынцам позицию. В конце концов, на западе возобладала позиция, враждебная ордынцам. Князя Антиохийского отлучили от церкви, а население территорий, подконтрольных франкам, стало помогать мамлюком продовольствием. Через три десятка лет эта политика аукнется для католиков большой бедой, они будут изгнаны все теми же мамлюками из Сирии и Палестины.

Египетские мамлюки, выходцы из Южно-русских степей и Северного Кавказа, ставшие после смерти багдадского халифа едва ли не единственными защитниками ислама, показались мусульманину Берке вполне приемлемыми союзниками в борьбе против Хулагу и его наследников. Дипломатические отношения между Золотой Ордой и Египтом были установлены при посредстве Византии.
Здесь следует отметить еще и то, что, ввиду натянутых отношений с двоюродным братом, Берке приказал своим войскам, посланным в Персию его предшественниками, покинуть Хулагу. По всей видимости, они не были расположены к тому, чтобы возвращаться домой, и направились в Египет. Это было воспринято мамлюками как проявление доброй воли Берке.

В 1261 г. мамлюкский султан Бейбарс послал Берке через аланского купца письмо, в котором пытался убедить его в том, что его долг, как мусульманина, развязать «священную войну» против язычника Хулагу в защиту ислама. В конце 1261 г. или в начале 1262 г. посланники Бейбарса пришли к взаимопониманию с византийским императором Михаилом VIII, который согласился позволить посольствам кипчаков и Египта следовать через Константинополь. Посланники Берке, отправившиеся в Египет в мае 1263 г., использовали этот новый путь. Однако летом этого же года Михаил, видимо, под давлением Хулагу, изменил свое отношение к Улусу Джучи и арестовал как посланников, направленных Берке в Константинополь, так и египетских посланников, которые оказались в Константинополе на их пути к Сараю. Это нарушение обещания усугубило двойной конфликт: между Берке и Хулагу, и между Берке и Византией.

Свидетельства о войне между Берке и Хулагу и, соответственно, их преемниками противоречивы. Большинство персидских историков в большей мере задерживается на успехах ильханов, чем на их поражениях. Сведения египетских историков, напротив, благоприятны по отношению к золотордынским ханам. О начальной стадии конфликта рассказывает Рашид ад Дин, который описывает с некоторыми подробностями поражение кипчакских войск, которыми командовал родственник Берке, молодой князь Ногай. Эта битва произошла в районе Дербента на Кавказе в конце 1262 года.

«И он послал в передовой рати Нокая, который был его полководцем и родственником Тутара, с тридцатью тысячами всадников отомстить за его кровь. Тот прошел Дербент и расположился на виду Ширвана. Когда Хулагу-хан проведал [об этом], он повелел, чтобы из всех владений Ирана выставили ополчение и в секизиндж-месяце, соответствующем 2-му шавваля лета 660 [20 VIII 1262], он выступил из Аладага. Ширемун-нойона он отправил в передовом отряде. В месяце зи-л-хиджджэ он с Самагар-нойоном и Абатай-нойоном прибыл в Шемаху. Войско Беркея ударило на Ширемуна и перебило великое множество [людей], а Султанчука убили в реке. В среду, последний день месяца зи-л-хиджджэ, подоспел Абатай-нойон и в одном фарсанге от Шаберана напал на рать Беркея и многих из нее перебил. Нокай же бежал. Когда Хулагу-хан узнал о поражении врага, он во вторник 6 мухаррама лета 661 выступил из окрестностей Шемахи с намерением сразиться с Беркеем…»

Поход Хулагу на этом однако не закончился, он захватил Дербент и вторично разгромил Ногая. После этого иранские ордынцы переправились через Терек, захватив огромную добычу. Однако Хулагу слишком рано поверил в окончательную победу, что привело к печальным для него последствиям.

«Жилища всех эмиров, вельмож и воинов Беркея сияли в той степи. Кипчакская степь была сплошь в палатках и больших шатрах, а земля та полна лошадей, мулов, верблюдов, коров и овец, а ратных людей их ни одного не было в жилищах. Все бежали, бросив жен и детей. Наши войска расположились в их жилищах и спокойно на досуге наслаждались и развлекались три дня и пировали и веселились с луноликими девами с надушенными амброю кудрями. Когда Беркей и воины проведали о судьбе жилищ, семей, челяди, добра и скота, собрали превеликое, словно муравьи и саранча, полчище и, пройдя простор той степи, напали на эмиров и войско. Первого числа месяца раби’-ал-авваль упомянутого года на берегу реки Терека они от зари до конца дня бились жестоким боем. Так как мало-помалу к врагу прибывала помощь, наша рать обратилась вспять. Река Терек замерзла, и стали переправляться через нее. Вдруг [лед] проломился и множество войска утонуло. Абага-хан невредимый прибыл и расположился в Шаберане. Беркей с ратью, прейдя Дербент, вернулся назад, а Хулагу-хан 11 числа месяца джумада-ал-ахыр достиг окрестностей Тебриза.» (Рашид ад-Дин)

Потери обеих сторон в этой войне были велики. Согласно Ибн Вассылу, когда Берке увидел поле боя, усеянное трупами, он воскликнул: «Пусть Аллах накажет Хулагу, который убил так много монголов руками монголов! Если бы мы объединились, мы бы завоевали весь мир! ».

Для Византии поражение давнего союзника императора Хулагу тоже аукнулось большими неприятностями. Берке не собирался прощать византийцам их коварства и захвата как своего так и египетского посольства. В 1264 году он отправил во Фракию хана Ногая, который заручился поддержкой болгарского князя Константина Тиха. Объединенные болгаро-ордынские силы в 1265 году всерьез угрожали Константинополю. Тем не менее Михаил не желал порывать своих связей с иранскими татарами и даже укрепил их, выдав свою незаконнорожденную дочь Марию замуж за сына и наследника Хулагу Абаку. Смерть Хулагу в феврале 1265 г. не положила конца конфликту между иранскими и кипчакскими ордынцами. В 1265-1266 гг. армия Берке появилась в Закавказье. Авангард его войск находился под командованием энергичного Ногая, отозванного для этой цели из Фракии. В одной из стычек молодой князь лишился глаза. Берке умер во время этой кампании в Тифлисе (Тбилиси) в 1266 г., после чего его войска отступили. Вернадский по поводу противостояния Берке и Хулагу пишет следующее:

«Хотя ханство кипчаков и не получило никакой реальной выгоды от всех этих войн, интервенция Берке, несомненно, спасла Египет от нападения со стороны Хулагу. Вполне естественно, что престиж Берке в Египте был высок. Как показал Поляк, Берке почитали как сюзерена мамлюкского государства. Формирования кипчакских и русских войск в ряде случаев направлялись из Южной Руси в Египет для усиления армии мамлюков.» («Монголы и Русь»)





Назад Вперед